Запретный град - Андрей Огнёв

Консул приподнял бровь, но жест его руки велел продолжать.

– Люциус виновен. Но он – словно инструмент в чужих руках. – Влад резко повернулся к клетке, поймав наконец взгляд Люциуса. Тот смотрел на него, словно впервые видя. – Вирс использовал его гнев, его растерянность. Разве это справедливо – сломать жизнь тому, кто и сам стал жертвой?

В зале зашептались. Фрэйя сжала губы, но кивнула – едва заметно.

– Малит и Ллойд мертвы. Они не нападали, но их уже не вернуть. Кто ответит за их смерти? – Голос Влада окреп. – Если мы накажем Люциуса, словно он единственный виновник, то настоящий зачинщик – Вирс – останется в тени. А страх… страх будет расти.

Он замолчал, вдруг осознав, что говорит не только о Люциусе, но и о себе.

«Я тоже боялся. До дрожи. И сейчас боюсь. Но если сдамся страху, то стану таким же, как те, кто был с факелами в доме», – думал про себя Влад.

– Я не прошу оправдать его. Но пусть наказание учит, а не калечит. – Влад выпрямился, обращаясь прямо к Консулу. – Иначе мы все проиграем. И они, – он кивнул в сторону Люциуса, – и мы.

Повисла звенящая тишина. Даже Фрэйя не нашлась что возразить. Лаэритар склонил голову, пряча уважение в тени лица.

– Выбирая милосердие, ты рискуешь многим, – наконец произнес Консул. – Но иногда это единственный путь к миру. Совет учтет твои слова.

Когда Влад сел, его ладони были мокрыми от пота, а сердце колотилось как пойманная птица.

«А если я ошибся? Если завтра Вирс ударит снова и Люциус поможет ему?» – мелькнула паническая мысль.

Но когда он посмотрел на сидящего в клетке, тот быстро отвел глаза. И в этом Влад увидел слабый проблеск надежды.

Судьи зашептались. Консул, изучив их лица, объявил:

– Совет голосует.

После краткого обсуждения, где особенно жарко спорили Фрэйя и Лаэритар, решение было принято.

– Люциус Хейд! – Консул ударил молотком. – Заключение в башне некромантов на две недели. Запрет приближаться к Владу и Стефану. Извинения при свидетелях. Тест на исправление.

Люциус кивнул, лицо оставалось каменным.

– Питер Рэйвенвуд! Дополнительный экзамен по кураторству. Срок – неделя.

– Принято, – буркнул Питер.

– Влад Виггин! Изучите правила города. Отчет – к утру. Стефану Мак-Дугаллу – месяц домашнего ареста. После семи вечера – ни шага из дома!

– Вот это по-нашему! – одобрил Киллиан.

– Киллиан Зордик! Орден Ночного Охотника – за храбрость.

Тот поклонился, пряча усмешку.

– Влад и Стефан получат охрану. Коллам Хантер к вашим услугам.

Зал взорвался:

– Коллам? Безумие!

– Он единственный, кого Вирс боится, – прервал ропот Консул. – Телохранитель свяжется с вами, когда подготовится.

– Заседание закрыто! – Фрэйя погасила жезлом магические огни.

– Доброта опасна, – проворчал Киллиан Владу. – Надеюсь, ты не ошибся.

– Надеюсь, – вздохнул Влад, глядя на Люциуса.

Гроза миновала, но юноша чувствовал тень Вирса, нависшую над ним.

* * *

Магистры и феи покидали зал через массивные дубовые двери – древние защитные руны, высеченные в стенах, блокировали любые попытки телепортации, как объяснил Владу Питер. Влад замер у трибуны, наблюдая, как Лаэритар жестом подзывает его. Люциус стоял рядом, неподвижный, словно статуя из черного мрамора.

Подойдя, Влад почувствовал, как сердце сжалось: «Это все еще Степа? Или уже нет? Почему его глаза стали такими… пустыми?»

– Говори. – Дроу положил руку на плечо Люциуса, и тот вздрогнул, будто разбуженный ото сна.

Некромант медленно поднял взгляд. Его глаза, холодные, как зимний рассвет, впились во Влада, словно пытаясь прочесть каждую мысль.

– Мне… жаль, что так вышло. Прости. – Голос звучал механически, как заученная мантра. – Я поддался эмоциям. Обещаю, больше не повторю.

Он протянул руку – пальцы были холодными, словно у утопленника. Влад сжал их, сдерживая дрожь.

«Это не Степа. Тот бы сгорел от стыда. А этот… кукла на нитках», – думал Влад.

Лицо Люциуса оставалось бесстрастным, лишь легкое подрагивание нижней губы выдавало внутреннюю борьбу.

– Жди у входа. Через десять минут извинимся перед Стефаном. – Лаэритар кивнул, и Люциус удалился, его плащ зашуршал по полу, как крылья летучей мыши.

Дроу обернулся к Владу. Он отступил на шаг – рост темного эльфа заставлял запрокидывать голову, а запах хвои щекотал ноздри.

– Даже не знаю, как выразить благодарность. – Лаэритар слегка склонился, смягчая привычную надменность. – Ваши слова спасли не только его. Они удержали город от пропасти.

– А кто спасет меня? – Влад не отводил взгляда, стараясь скрыть дрожь в коленях. – Вирс все еще на свободе. И он ненавидит меня.

– Его время для расплаты придет. – В голосе Дроу зазвенела сталь. – А вы… учитесь защищаться. – Его взгляд скользнул к Питеру и Киллиану, ожидавшим у двери. – Ваш куратор – мастер боевых заклятий. И телохранитель… – Лаэритар усмехнулся. – Коллам Хантер. Единственный, кого Вирс боится как огня. Не считая самого огня.

С этими словами Дроу растворился в толпе магов, оставив после себя шлейф горьковатого дыма. Влад замер, пытаясь понять, почему вдруг поверил тому, кто еще вчера казался воплощением зла.

– Пошли. – Питер дернул его за рукав. – Здесь пахнет заговорами.

Влад так спешил покинуть это место, что не заметил Фрэйю, скрывавшуюся за колонной. Ее шепот, прерывистый и нервный, зашелестел в полутьме:

– Он благороден. Не стал мстить. Мог бы ввергнуть город в хаос, уничтожить нас с Диасом, но…

– Не обольщайся. – Мужской голос ответил из наруча. – Сила в нем еще дремлет. Ты ослепла от жалости, Фрэйя. Или симпатии?

– Никакой симпатии! – Магистр вспыхнула, сжимая подолы плаща так, что ткань затрещала. – Делай свое дело через Вирса. А я… я выполню свою часть.

– Другой разговор. И помни, – голос стал ледяным, – если Влад обернет силу против нас, твоя жалость погубит всех.

13

Хромой телохранитель

Выйдя из здания Суда, Влад, Питер и Киллиан остановились на ступенях, глубоко вдыхая свежий воздух. Несмотря на относительно удачный исход, допрос измотал их.

– Какие планы? – спросил Киллиан, поправляя перевязь меча.

Питер смущенно потупился:

– Мама… то есть мы… приглашаем вас на обед. После такого дня нужно отдохнуть.

– А мы не помешаем? – робко спросил Влад.

– Идем. – Питер махнул рукой, маня всех за собой и отгоняя тяжелые мысли. – Мы и так потеряли полдня из-за этого Суда.

Киллиан остался на месте, задумчиво глядя вдаль.

– Тебе особое приглашение нужно?

– Зачем я там нужен? – Он пожал плечами. – Вы – подопечный и сосед. Я здесь лишний.

Питер не выдержал. Он резко схватил Киллиана за рукав и потянул за собой, скрипя зубами:

– Ломаешься еще! Спаситель, блин… Танатос бы тебя побрал со всей твоей гордостью!

Киллиан лишь вздохнул, но не сопротивлялся. В глубине души он понимал – Питер прав. После всего, что случилось с Владом и Стефаном, оставаться одному было глупо. Во всяком случае, до появления этого загадочного Коллама Хантера.

Они шли молча по узким улочкам, где фонари отбрасывали длинные тени. Киллиан украдкой наблюдал, как Питер нервно покусывает губу. Было заметно, как куратор вымотался – сначала