Его неслучайная попутчица - Мария Павловна Лунёва

— Держи, — отдав мне бочонок, он сел рядом и, стянув сапог, неуклюже задрал штанину.

— Болит? — я заметила, как он морщится от каждого движения.

— Неважно.

Он продолжал ворчать, хоть и поглядывал на мои руки. Это начинало немного забавлять. Не дракон он, а кот дикий, которому вроде и хочется, чтобы его погладили, и сам об ноги трется, а стоит руку к нему протянуть, так шипит.

Зачерпнув мазь, я старательно растирала кожу. Отек не спал, но и больше не становился.

— Целители нужны, — проворчала недовольно. — И запереть тебя дома на кровати, чтобы отлеживался. Ну куда тебя с такой ногой вообще понесло? Что, родня не потерпит?

— Не-а, у них там очередная подлость намечается. Меня письмом выдернули, ультиматумом. Хотя я бы проигнорировал, но было там одно обстоятельство. Вот и не стерпел. Но мы все быстро уладим, Виола. А после, если захочешь, да где угодно запирай, только рядом будь при этом.

Улыбнувшись, я вытерла руки о платок, поправила ему штанину, а после приподнялась и коснулась губами его щеки.

— Твое предложение становится все заманчивей, дракон. Ну куда ты без меня такой заботливой?

— Пропаду, — он закивал. — Лягу посередине дороги и не встану.

— Я о том же, — улыбнувшись, снова хотела коснуться поросшей короткой щетиной щеки, но Джо внезапно повернул голову. Наши губы встретились.

— Попалась, — шепнул он, положив руку на мой затылок.

Этот поцелуй нежным не был. Джо впился в мои губы, словно голодный зверь. Вторая его рука обхватила мою талию, и я вдруг оказалась сидящей на его бедре.

Поцелуй стал глубже и смелее. Его язык скользнул в мой рот, приласкал нёбо и сплелся с моим, дразнясь и играя. Я цеплялась за плечи мужчины, понимая, что все неправильно, но поделать с собой ничего не могла. Ладони скользнули выше, пальцы запутались в мягких белоснежных волосах дракона.

— Скажи мне «да», Виола, — шепнул он мне в губы, чуть отстранившись. — Скажи мне «да».

— Скажи, кто ты, Джо, и услышишь это «да».

Он тяжело выдохнул и поморщился.

— Нам пора ехать, девочка.

Он помог мне встать. В его глазах, затуманенных страстью, пульсировал зрачок. Но Джо быстро взял себя в руки.

Глава 10

Я куталась в шерстяной плед, стараясь укрыться от сырого, пробирающего до костей холода. Сумерки сгущались быстро, окрашивая мир в сизые, мягкие тона. Из густых зарослей доносилось щебетание птиц, но это не радовало.

Поёжившись, я выдохнула. Возле рта появилось едва заметное облачко пара.

Заморозки и так некстати. Я прижалась к плечу Джо, ища тепла, а он молча обнял меня крепче.

— Хочешь, на руки возьму? — шепнул, поцеловав в волосы. — Так будет точно теплее. И тебе, и мне.

И я бы согласилась, если бы не одно «но».

— Не с твоим коленом, Джо, — покачала головой. — Нельзя.

Он печально выдохнул. Я же, потянувшись, достала то самое покрывало, что он мне купил, и, расправив, укутала и свои, и его ноги. Ещё подоткнула с двух сторон, чтобы плотнее было.

Джо проследил за моими действиями и скупо улыбнулся. Ему сложно было принимать от меня заботу. Он словно дичился. После всегда смотрел на меня так настороженно, как будто приласкав, я возьму палку и ударю его.

Это перестало удивлять, теперь я призадумывалась: почему так? Что же у него за жизнь такая, что ему простое внимание в диковинку?

Вдруг на дорогу выскочил заяц, замер на мгновение и ринулся через колею, мелькнув белым пятнышком. Я невольно улыбнулась этой торопливой неожиданности, но мой Джо, кажется, не разделил моей внезапной радости. Он лишь хмуро сдвинул брови, и его взгляд, тяжелый и настороженный, устремился куда-то вдаль, к темной линии подступающего леса.

Я хотела спросить, что не так, но в последний момент смолчала. Сама не поняла, почему. Просто смутила его реакция.

Темнеющее небо над нашими головами было чистым и бездонным, уже почти ночным. И на этом фоне, над самыми верхушками темных елей, поднималась полная луна. Она была ещё бледной, едва тронутой последними солнечными лучами, но её холодный свет уже заявлял о своих правах на мир.

Внезапно из чащи с шумным хлопаньем крыльев взметнулась стая ворон.

Джо вздрогнул и подался вперед, явно что-то высматривая. Напряглась и я. Его тревога переходила ко мне.

Но всё было тихо.

Холод становился все злее, он пробивался сквозь шерсть пледа, заставляя меня мелко дрожать.

Мир сузился до темной ленты дороги, уходящей в никуда, и до того единственного тепла, что исходило от дракона.

Его рука дрогнула. Плед шевельнулся, и я почувствовала, как он скользнул под него. Мужские пальцы начали своё медленное, осторожное путешествие по моему боку. Вроде и невинно, но слишком уж будоражит сознание. От прикосновений по телу пробегал жар. Сердце застучало быстрее и громче.

Но я сидела и старалась ничем не выдавать, что замечаю вольности дракона.

Его большой палец скользнул под ткань рукава платья, шершавая подушечка коснулась голого запястья. Я вздрогнула. Слишком уж волнительными казались эти поглаживания. В горле пересохло.

Взглянула на Джо. Он смотрел вперед. В полумраке его лицо казалось грубым и надменным. Нет, он не убрал руку, почувствовав мою реакцию. Вместо этого его пальцы скользнули ниже и мягко сплелись с моими. Он сжал мою ладонь.

Мы ехали дальше. Я не двигалась, заблудившись в своих чувствах и потеряв мысль в холодном рассудке.

Мне нравилось, как он держал меня за руку. И ночь вдруг стала не такой холодной, и очертания дальних кустов уже не пугали. И луна, поднимающаяся над деревьями, красивая.

— Уже скоро доберемся, — шепнул Джо. — Замешкались у ручья немного. Да и дороги ещё местами не просохли.

— Угу, — промычала, прислонив голову к его плечу.

Мужская рука высвободила из захвата мою и двинулась выше. Широкая, слегка шершавая ладонь провела по моему плечу, снимая воображаемое напряжение, скользнула снова вниз и осторожно перебралась на мою талию. Замерла там. Большой палец принялся рисовать медленные, гипнотические круги.

Не дождавшись возмущения и сопротивления, Джо продвинулся ниже. Теперь его ладонь лежала на моем бедре. Пальцы перебирали ткань подола, комкая и сдвигая. Он словно желал сорвать с меня платье. И от этой мысли мгновенно стало тяжело и жарко внизу живота.

Джо окончательно перестал ощущаться мною как чужак.

Он пошевелился, и я мгновенно села ровнее. Ночь укутывала и сглаживала любую неловкость. Джо склонился ещё ниже. Его губы, обжигающе горячие, коснулись моей кожи, он