Князь реки - Юлия Викторовна Давыдова

Сами Рилевичи стояли на ступеньках дома с Байбортом. Увидев Данилу, Иван призывно махнул ему рукой, и купец направился к ним. А в проёме ворот появились повозки с девушками в золотых платьях.

— Поляницы! — удивился Данила.

Не для всех-то оказывается Рилева тайна. Соседи вон сами приезжают.

Купец подошёл к тому моменту, как девушки напали на Рилевичей с расспросами:

— Что за новые мечи?

— Откуда знаешь, Тала? — удивился Дивей.

— Сокол ваш сказал, что змея на болоте порубили!

Ланита крикнул одному из воинов:

— Айар, принеси меч!

Парень помчался за оружием, а девушки начали снимать с карет охапки цветов, говоря без умолку:

— А кто это у вас тут с лицом незнакомым? И повозки торговые? Купцы? Да ну? Да из Риправы ответили? Ой, хорошо!

Данила и Байборт обратили всё внимание поляниц на себя. Тала подошла к ним, оглядела и улыбнулась:

— Правильно, пора людей в Рилеву звать. Расцвёл город.

— Ещё не пора, — покачал головой Иван. — Дивей вон говорит, ещё не всё сделано.

— Так торопись! — всплеснула руками поляница. — Как боевому делу учиться — так сразу приехал! Ещё и позвать-то добром не успели. А тут стройку никак не закончишь!

Байборт и Данила переглянулись меж собой и удивлённо посмотрели на князя. Тот рукой только махнул:

— Да кто б нас ещё учить стал? Вот и помчались, как только царица Полева разрешила.

— Полева?! — оба гостя воскликнули одновременно и подумали об одном и том же: Чтобы поляницы себе учиться кого-то взяли? Чужих воинов? Да никогда!

Главный город польного народа стоял от Рилевы недалеко, но это роли особенной не играло. Никто из княжеств соседей такой роскошью, как дружба с царицей поляниц, похвастаться не мог.

— А как... как... уж?.. — Байборт и не сразу сообразил как спросить: — А как уж вы её уговорили-то?

Девушки засмеялись:

— Иван, расскажи про коня!

— Ну, — отмахнулся тот. — Это надолго. Дел много. Скоро народ на вечер соберётся.

Айар принёс во двор меч.

— Ого! — Тала сразу потянулась к оружию. — Дай попробовать!

Едва поляница взяла незнакомый ей меч, как, повинуясь её красивым пальчикам, второе лезвие, описав дугу, развернулось.

— В действии покажете? — спросила Тала.

— А танцевать будете? — Иван ответил вопросом на вопрос.

— Станцуем, — отмахнулась девушка.

— Тогда, как все соберутся.

— Хорошо, хорошо.

Поляницы быстро подняли свои корзины и отправились к уже накрытым столам, украсить их цветами и расставить привезённое вино.

— Князь! — Байборт отступать не собирался. — Хоть полслова скажи! С царицей Полевой дружишь! Она тебе своих воительниц с дарами посылает. Как смог?

— И бой, значит, вот откуда у вас такой! — поддержал его Данила. — Вас своему мастерству научили! Что ж ты сделал, чтоб такую честь заслужить?

Иван слушал улыбаясь, а Дивей с Бавой смеялись. Оба хорошо помнили, как они с Рилевичем к царице ходили. Это сейчас весело вспоминать, а тогда сильно перетряслись. Но князя одного, конечно, к ней не отпустили.

— Не поверишь, Данила, — сказал Иван, — ничего не сделал. Коня мы поймали в поле и к хозяйке отвели.

— Раз начал, договаривай, — настойчиво попросил Байборт.

— Печать на нём не сразу заметили, — продолжил князь. — Думали, конь с какого-нибудь селения на границе забрёл, а как в первом доме спросили, нас девушки во дворец отвели. Оказалось, конь из царской конюшни.

— Самой царицы? — удивился словач. — И что ж?

— Хороший больно конь, — засмеялся Иван, — жалко отдавать было. Как меня царице представили, я у неё коня и попросил.

Байборт с Данилой даже замерли:

— И не страшно было? — выпалил купец. — Ведь могла наказать за такую дерзость. И не только кнутом по спине.

— Хотела поначалу, — кивнул Иван. — Но я ей пообещал, что буду стоять на ступенях перед её троном, пока не отдаст коня.

— Ох! — выдохнул Данила.

А Бава с гордостью заметил:

— Вот у нас какой князь.

— Дерзкий, — усмехнулся Байборт, сложив руки на груди. — Это возраст твой царица Полева пожалела. А то ушёл бы с кровавой спиной. А дальше?

— Три дня мы с конём и стояли, — пожал плечами Иван. — Смеялись над нами все. На третий день царица разозлилась и велела мне убираться. Пришлось шаг к двери сделать, но...

— Но?. — подхватил Данила.

— Но и конь со мной пошёл, — засмеялся Иван. — Привык за три дня-то. Столько вместе простояли. Царская стража его держать, конечно, пыталась, но мы уж сильно с ним подружились, так что упёрся мне в плечо и ни на шаг. Полева подумала и сказала: седлай, проверим. Конь даже лёгкую поляницу в седоках не терпит, а уж если мне — наглому Рилевичу, позволит себя оседлать, чудо будет.

— А чудо и было, — с гордостью отметил Бава. — На площадь вышли, весь город посмотреть собрался. Иван на коня вскочил, тот было на дыбы, а потом в низкий-низкий поклон. Чуть рукой влево, конь туда, вправо — туда, чуть вниз — конь ложится. Так полчаса и танцевал с ним по площади. Сама царица в ладоши хлопала.

На лицах Данилы и Байборта было удивление и улыбки.

— Вот история, так история, — поразился купец.

— Главное, закончилась хорошо, — подытожил Иван. — С того дня мы и дружим.

— Заметно, — кивнул Байборт, — и удивительно.

***

Солнце укатилось за горизонт, оставив прозрачное небо над городом и всей огромной рекой. Вечерний ветер заскользил по улицам, поднимая в воздух древесные опилки.

Цветочные гирлянды поляниц скрыли строительные леса вокруг зданий княжеского дома. Тихо темнело, и вместе с этим ярче и теплее разгорались фонари, превращая двор в огромную уютную беседку, в которую стекались жители города.

Даниле и Байборту прохода не давали. Всем же надо было спросить гостей кто они и откуда, где побывали и что повидали. Так что купеческий отряд и риправский посланник сидели в окружении толпы жителей, отвечая на вопросы до самого начала праздника.

Когда в княжеском дворе не осталось ни одного свободного местечка, на деревянную площадку в центре взошли поляницы, и наступила тишина. Только там, где сидели музыканты, то и