Код Забвения. Книга вторая - Андрей Цебоев

— Это не кладбище… — Сэмюэл Макаре говорил тихо, но каждое слово падало, как камень. Он смотрел на панораму разрушения — гигантов и их крошечных стражей. — Это поле боя. Или… бойня. Тотальное уничтожение. Никаких признаков восстановления, ремонта… Никаких следов побежденных, кроме этих… руин. Никаких следов победителя… кроме самой бойни. Только вечный холод. — его голос сорвался.

Открытие было грандиозным. И абсолютно ужасающим. Прия Вадхва кивнула, ее глаза не отрывались от спектрографов.

— Энергетические подписи — нулевые. Ни тепла, ни излучения, ни следов активных систем. Только остаточная радиация в местах самых страшных пробоин… и космический холод. Миллионы лет… Они мертвы миллионы лет.

— Боже правый… — Алексей Карпов стоял, опершись о спинку кресла Келлер, его лицо было пепельно-серым. Он смотрел на сплющенный корабль-каплю. — Кто… кто это сделал? Что за сила…

Он не договорил. Ответ висел в воздухе, тяжелый и невысказанный: сила, способная стереть цивилизации, оставив лишь такие могильники. И где она сейчас?

Лихорадочная работа продолжалась. Переключение режимов, крики координат, доклады ГЕЛИОСа. Но под слоем профессионального азарта зрело новое, более глубокое чувство. Не просто страх. Глубокая печаль. Печаль по непостижимым цивилизациям, обращенным в прах. И экзистенциальный ужас перед пониманием: если это случилось с ними, обладателями технологий, за гранью понимания Земли, то что шанс у человечества? «Светлячок» висел рядом с могилой богов, и тень от этой могилы ложилась на весь их путь к Тигардену.

— Оптимальное окно наблюдения: 5 минут 17 секунд. Качество данных падает. — неожиданно доложил ГЕЛИОС.

Тихий, металлический голос ГЕЛИОСа прозвучал как похоронный колокол. Цифры таймера в углу экрана пульсировали кроваво-красным. Время практически вышло.

Дмитрий Звягинцев оторвал взгляд от чудовищной панорамы. Не от данных — от лиц. Бледное, искаженное научным азартом и ужасом лицо Вадхвы. Подавленную, глубокую печаль в глазах Макаре. Ледяную концентрацию Келлер, под которой клокотал экзистенциальный страх. Пустоту и вопрос в глазах Туре: «Как сражаться?» Напряженную ярость Карпова, ищущую невидимого врага. И — самое важное — взгляд Такахаши. За безупречными линзами «Ночной Тени» Звягинцев уловил не просто расчет. Уловил тень. Тень того же леденящего вывода, который кристаллизовался и в его собственном сознании: «Пребывание здесь — самоубийство.»

Данные на экранах кричали о непостижимых технологиях и чудовищном насилии. Но один факт перевешивал все: артефакт был связан с участниками этой бойни. Его предупреждение было вырвано из глотки этого мертвого космоса. И тот, кто превратил этих гигантов в космический мусор… он мог быть рядом. Он мог заметить крошечный зонд, осмелившийся заглянуть в его могильник. Каждая секунда задержки — лишняя запись в журнале смерти «Светлячка» и Земли.

«Видели достаточно. — Мысль была холодной и твердой, как сталь. — Знаем: враг реален. Знаем: артефакт — вестник этой гибели. Знаем: наша задача теперь — не смотреть. Бежать. Унести эту проклятую правду домой. Любой ценой.»

Решение созрело мгновенно. Голос Звягинцева прозвучал по общему каналу, резко, как удар топора по льду, перекрывая гул ВКН-1 и шелест приборов:

— Всем внимание! ГЕЛИОС! Приоритет Сигма! — команда высшего уровня. — Немедленно завершить активный сбор всех сенсорных данных! Инициировать протокол финальной упаковки и дублирования! Сжать ВСЕ в ядро «Антей»! Дублировать в хранилища «Кронос» и «Рея»! Завершить в течение 120 секунд!

Он видел, как Вадхва и Макаре вздрогнули, их пальцы замерли над планшетами — еще секунда, еще деталь! Но приказ был ясен. Сохранение важнее нового знания. Они кивнули, коротко, лихорадочно начиная последние правки фокуса, отсылая финальные фрагменты спектров и изображений.

— Научная группа! Вадхва, Макаре! Финализируйте потоки! Последние кадры — ваши приоритеты! Остальное — ГЕЛИОСу! — его взгляд переключился на инженеров. — Ван дер Вегт! Карпов! К готовности ВКН-1! Немедленно! Цель: крейсерская скорость 0.7с. Ускорение: 2G. Старт по моей команде через 3 минуты! Нильссон — к вам на подмогу! Контроль компенсаторов!

Ван дер Вегт кивнул, его пальцы уже летали по инженерной консоли, выводя параметры двигателя из режима стабилизации в готовность к мощному толчку. Карпов, оторвавшись от вида сплющенного корабля, рявкнул в комлинк и поспешил в инженерный отсек.

— Нильссон, приготовиться! Живо! Двигателю нужны глазки да ручки! — его бравада вернулась — теперь это был щит против ужаса.

— Майор Келлер! Лейтенант Диалло! — Звягинцев повернулся к пилотам. — Немедленно проверить курс! Исходная траектория к Тигардену. Подтвердите готовность!

— Проверка курса начата, капитан! — Келлер, не отрываясь от консоли, ее голос был ровным, но пальцы двигались с лихорадочной скоростью. — Диалло, подтверди векторы ускорения!

Голос Айши Диалло, офицера связи/данных, ответил из центра коммуникаций по связи:

— Векторы ускорения приняты и верифицированы, майор! Активация по вашей команде!

— Такахаши! — Звягинцев бросил взгляд на зама. — Мониторинг пассивных сенсоров на максимум. Любой намек на движение, скачок энергии, след сканирования в секторе — немедленный доклад. Профиль «Глубина» — абсолютный приоритет.

— Принято, капитан, — Такахаши кивнул, его очки отражали мерцание экрана. — Все пассивные массивы на пределе чувствительности. «Глубина» активна. Никаких следов… пока.

Слово «пока» повисло тяжелым намеком. На мостике воцарилась лихорадочная тишина действия. Шок и печаль не исчезли, но их вытеснила адреналиновая ясность побега. Шипение систем, щелчки консолей, приглушенные команды — все слилось в напряженный гул готовности. На главном экране мертвые гиганты медленно плыли в сторону, теряя резкость — «Светлячок» начал естественный дрейф, выходя из позиции наблюдения.

Звягинцев встал. Его тело ныло от усталости, но осанка была жесткой, командирской. Он смотрел на таймер: 2 минуты 15 секунд. До прыжка в темноту. До бегства от призраков мертвых богов.

«Мы уходим, — подумал он, глядя на угасающее изображение Альфа-1. — Мы уносим ваш крик. Ваше предупреждение. И страх. Огромный, как вы сами.»

— ГЕЛИОС! Статус готовности ВКН-1 и навигации!

— ВКН-1: в режиме готовности к разгону. Энергоконтур: стабилен. Навигация: курс подтвержден и загружен. Ожидание команды.

Тишина действия на мостике была звенящей, прерываемой лишь щелчками консолей, шипением систем и навязчивым шепотом ГЕЛИОСа:

— Оптимальное окно наблюдения: 10 секунд. Качество данных падает экспоненциально.

Цифры таймера пульсировали алым предупреждением. На Главном Экране все еще висела панорама Апокалипсиса. Гигантские тени Альфа-1, Бета-2 и Гамма-3 медленно плыли в бездне, обрамленные россыпью исковерканных кораблей-карликов. Оплавленная арка пробоины Альфа-1 зияла черной бездной. Сломанный «хребет» Гамма-3 казался позвоночником космического дракона, убитого в древней битве. Сферические выступы Бета-2 тускло отражали далекий звездный свет, как слепые глаза. Пыль веков