Моя! И это не обсуждается - Мила Гейбатова

недоверие ко мне гаснет в ее душе. Она кивает и замолкает, откинувшись на спинку

сидения.

Незаметно перевожу дыхание. Воистину странные дела творятся вокруг.

– Залезу под капот, что ли. Правда, в автомобилях я такой же мастер, как ты в

готовке. Чего не дано, того не дано, – произношу задумчиво.

– Нет! У меня есть мысль получше! – радостно восклицает Айлин.

41

41

– Слушай, может, тебя прокляли? Может, та обуглившаяся штука была со сглазом,

заговоренным на неудачу? – произносит моя истинная.

– Я не жаловался на неудачу до сегодняшней ночи. К тому же у тебя тоже телефон не

включается, не у одного меня, – констатирую факт.

Ковыряние в автомобиле ничего не дало, хотя моя драгоценная истинная вызвалась мне

помочь. Это было интересно, но без толку. А теперь мы обнаружили, что у обоих

телефоны недоступны.

– Точно знак, – пораженно кивает Айлин, – ведь не могут оба телефона взять и

сломаться разом! Мы даже такси не можем вызвать. А если пожелать расстаться! – Мое

лицо при этом, наверное, очень сильно меняется, потому что Айлин торопливо

добавляет. – Не полностью, нет! Лишь на сегодня, на время. Мне нужно

сконцентрироваться на намерении попасть к себе в общежитие, а тебе в отель. Если все

сразу получится, то тогда… Тогда, – на этот раз мрачнеет сама Айлин, – тогда мы и

впрямь неправильно все поняли. И мой истинный Альфа вовсе не обходительный и

заботливый ты.

Меня коробит от этого предположения, я не понимаю, как Айлин может настолько нас с

ней не уважать, что вслух рассуждает о подобной глупости. Но я сдерживаюсь, Айлин

многого не знает и не понимает, не впитала этого в семье, потому что была лишена

родных.

«А, кстати, что случилось с ее родителями? Такой бриллиант, как Айлин, не мог

получиться случайно. Гены не берутся из ниоткуда, – задумываюсь я, концентрируюсь на

происхождении Айлин, это безопасные мысли. – И этот бриллиант подходит не только

мне, со мной девушка будет счастливой, как и я с ней. Но большинство волнует лишь

сильное потомство. И я веду себя, как дурак».

– Ерунда, – открываю дверь машины и выхожу из нее, – мы сделаем по–другому, – обхожу

автомобиль и открываю пассажирскую дверь. – Зачем нам такси, если я вполне могу

поработать за него. Вокруг нас знаки, ты права, знаки того, что мы забыли следовать

инстинктам.

– Но, – пытается продолжить спор Айлин.

Но я беру ее на руки, захлопываю дверь и спокойно шагаю в сторону отеля. Луна, пусть

и неполная, зато хорошо видны звезды, кажется, мы рискуем отработать за эту ночь

гораздо больше свиданий нежели три.

Через десять минут Айлин не выдерживает, мы как раз равняемся с домом Дмитрия,

вечеринка еще не закончилась, но народ переместился на задний двор, и никто с

идиотскими вопросами не попадается на нашем пути.

– Может, ты меня отпустишь? Я сама могу идти, – ерзает в моих руках девушка.

– Нет, не отпущу, – без зазрения совести качаю головой. – У нас с тобой свидание под

Луной, наслаждайся.

– Но обычно на прогулке девушка сама идет рядом.

– А ты представь, что подвернула ногу. На этих ходулях, которые мы позаимствовали у

Анны, и впрямь легко подвернуть ногу, – произношу оптимистично.

Айлин замолкает, задумывается о чем–то, надеюсь не еще одну теорию нашей с ней

несовместимости строит. Но, если честно, я попросту боюсь отпускать ее от себя. Если

кто–то еще почует ее аромат, придется драться и отстаивать свое. Я–то справлюсь, но

Айлин так хочет все по–человечески, испугается ведь меня, закроется.

– Еще одна вариация свидания? – Айлин смотрит на небо. – Что ж, ладно. Это даже имеет

смысл. Тогда знаки не о том, что мы не подходим, а о том, чтобы мы наверстали

упущенное.

– Верно! – хватаюсь я за соломинку, абсолютно не веря в сказанное, но Айлин незачем

это знать. У меня уже есть некоторые подозрения по поводу того, что происходит, но

лучше вслух эти подозрения не озвучивать, а и впрямь держать Айлин как можно ближе к

себе.

42

42

Айлин

Спустя примерно полчаса нашей с Адамом импровизированной прогулки под Луной мне

становится стыдно. Я посмела вслух усомниться в том, что Милославский моя судьба, а

я его. Это полное неуважение, на самом деле я очень сильно обидела его, не понимаю,

как Адам меня еще терпит.

Вдыхаю его непревзойденный мужской аромат и не могу насытиться. А тепло, что дарит

мне его тело, ни один даже самый мягкий на свете плед не справится с этим лучше, чем

Адам. Мой Адам.

Невероятно звучит. Я, наверное, отчаянно боюсь, что все счастье, какое я испытываю в

данный момент, какое переполняет всю меня, исчезнет в один миг, и я снова останусь

одна.

Да, должно быть, все мои теории о знаках – не что иное, как боязнь окунуться с

головой в нечто невероятное, что, как я думала, никогда не произойдет со мной, а

потом резко вынырнуть из сказки и уже навсегда остаться один на один с жестокой

реальностью.

– Прости меня, пожалуйста, – произношу, винясь, – я не должна была говорить те слова.

То, что я чувствую, и что чувствуешь ты, в этом не может быть никакой ошибки. Нельзя

подгонять знаки подо все, что в голову взбредет, это неправильно. Как минимум, я бы

не смогла ощущать твои эмоции, связь между нами укрепляется и дает такой

недоверчивой мне логичные доказательства. Все, чтобы я не творила глупости, –

смущенно улыбаюсь, – а я их все равно творю.

Адам отвечает не сразу, я чувствую, как он на секунду теряет контроль над своими

эмоциями, и там проскакивает крошечная доля самодовольства и огромная доля

искреннего, ничем не омраченного счастья.

– Я не против, если тебе захочется и дальше творить глупости, только не во вред себе,

– мягко улыбается Милославский, отвечая. – Кстати, я наконец–то смог определить одно

созвездие! Вон та яркая точка на небе точно является Полярной звездой. Значит, там

Медведица.

Задираю голову и пытаюсь рассмотреть то, о чем говорит Адам.

– Хах, – из меня вырывается смешок, – мне кажется, ты выдаешь желаемое за

действительное. Большая Медведица абсолютно точно не такая, я помню