Истинная для Императора. Любовь по приказу - Сима Гольдман

Когда Хель подала мне подслащенное молоко, я осушила его в один миг и вновь отвернулась. Ей незачем было видеть мои покрасневшие глаза.

Наконец, усталость взяла своё. Мысли стали спутанными, и я погрузилась в забытье, полное тревожных видений.

Но даже во сне я знала — завтра наступит слишком быстро, а ответ для императора у меня, кажется, появился, но он мог ему не понравиться.

29

Утренние лучи робко просачивались сквозь тяжелые шторы.

Я открыла глаза и несколько секунд лежала неподвижно, пытаясь упорядочить в голове события вчерашнего дня. Воспоминания нахлынули волной, заставив вновь появиться слезам на глазах.

Я не была плаксой, честное слово, но с каждым днем эмоции становилось все труднее контролировать.

Хель уже хлопотала у туалетного столика, раскладывая принадлежности для умывания.

— Доброе утро, госпожа, — произнесла она, слегка поклонившись и продолжив заниматься своим делом.

Я села на кровати, потягиваясь. Тело казалось ватным.

— Доброе утро, — ответила я, наблюдая за ней.

Хель наконец повернулась ко мне, но её лицо оставалось непроницаемым.

— Надеюсь, вы хорошо спали.

Её отстраненность начинала действовать на нервы. Я решила не давить, но и молчать больше не собиралась. Хотя сейчас меня интересовало кое-что другое.

— Хель, я вчера заметила тут девушку, которая помогала тебе. Она показалась мне знакомой.

Служанка замерла на мгновение, припоминая.

— Простая горничная. Немая. Ничего особенного.

Я поднялась с кровати.

Очень интересно. Если она немая, то не могла тогда подсказать, куда мне бежать. Или я все-таки ошиблась?

— Помоги мне одеться, — попросила я, направляясь к гардеробу.

Пока Хель помогала мне облачиться в платье, в дверь постучали.

На этот раз другая служанка несла поднос с завтраком: свежеиспеченные булочки, фрукты, травяной чай. Аромат еды наполнил комнату, вот только аппетит куда-то пропал.

— Присаживайтесь, госпожа, — Хель указала на столик у окна. — Еда остынет.

Я заставила себя съесть пару кусочков булочки, запив их чаем. Восхитительно, но мысли были далеко.

— Ты так и будешь молчать? — не выдержала я. — Что случилось?

Хель помедлила.

— У меня приказ, госпожа.

— От кого? — настаивала я.

Но служанка лишь покачала головой, продолжая заниматься своими делами.

Я вздохнула, понимая, что сейчас ничего не добьюсь.

Закончив с завтраком, я направилась в оранжерею. По коридорам замка меня вновь сопровождала Хель. Другие слуги по пути почти не попадались, но те, кого я встречала хотя бы уже глаз не прятали, что уже хорошо.

Аромат цветов и зелени сразу же вскружил голову, как только стеклянная дверь закрылась.

Арман уже ждал меня, стоя у небольшого фонтана.

— Доброе утро, Айрин. Рад, что ты пришла в себя.

Я остановилась в нескольких шагах от него, стараясь сохранить дистанцию.

— Вы хотели услышать мой ответ, — начала я, не отводя взгляда. — Я обдумала ваше предложение.

Он сделал шаг навстречу, но остановился, заметив моё напряжение.

— И что же ты решила?

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Я не могу принять ваше предложение о браке, — произнесла я, глядя ему прямо в глаза.

Арман несколько секунд молчал, обдумывая мои слова.

— Понимаю, — наконец произнес он. — Это не тот ответ, на который я надеялся, но я приму его. Однако позвольте заметить, у всего есть свои последствия.

— И я к ним готова, — ответила я твёрдо. — Но я не готова жертвовать своей свободой.

Он кивнул.

— Хорошо. Тогда я приду сегодня ночью. Будем считать, что этап с брачными церемониями можно пропустить.

Я дёрнулась, словно от пощёчины. Кровь прилила к щекам, а в груди вспыхнул гнев.

— Да как вы смеете?! — мой голос дрожал от возмущения.

Арман приподнял бровь, словно насмехаясь.

— А зачем усложнять формальностями?

— Вы манипулируете мной!

Он сделал ещё один шаг ко мне, но я отступила.

— Не приближайтесь! Я не хочу быть ни вашей женой, ни вашей любовницей. Я вообще не хочу иметь с вами ничего общего, кроме обучения контролю над силой.

Тень скользнула по его лицу.

— Вы забываетесь, Айрин. Вы находитесь в моём замке, на моей земле…

— И я благодарна, — перебила я его. — Но это не даёт вам права распоряжаться моей жизнью и телом.

Арман усмехнулся.

— У меня есть способы убедить тебя изменить своё решение.

— Попробуйте, — ответила я, разворачиваясь к выходу. — Напоминаю, что меня готовили в жрицы, а не в жены. Так что вас ждёт огромное разочарование.

Под громкий хохот я вылетела из оранжереи, чувствуя, как внутри всё кипит от возмущения. Хель поспешила за мной, но я не обращала на неё внимания.

Подумать только, он снова пытался мной управлять!

Да я… Да что он о себе возомнил! Лучшим решением было согласиться и испортить ему жизнь.

30

Весь день я ходила как на иголках, то и дело бросая взгляды на дверь своей спальни.

Хель вдруг разительно переменилась и пыталась отвлечь меня разговорами о нарядах и предстоящих мероприятиях, но я едва слушала её.

К вечеру мои нервы вытянулись в струны, которые вот-вот могли лопнуть.

Я приказала запереть все двери и окна, хотела расставить элементарные защитные заклинания, которым меня научили в монастыре, но быстро передумала. Кто его знал, чем могла обернуться моя затея, особенно сейчас, когда сила внутри была не изучена и даже опасна.

Хель смотрела на мои приготовления с большим сомнением, но молчала.

Когда стемнело, я проводила служанку и зажгла все свечи в комнате. Сидела с кочергой в руках, готовая отразить любое посягательство на свою честь. Каждый шорох заставлял меня вздрагивать, а сердце билось как сумасшедшее.

Прошел час. Второй. Третий.

Часы тянулись бесконечно. Я то садилась в кресло, то вновь вставала и расхаживала из угла в угол, словно загнанный зверь, не в силах найти себе места. Ближе к полуночи начала злиться на саму себя за эту глупую бдительность.

Прошёл ещё час, второй. Ничего не происходило. Только свечи догорали одна за другой, и в комнате становилось всё темнее.

Я начала сомневаться. А вдруг Арман просто хотел вывести меня из себя? Вдруг это какая-то издевка?

К рассвету я окончательно убедилась, что Арман не придёт. Чувствовала себя безумно глупой, раздражённой и невыспавшейся.

Было даже как-то обидно, что дракон даже не постучался.

Он как будто знал о моих баррикадах, о кресле, продвинутом к двери, о кочерге…

В конце концов, обругав себя за глупость, я вернула на место кресло и забралась в постель.

Ну его, этого проклятого императора.

Хель, зашедшая разбудить, лишь усмехнулась