Запретный град - Андрей Огнёв

как земля уходит из-под ног. Очнулся он в каменном кубе без дверей – четыре стены, стул, шарик света под потолком. Серебристые искры поползли по его коже, но угасли, не разгоревшись.

– Магистр! – Он рванулся к возникшему голографическому лику Фрэйи, его голос срывался на визг. – Я все объясню, я…

– Молчи и слушай. – Ее образ сиял холодом. – Сегодня решится судьба города. Говори на Суде очень-очень обдуманно, иначе либо Лаэритар, либо остальные магистры разожгут новую войну.

После того как Фрэйя услышала сбивчивые предварительные показания, голограмма растаяла, оставив Влада в тишине и одиночестве. Его не покидала мысль, что они со Стефом – пешки в игре, где ставкой стало само существование Малефистериума.

11

На Суде

Тем временем в зале Совета завершались приготовления к заседанию Высокого Суда. Двенадцать магистров в темных судейских мантиях заняли места за полукруглым столом. На их головах поблескивали серебряные диадемы – традиционные символы власти. Сводчатый зал, напоминающий античный амфитеатр, заполнял холодный свет магических светильников. Каменные скамьи без спинок поднимались ярусами, окаймляя центральную площадку.

Слева, за решеткой из кованого железа, на скамье сидел худой мальчик лет двенадцати. Его неподвижная поза и опущенный взгляд контрастировали с оживлением среди судей. От высоких дверей под потолком к центру спускалась широкая лестница. В самом низу, словно центр мироздания, стояла массивная дубовая трибуна.

– Слово предоставляется Консулу Малефистериума Лориану Форхеду! – объявила Фрэйя, и ее звучный голос разнесся под сводами.

С центрального места, напоминавшего трон, поднялся рыжеволосый мужчина с аккуратной бородой. Когда он двинулся вперед, пламенеющие медью пряди волос колыхнулись, как настоящие языки пламени. Его бас, низкий и властный, заставил зал затихнуть

– Магистры! – Он обвел присутствующих взглядом, заставляя всех выпрямиться. – Отныне Суд будет открытым. Народ Малефистериума вправе знать каждое слово, прозвучавшее здесь.

– Но разглашение имен подростков… – начал один из судей, но Консул прервал его ударом молотка:

– Решение принято. Ввести свидетелей!

Влад вздрогнул, когда перед ним распахнулся светящийся портал. Оказавшись в зале, он замер, пораженный величием пространства. Фрэйя встретила его спокойным взглядом, едва кивнув в сторону скамьи свидетелей. Юноша, стараясь скрыть дрожь в коленях, занял указанное место.

Через несколько секунд рядом сели Питер, Киллиан и три феи – те самые, что помогали им в схватке с некромантами. Отсутствие Стефана бросилось в глаза.

– Где Стеф? – прошептал Влад, но Питер лишь приложил палец к губам.

Ответ пришел неожиданно.

– Стефан Мак-Дугалл отказался явиться перед Судом, – холодно произнесла Фрэйя, и Влад заметил, как сжались ее пальцы на жезле.

Консул вздохнул, перебирая пергаменты.

– Обвиняемый, встаньте.

Мальчик за решеткой поднялся механически, как марионетка. Его лицо оставалось бесстрастным, но Влад, узнав знакомые черты, едва сдержал стон.

– Степа… – вырвалось шепотом.

До последней минуты он надеялся, что ночное видение было галлюцинацией. Теперь сомнения исчезли. Влад сжал кулаки, чувствуя, как предательская влага застилает глаза.

– Люциус Хейд! – Грохот молотка вернул в реальность. – Вам вменяют покушение на жителей и убийство двух учеников-некромантов. Признаете вину?

Питер наклонился к бледному как мел Владу:

– Что с тобой? Ты дрожишь.

– Потом объясню… – Он сглотнул, вспоминая наставления Фрэйи: «Говори четко. Смотри в глаза».

Фрэйя тем временем ударила жезлом о мрамор:

– Вчерашнее нападение – беспрецедентная дерзость! Но где остальные преступники? Двое мертвы, один – здесь, а Вирс Мор исчез!

Гул возмущения стих после удара молотка Консула.

– Владислав Виг-гин! К трибуне!

Ноги налились свинцом, но шаг за шагом Влад приблизился к дубовой трибуне. Глубокий вдох. Взгляд на судей. И начался допрос…

* * *

Фрэйя, склонившись над пергаментами, произнесла мерным голосом, заставляющим дрогнуть пламя свечей:

– Для внесения в протокол – ваше полное имя.

Влад исполнил почтительный поклон, прежде чем четко ответить:

– Владислав Виггин.

Гулкое эхо поползло по судьям, словно сам древний зал шепотом повторял это имя. Фрэйя, перебирая рукописи пергаментными пальцами, продолжила ритуал допроса:

– Возраст и текущий статус в Малефистериуме?

Ее вопрос адресовался не столько Владу, сколько ее собственной памяти.

– Двенадцать полных лет. Абитуриент академии, – ответил Влад, наблюдая, как перо секретаря выводит завитушки чернильных пауков.

Когда последняя капля чернил впиталась в бумагу, Фрэйя подняла глаза, холодные, как лунный свет:

– Владислав Виггин! Вы осознаете, что вызваны в качестве потерпевшего?

– Совершенно точно. – Юноша кивнул, ощущая, как слюна становится тягучей от напряжения.

Фрэйя не замешкалась, предъявила обвинения:

– Однако часть ответственности за нарушение комендантского часа ложится на вас. Признаете ли вину?

Взгляд Влада метнулся к Питеру – мгновение, за которое в памяти юноши успел промелькнуть весь вчерашний кошмар.

– Признаю, – прозвучало тихо, но голос не дрогнул.

Перья заскрипели торопливее, когда Фрэйя перешла к сути:

– Объясните Совету, почему вы, пренебрегая обязанностью уведомлять куратора, покинули жилище в запретный час?

– Я… – Язык обжег пересохшие губы. – Просто вышел подышать… посмотреть… дома жарко, и я хотел прогуляться.

– Без иных намерений?

– Ну да! – ответ Влада прозвучал уверенно.

Судьи переглянулись, их мантии зашелестели, словно вспорхнувшая стая встревоженных птиц. Консул уже поднимал резной молот, но жест оказался излишним – притихший зал замер под тяжестью его взгляда.

– Тогда объясните ваш выход в запретное время к Главной башне, – продолжила Фрэйя, и в голосе ее зазвучали стальные нотки.

Влад ощутил, как предательская дрожь сковывает пальцы. Предать Стефана? Друга, что уже дважды подвел его? Разум твердил о невиновности товарища, но обида колола как скорпионье жало.

– Меня… пригласили. – Слова ощущались комом, который приходилось насильно из себя выталкивать.

– Кто?

– Стефан Мак-Дугалл. Сосед. Говорил о поручении сестры – нужен был порошок из лавки.

– Вас вынудили?

– Нет! Просто… мне хотелось увидеть город.

– Зная о запрете?

Влад опустил взгляд. Его молчание повисло тяжелым пологом. Фрэйя склонилась к Консулу, шепча слова, отчего его рыжие брови поползли вверх.

– Спокойствие, дитя, – внезапно заговорил рыжебородый маг, и в его голосе зазвучали ноты странной нежности. – Нам нужна истина, а не признания под страхом.

Влад вдохнул полной грудью, обретая опору в этой доброте.

– Когда Стефан звал меня, я не знал о запрете. Куратор лишь предупредил не выходить. Обо всем я узнал уже в пути – от фей-проводниц.

Обмен взглядами между Фрэйей и Консулом длился мгновение, но вместил целый безмолвный диалог.

– Благодарю. Вопросов нет, – отчеканила она, растворяясь в тени высокого кресла.

– Слово предоставляется магистру Фаэлару Лаэритару, – гулко прозвучало под сводами.

Из мрака поднялась фигура, словно сотканная из пепла и лунного света. Дроу двигался бесшумно, его мантия с золотыми паутинами шелестела, как крылья ночной бабочки. Острый взгляд черных глаз, способный пронзить душу, упал на Влада.

– Изложите события на площади у Главной башни.

Голос некроманта был ровен, ни намека на злость или враждебность.

– Мы… пытались уйти… Некроманты гнались за нами… – Влад сжал кулаки, чувствуя, как слова застревают в горле.

«Они не поверят. Не поверят, как тогда».

В голове мелькнул образ толпы людей