Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу - Оксана Чекменёва

– А другой дракон? – поинтересовался кентавр. К этому времени мы «отмерли» и продолжили свой путь к замку, а точнее – к столовой.

– Это учитель боевиков, магистр Килиан с женой.

– А перевертыш? – поинтересовался Клещ.

– Не знаю, может, новый преподаватель, а может, учиться здесь будет.

– Что, вот прямо так, без артефакта личины? – удивился хорек и испуганно зажал лапой пасть. – Ой!

– Артефакт личины? – Кентавр с интересом посмотрел на моего питомца.

– Вот же болтун, – покачала головой Лапка.

– А что? – возмутился Клещ. – Это вы с Риони обещание молчать давали, а я нет! – И показал ей язык.

– О чем это он? – это уже Томас ко мне. Я отвела глаза и дернула плечом. Было неловко, что Клещ разболтался, но он и правда ничего не обещал.

– Не скажет она ничего, – махнул лапой Клещ, – обещала же. В общем, когда мы вчера гуляли, то встретили перевертыша. Он Риони напугал! А потом рассказал, что учится здесь, только под личиной. И попросил никому об этом не говорить.

– А ты все равно рассказал. И кто тебя за язык тянул? – вздохнула я.

– А нечего было меня за шкирку хватать! – огрызнулся Клещ.

– А я все самое интересное проспал, – опечалился Моня.

– И зачем вообще скрывать, что ты перевертыш? – фыркнул Клещ. – Как будто это что-то постыдное или незаконное. Не понимаю.

– Потому что за ним тут же охота начнется, вот почему личина, – раздалось у Томаса из-за пазухи. Мы с Аласуром аж вздрогнули, совсем забыли о Ноппи, она так тихо сидела все это время. – Члены императорской семьи, да еще и такие красавчики – любая девушка надеется себе такого заполучить.

– С чего бы? – фыркнул Клещ. – Самец как самец, обычный. Ну, большой, и что? Томас, вон, еще больше, а на него никто не охотится.

– Может, потому что я не принц? – как-то грустно усмехнулся Томас.

– Для меня ты лучше всякого принца! – Ноппи высунула мордочку на свет и лизнула хозяина в щеку.

– Моя принцесса, – засмеялся Томас, гладя свою любимицу.

– Значит, этот – преподаватель, раз без личины, – сделал вывод Аласур, и я мысленно с ним согласилась.

За разговором я и не заметила, как мы попали в столовую. Привычно набрав полные подносы, мы уселись за облюбованный нами столик. Столовая была еще более пустой, чем за ужином, но кое-кого знакомого я увидела – и Сайду с Тейрой, и Велону, и тех двух эльфиек, которых я запомнила вчера просто потому, что они были вдвоем. А сейчас они привлекли мое внимание тем, что за одним столиком с ними сидела та самая шатенка, что прилетела на драконе, а потом улыбалась нам. Ее спутника я, кстати, не увидела.

В тот момент, когда я ее рассматривала, девушка оглянулась, словно почувствовав мой взгляд. Что-то сказала своим соседкам по столу, и те тоже оглянулись, с любопытством нас рассматривая. Сама же девушка поднялась и направилась в нашу сторону.

– Добрый день, – остановившись в паре шагов, улыбнулась она нам. – Извините, что вот так, бесцеремонно, но у вас такие чудесные фамильяры, я просто не удержалась. Не сочтите за наглость, но можно их погладить?

– Меня можно. – Моня поднял морду от миски, которую сегодня делил с Ноппи. Точнее, свою миску она игнорировала, хозяйничала в его, но мой обжора-барсук не возражал. То ли помнил, что ему потом достанется содержимое ее миски, то ли поверил, что в любой момент может получить добавку, а может, просто был не так уж и голоден, опустошив «волшебный ящик».

– Меня тоже. – Ноппи потянулась к девушке, подставляя ушастую головку под ее ладонь, чем лично меня очень удивила. Вроде такая пугливая, ко мне или Аласуру даже не приближалась, хотя спокойно болтала с нами, а тут сама за лаской потянулась.

– Ну, ладно, можно и меня, – согласился Клещ.

А вот Лапка помотала головкой и запрыгнула мне на плечо. Девушка не настаивала и, наглаживая троих остальных животных, представилась:

– Я – Рэнди. Мой муж Гейб сейчас сдает вступительные экзамены, у него портальный дар проснулся. А я просто с ним за компанию приехала.

– Я – Иветтомассор, но можно просто Томас, – в ответ представился мой друг. У Рэнди высоко взлетели брови и дернулся уголок рта. Да, имечко у него то еще. – Это Риони…

– Добрый день, – кивнула я.

– А эта троица – ее питомцы, Моня, Клещ и Лапка. Ноппи – моя кошка. А это Аласур, он кентавр, поэтому не может тебе ответить и даже показать, что тебя заметил, поскольку ты замужем.

– И твой самец гораздо его сильнее, – подхватил Клещ. – В поединке с ним Аласуру не выстоять.

– В поединке? – Рэнди в растерянности переводила взгляд с Аласура на Клеща и обратно. – А, я поняла! Это какой-то местный обычай, да? А то мы из другого мира, многого здесь не знаем. Но не буду сейчас приставать с расспросами, думаю, мы еще не раз пообщаемся. Спасибо, – это уже лично нечисти, – до встречи!

И убежала обратно к эльфийкам. Интересно, когда она успела с ними познакомиться? Если не просто к императорской семье по мужу принадлежит, а еще и из другого мира? Впрочем, это меня касаться не должно.

– Не преподаватель, – сделал вывод Аласур. – Тогда почему без личины?

– Потому что женат, – пожал плечами Томас. – А на женатого перевертыша никто охотиться не станет.

– Почему? – это мы уже хором.

– Раз уж бессмертный нашел свою половинку… то есть, истинную пару, то на других женщин даже не посмотрит. Это в обе стороны работает, поэтому ты, Аласур, можешь не волноваться, этот ее муж…

– Гейб, – подсказала Лапка.

– Да, он. В общем, он в тебе соперника не увидит, хоть пляши вокруг нее, хоть на голове ходи. Просто потому, что для Рэнди ты вообще не мужчина.

– Я мужчина! – даже обиделся кентавр. – Нет, я на нее все равно не взгляну даже, но я мужчина. Хотя, конечно, до собственного гарема мне еще очень далеко, – и он тяжело вздохнул. – Самки на меня пока и не смотрят даже, меня еще к весенним соревнованиям не допускают, да и там надо сначала несколько побед одержать, чтобы свободные самочки мной заинтересовались. А уж о том, чтобы у кого-то его самку или гарем отбить, в ближайшие лет двадцать можно и не мечтать.

– Отбить гарем? – удивилась я. – Это как?

Остаток завтрака прошел под рассказ Аласура об обычаях кентавров. Оказывается, у них только взрослые и сильные самцы могли… если по-нашему, то жениться. Парни соревновались в силе на специальных весенних играх, а девушки присматривались к победителям