Дорога Бурь - Энтони Райан

Когда огненно-красная сталь Тулвара Военачальника встретилась с пылающей сферой Утренней Звезды, яркая вспышка лишила Гайма зрения. Он споткнулся и упал, ругаясь и моргая слезящимися глазами. Когда ослепление померкло, он поднялся на ноги, но тут же остолбенел, потрясенный тем, что предстало перед ним. Ищейка лежала на спине, осколки Утренней Звезды усеивали мраморный пол вокруг. В ее груди и шее виднелись осколки разбитого оружия, все еще светящиеся, но с уменьшающейся энергией. Она совсем не двигалась.

Вызывающий крик Орсены вывел его из оцепенения. Она бросилась на Короля Мятежников, Клинок Заклинателя был нацелен ему в сердце. Раджан с легкостью уклонился от удара, и Тулвар Военачальника взлетел, чтобы нанести ответный удар со сверхъестественной скоростью. Обычный человек, возможно, и не смог бы противостоять этому удару, но только не Орсена. С такой же быстротой она подняла Клинок Заклинателя, парируя удар. Два оружия встретились, издав тот же оглушительный звон, который Гайм в последний раз слышал в крепости Блэкфайр. Звук разнесся по площади, и Гайм увидел, как многие мятежники, спешившие к Селезиуму, остановились, пошатываясь, почти так же, как это сделали страшные твари в том проклятом замке. Однако их колебания были недолгими, и все они возобновили свое продвижение, в то время как борьба между Ультрией и Королём Мятежников продолжалась.

Поднырнув под удар Клинка Заклинателя, Раджан направил Тулвар Военачальника на мостовую под ногами Орсены, лезвие ярко вспыхнуло. Мгновенно мраморная плитка взорвалась, и Орсена рухнула в образовавшуюся трещину. Пользуясь случаем, Король Мятежников занес меч над головой, готовясь нанести удар по голове Орсены. Все еще находясь на расстоянии дюжины ярдов от места происшествия, Гайм снова метнул Безымянный Клинок, меч потащил его вперед, его острие было нацелено в грудь Короля Мятежников.

Когда они столкнулись, Гайм увидел лицо своего врага - должно быть, когда-то красивого человека, черты которого от голода превратились в нечто, напоминающее череп. А еще он увидел в его глазах странную смесь ужаса и благодарности. Даже когда Безымянный Клинок пронзил Короля Мятежников от груди до позвоночника, Гайм знал, что его душа полностью захвачена демоном, заключенным в его клинке. На краткий, напряженный миг они стояли, прижавшись друг к другу. Раджан, некогда праведный лидер оправданного восстания, кашлянул кровью в лицо Гайму и обнажил зубы в улыбке блаженного облегчения.

"Спасибо... тебе..." - прохрипел он, слова вырывались в красном облаке. Гайм увидел, как свет померк в его глазах, и услышал лязг, когда Тулвар Военачальника выскользнул из его хватки. Вытащив Безымянный Клинок из груди Раджана, он позволил тому упасть, а затем бросился к Ищейке.

С его губ сорвался стон облегчения, когда он прижал руку к ее груди, почувствовав небольшую, но ощутимую пульсацию. Вид ее ран причинял ему боль. Глубокий порез от лба до подбородка был самым страшным, но множество осколков металла, торчащих из ее кожи, заставили его опасаться, что она, возможно, неподвластна искусству любого целителя.

На самом деле, - вмешался Лакорат, - все как раз наоборот, мой повелитель. Магия Утренней Звезды спасла ее. Ее остатки, заключенные в этих осколках, просочились в ее кровь. Сила, подарившая Черному Разбойнику столько лет жизни, теперь течет по ее венам.

Словно в подтверждение слов демона, глаза Ищейки распахнулись. Она сделала глубокий, прерывистый вдох, не сводя взгляда с Гайма. "Экири!" - потребовала она.

Посмотрев в сторону основания Селезиума, Гайм увидел, что окружающий кордон мятежников превратился в плотную стену неподвижных людей. Он надеялся, что смерть их Короля лишит этих людей воли к сопротивлению, но, судя по доносившимся со стороны лестницы звукам боя, они продолжали сражаться с той же безумной яростью.

"Нам еще многое предстоит сделать", - кивнул он Ищейке. "Ты можешь стоять?"

Взяв его за руку, она поднялась на ноги. Хотя из раны на ее лице продолжала сочиться кровь, он почувствовал, что в ее хватке силу. Он также отметил, как прямо она стояла, окидывая мрачным взглядом неподвижную орду мятежников, окружавших Селезиум, а затем ее глаза скользнули к упавшему рядом тулвару.

"Нет!"- решительно сказал Гайм, встав на ее пути.

"Он мне нужен!" - настаивала она, силясь оттолкнуть его в сторону. Ее сила была немалой, но он все же удерживал ее.

"Ты хочешь стать такой же, как он?" Гайм ткнул пальцем в пронзенный труп Короля Мятежников. "Какой ты будешь матерью Экири, если это сделаешь?"

Сначала он подумал, что она будет бороться с ним. Теперь, когда в ее крови текла сама сущность Утренней Звезды, он беспокоился, что свирепая воинственность этого оружия могла повлиять на ее душу. Однако сквозь кровавую маску, покрывающую ее лицо, он увидел проблеск неохотного понимания. "Тогда как, Паломник?" - спросила она, в ее глазах было скорее отчаяние, чем вызов.

"Король Мятежников мертв", - произнесла Орсена. Она подошла к ним, смахивая с одежды налипший песок, оставшийся после того, как она выбралась из расщелины. Кивнув на битву, все еще бушевавшую на нижних ступенях, она добавила: "Но они все еще сражаются".

Оглядев место сражения, Гайм увидел, что королевское войско утратило всякий порядок. Дисциплинированные отряды превратились в кучки сражающихся солдат посреди моря обезумевших мятежников. В центре кипящей массы то и дело вспыхивали молнии, Лексий пробивал бреши в рядах противника, но они снова заполнялись. Справа вихри подбрасывали в воздух десятки горцев, когда Лорвет делал свое дело. И все же орда убитого Короля Мятежников продолжала сражаться.

Так и будет, мой повелитель, - произнес Лакорат. До тех пор, пока в тулваре будет жить сущность Военачальника.

Взглянув на упавшее оружие, Гайм увидел на клинке то же огненное сияние. Оно потускнело, но не угасло. Через Лакората он чувствовал, как дух, заключенный в стали, все еще продолжает проявлять свою волю.

"Ты можешь с ним общаться?" - спросил он Лакората. "Напомни ему о задаче Аркелиона. Если Военачальник присоединится к нам, он сможет заслужить свободу".

Боюсь, все это бессмысленно. Ему нет никакого дела до великого замысла Аркелиона. Этот старый ублюдок совершил ужасную ошибку, захватив Военачальника. Он думал, что заручился поддержкой несравненного полководца. Но вместо этого явил в этот мир существо с неутолимой жаждой победы. Он не способен рассуждать здраво, мой повелитель. Его ярость из-за того, что ты зарубил его носителя, безмерна. Теперь он видит