Магические испытания - Мег Сюэмэй Икс

– Как приятно, – простонала я, запрокинув голову. – Не останавливайся. Ни за что не останавливайся.

Его палец еще глубже проник в меня и принялся двигаться в размеренном ритме. Вскоре к первому пальцу добавился второй, открывая новые невероятные ощущения.

Я вскрикнула от удовольствия, которое пронзило меня, освещая каждую клеточку тела. Я хотела этого мистического мужчину больше всего на свете. Хотела его полностью, мечтала насладиться каждым дюймом его твердой длины.

Я подалась вперед, усиливая взаимодействие, и мой красавец сладострастно чертыхнулся. Не в силах больше сдерживаться, он спустил брюки, явив моему взору предмет своей гордости – огромный, пульсирующий, гладкий.

Какое поразительное зрелище!

На секунду я замешкалась, не уверенная, удастся ли мне его принять. В следующее мгновение я качнула головой, решив не беспокоиться о размере. Мы можем делать все что угодно, потому что во сне обстоятельства всегда складываются наилучшим образом.

Положив руки на плечи красавца, я прильнула к нему.

– Хочешь меня, ягненок? – спросил он, завороженно наблюдая за каждым моим движением.

Голодный взгляд, которым я смотрела на его мужское достоинство, вызвал на его великолепном лице самодовольную удовлетворенную улыбку.

– Больше всего на свете, – промурлыкала я, затаив дыхание.

Я и не подозревала наличие у себя этой сладострастной ипостаси. М-да-а-а, я умею преподносить сюрпризы, но на этот раз в хорошем смысле.

Из его груди вырвался звериный рык, возбудивший меня еще сильнее. Обхватив мои бедра руками, красавец меня приподнял, словно я была легкой, точно перышко. Поместив свой стальной стержень между моих бедер, он легонько толкнул меня, побуждая откинуться назад, и я с готовностью повиновалась.

Наконец он вошел в меня.

Некоторое время мы оставались неподвижными, смакуя и празднуя невероятное чувство близости и единения, потом красавец начал медленно двигаться, давая мне время привыкнуть к его размеру.

Я потеряла терпение первой. Я хотела его всего – и принялась поднимать и опускать бедра, скользя по его твердой как камень длине. Я была не уверена, что все делаю правильно, но ощущения были приятными, и мы оба задыхались от удовольствия.

От страсти сапфировые глаза моего возлюбленного потемнели, черты лица исказились. Одной рукой он сжал мое бедро, наращивая темп, а другая зарылась в мои волосы цвета лаванды.

– Позволь мне сделать всю работу и доставить тебе удовольствие, – прошептал он мне в губы. – А ты просто наслаждайся. Мне хочется позаботиться о тебе.

Приподняв мощные бедра, он вошел в меня еще глубже, движимый грубой потребностью впиться в меня, уничтожить. Каждый дюйм его восставшей плоти заполнял мое разгоряченное лоно, и мое тело с готовностью поглощало его мужское естество.

Мои груди подпрыгивали, когда мы соединялись, расходились на секунду и снова сходились.

Я почувствовала, как напряжение медленно отпускает меня, и только сейчас поняла, что долгое время пребывала на взводе.

Вожделение, тепло и аромат моего возлюбленного обволакивали меня, как мелодия неба, океана и земных недр. Он брал меня все сильнее и быстрее, погружая в море блаженства. Мне хотелось, чтобы эти ощущения длились вечно.

Последовала новая серия сильных толчков, от которых, казалось, он стал еще больше внутри меня. Я застонала. Красавец издал низкий гортанный звук, и его ритм стал ослепительно быстрым.

Некоторое время мы не издавали ни звука. Он без устали входил в меня с сокрушительной силой, а я принимала его с не меньшим энтузиазмом.

– Моя женщина, мой ягненок, – пробормотал он. Страсть изменила его, превратив в эротического бога. – Ты была создана специально для того, чтобы я нашел тебя в своем сне и насладился, доведя до чистейшего экстаза.

– Вообще-то, это мой сон, – возразила я между задыхающимися стонами, но он не принял мои слова во внимание.

– Приходи ко мне во сне каждую ночь и позволь обладать тобой до самого рассвета, – велел он.

Я почувствовала, что внутри меня все сжимается, стискивая каждый дюйм его стержня. Он зашипел от удовольствия и, высвободив свои бархатистые черные крылья, обнял меня ими одновременно в защитном и властном жесте. Наш ритм сделался нестабильным из-за его ускоренных толчков.

Наслаждение вознесло меня на небеса, и что-то внутри полностью ослабло или даже с треском сломалось.

Светящиеся руны – все двенадцать символов двенадцати главных богов – закружились на моем теле, словно звездная карта галактики.

Я ощутила, как устремляется на поверхность все, что во мне было заключено: лед, ветер, огненные бури, молнии, урожай, смерть, рождение и тьма. Воцарился хаос, сменившийся порядком – и снова хаосом.

Откинув голову, я принимала своего возлюбленного.

Назови меня своей. Возьми меня всю.

Я почувствовала себя обновленной, как при появлении новой вселенной на свет.

Крылатый красавец в крайнем изумлении смотрел на меня своими невероятными сапфировыми глазами. Его чувственные губы приоткрылись.

– Мэриголд, что…

Налетевший волшебный ветер оторвал меня от него прямо перед тем, как сжигающая дотла дикая страсть достигла кульминации.

– Мэриголд, проснись, – настойчиво звал чей-то голос.

Глава 10

– Какого хрена? – Я резко распахнула глаза и едва сдержалась, чтобы не вмазать кулаком в обеспокоенное добродушное лицо Елены. Я застонала. – Черт бы тебя побрал, подруга!

Своим несвоевременным вторжением она только что оторвала меня от самого привлекательного мужчины и самого горячего действа, а ведь я находилась в одном полувздохе от первого и лучшего оргазма в моей жизни!

Елена смотрела на меня сверху вниз своими серыми глазами.

– Занятия начнутся через двадцать минут, Мэриголд! Пора вставать.

Я вздохнула. Какая же она хорошая подруга, ей не все равно.

– Ты иди, птичка, – сказала я ей, – а я еще немного посплю.

– С ума сошла? – удивилась она и помахала перед моим открытым, хоть и прищуренным глазом расписанием уроков. На сегодня в нем значилось следующее:

8:00: Кардио и силовые тренировки

9:30: История и слава олимпийских богов

10:30: Боевые техники

12:00: Обед

13:30: Обучение владению оружием

15:00: Обучение магии

Мне ужасно не хотелось идти ни на одно из этих занятий, особенно после такого яркого сна. Ради всего святого, наплевать мне на славу олимпийских богов, этих напыщенных индюков, только о себе и думающих.

– Первый урок начинается в восемь, – повторила Елена, – а сейчас семь сорок. Поверь мне, в Академии лучше не производить плохого впечатления, опоздав в первый же день.

Что, если я пропущу несколько занятий? Что тогда случится? Что мне за это сделают? Вышвырнут из Академии? И превосходно! Так я добьюсь исполнения своей самой заветной мечты.

Кстати, о мечтах… и сновидениях. Больше всего на свете мне хотелось вернуться