Через Море Скорби - Энтони Райан

снова рассмеялась. "В юности я была склонна к подобным выходкам. Это удручающе знакомая история: старый шарлатан продал мне карту, и я, как дура, последовала за ней. Несколько месяцев мы плыли по кишащим айсбергами морям, ничего не находя, а моя команда все больше и больше боялась. На моей родине корабли не покупают и не нанимают, их завоевывают кровью. Мне пришлось убить трех претендентов за один день, прежде чем остальные затихли. Я знала, что долго это не продлится. Рано или поздно они выбросят меня за борт или скормят проходящему мимо медведю. Поэтому, когда наконец показался участок суши, я испытала огромное облегчение, могу тебе сказать. Карта шарлатана оказалась подделкой, поскольку на ней не было никакой земли в этом месте. И все же я подумала, что небольшая разведка пойдет команде на пользу".

Она повертела сверкающий кинжал в руке, и в ее глазах вспыхнул огонек той же ненависти, которую Гайм уже видел раньше. "И в пещере в дюжине миль от берега я нашла его. Просто красиво сделанный клинок, лежащий среди костей своего бывшего владельца. Это была не серебряная корона, но хоть что-то. И я подобрала его".

Ее рука напряглась, с неожиданной силой сжав рукоять кинжала. Гайм понял, что это бесплодная попытка освободиться от клинка, проклятого демоном, которую он сам не раз предпринимал.

Шавалла издала отчаянный смешок и ослабила хватку. "Когда я впервые услышала ее голос, мой разум словно омыли ядом. Она - сплошная злоба. Одни коварные замыслы и злые планы. Она хотела, чтобы я убила свою команду, заготовила из них мясо, пока мы будем погружаться все глубже во льды. Когда я отказалась, она целую неделю выкрикивала мне команды, пока, поддавшись безумию, я не бросилась за борт. Мои моряки думали обо мне больше, чем я себе представляла, потому что они выловили меня, но я больше не была их капитаном. Теперь я была просто безумной женщиной, которую они оставили священникам, когда мы вернулись домой. Годы я провела под их присмотром, как молчаливая кукла с пустыми глазами. Через некоторое время приехала моя семья и забрала меня домой. Но по мере того, как проходили годы, а я оставалась молодой, в то время как они старели, они начали видеть во мне опасность. По деревне поползли слухи о проклятиях и колдовстве, и я поняла, что скоро окажусь в костре. Я приветствовала пламя.

"Тогда призывы демона изменились, стали тише, коварнее. Видимо, она все еще видела во мне пользу, хотя я и не желала подчиняться ее воле. "Когда-то ты хотела получить сокровище, - сказала она. Позволь мне направить тебя к нему". Я не доверяла ей, да и как я могла? Но, по крайней мере, она перестала кричать. Однажды темной ночью я взяла себя в руки и последовала указанному ею курсу. В нескольких милях к югу купец из давних времен зарыл мешок с серебряными монетами. Этого хватило, чтобы купить билет к далеким морям, где со временем она наводила меня на новые безделушки или корабли, которые можно было захватить, когда я занялась каперским ремеслом. Я стала называть ее Алый Компас, за неимением ничего другого, поскольку она не говорит мне своего настоящего имени. Вскоре я купила свой собственный корабль, плавала на нем десять лет, а потом продала его и двинулась дальше. Я обнаружила, что нестареющим не пристало задерживаться на виду у тех, кто не проклят".

Шавалла вертела в руках кинжал, и сияние отражалось на ее лице. "Иногда она молчала месяцами. Иногда бушевала и побуждала меня совершать ужасные поступки ради ее развлечения. Но в основном она ждала. Я не знала, чего именно, пока она не начала настаивать, чтобы я отвела "Змея" в Море Скорби. Кто-то идет, - сказала она мне. Кто-то, с кем мы обе захотим встретиться. Она замолчала, бросив на него быстрый взгляд. "По крайней мере, она не лгала насчет этого, а?"

"Аркелион назвал ее невестой Осквернителя", - вспомнил Гайм. "Ты знаешь, что он имел в виду?"

В ответ на его вопрос сияние Алого Компаса изменилось, став более темным. Шавалла прекратила вращать им и, приподняв бровь, посмотрела на кинжал. "Ты была помолвлена?" - спросила она с едким смешком в голосе. "Да кто бы на тебя позарился?"

Еще один, более темный импульс света - мысль, которой поделился демон, заставила лицо Шаваллы напрячься в гневе.

Необычно, заметил Лакорат, похоже, искренне впечатленный. Две души, ненавидящие друг друга с такой страстью, так долго были связаны друг с другом - это поистине удивительно.

"Ты можешь разговаривать с этим демоном?"- спросил его Гайм.

Только обмениваться выражениями взаимного отвращения, мой повелитель. Видите ли, она родом из высшего общества. Общение с таким, как я, считается ниже ее достоинства.

"Мне нужно знать, поможет она или помешает этой миссии, - сказал Гайим Шавалле. "Является ли она союзницей того, кого мы ищем?"

Шавалла хмыкнула, и мерцающее сияние кинжала приобрело гневный оттенок. "Она считает, что мысль о том, что она могла бы помочь Осквернителю в чем-либо, оскорбительна", - сказала она. "Когда-то ей суждено было стать его королевой, соправительницей Инферно, по крайней мере, так он обещал. Как и многие другие поклонники, он солгал, и она поклялась отомстить. Именно жажда мести позволила Аркелиону заманить ее в этот клинок".

"Знает ли она, где можно найти Осквернителя? Может ли она привести нас туда?"

Шавалла нахмурилась, наблюдая за тем, как свечение клинка приобретает более спокойный оттенок. Он слабо мерцал, и Гайм уловил осторожность в модуляции мыслей, которыми тот делился со своим владельцем.

"И как мы можем доверять тебе?"- спросила в конце концов Шавалла. Клинок снова ярко вспыхнул, выдавая обиду, нанесенную гордой душе. Впрочем, он быстро вернул себе прежнее спокойствие. "Довериться твоей ненависти, а?" - фыркнула Шавалла. "С этим не поспоришь, ведь это единственная неизменная черта в тебе".

"Осквернитель?"- подсказал Гайм. "Она приведет нас к нему?"

"Лучше, чем это, приятель". Шавалла выпрямилась и повернулась к носу корабля. Море Скорби теперь было спокойнее, облака поредели, позволив пяти звездам Северного Полумесяца ярко сиять над горизонтом. "Она обещает привести нас к Вратам Инферно. Ибо, уверяет она, это единственное место на земле, где мы обязательно найдем ее ублюдка-жениха. Хотя, - с искренним смехом добавила Шавалла, похлопав Гайма по плечу, - должна предупредить, что ей также хочется понаблюдать за тем, как мы все умрем, когда это произойдет".