Враги рядом - Хайдарали Мирзоевич Усманов

— Пока что… да.

Именно это слово заставило Линь Сюэ нахмуриться.

— Пока что?

Парень медленно кивнул.

— Она меняется.

Теперь даже двое старших учеников замолчали окончательно. Максим же снова перевёл взгляд на стену. И внутри у него нарастало крайне неприятное ощущение. Потому что эта защита… была слишком живой. Слишком гибкой. Слишком умной для обычной печати. И чем дольше он на неё смотрел… Тем сильнее ему начинало казаться, что древний город вовсе не был заброшен, как могло показаться на первый взгляд. Он просто… ждёт.

На несколько мгновений возле древней стены воцарилась такая тишина, что даже ветер, тянувший из разрушенного города запах старого камня и пыли, показался всем слишком громким. Два старших ученика, ещё секунду назад довольно потрясавшие своими находками, теперь стояли словно пришибленные. Один машинально сжал в руках тот самый сероватый камень, от которого шёл слабый фон духовной силы, а второй так резко опустил лекарственные растения, будто они внезапно стали ядовитыми.

Первым нарушил молчание именно тот самый более наглый ученик.

— Что за бред?.. — нервно хрипнул он, оглядываясь по сторонам. — Люди из Академии не станут нападать друг на друга!

Максим, не поднимая головы, продолжал спокойно втыкать в землю очередную ветку, вымеряя границы безопасного прохода между невидимыми печатями. Со стороны это выглядело почти издевательски спокойно.

— А кто сказал, что здесь только ученики Академии Небесного Свода? — равнодушно спросил он. — На площади были люди с других кораблей. Из других сект. Из малых кланов. Были одиночки. Были наёмники. И все они пришли сюда за одним и тем же.

Он слегка наклонился вперёд, внимательно наблюдая за мерцанием огромной печати. Тонкие линии силы, невидимые для остальных, снова сжались, оставив на несколько мгновений узкую прореху в переплетении энергетической сети. Максим мысленно отметил время и снова продолжил говорить, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном.

— За редкие травы убивают. За артефакты убивают. За камни духа убивают. А уж за возможность войти в древний город, который тысячи лет никто не мог разграбить… — Он тихо усмехнулся. — Тут скорее удивительно, если вас ещё никто не попытался прирезать во сне.

После этих слов даже Линь Сюэ почувствовала, как по спине проходит неприятный холодок. Она резко вспомнила ту самую площадь возле костяного корабля. Сотни людей. Жадные взгляды. Скрытая враждебность. Тогда всё это казалось просто напряжением между культиваторами. Обычным соперничеством. Но сейчас, стоя перед древней стеной, за которой, возможно, скрывались реликвии эпохи воюющих Богов, девушка вдруг ясно осознала одну простую вещь. Максим был полностью прав. За такое место будут убивать. Причём без малейших колебаний. Один из старших учеников нервно сглотнул и почти шёпотом спросил:

— Тогда… почему нас до сих пор никто не тронул?

Максим наконец выпрямился и посмотрел на него так спокойно, что тому стало ещё страшнее.

— Потому что вы шумите как идиоты. — Прямо ответил парень. — А значит, за вами легко следить.

Он перевёл взгляд куда-то в сторону разрушенных руин, заросших чёрными лианами и серебристым мхом.

— Возможно, кто-то уже идёт следом.

Теперь побледнели уже оба старших ученика. Они начали напряжённо всматриваться в туман между руинами, будто действительно ожидали увидеть там чьи-то силуэты. И именно в этот момент Линь Сюэ окончательно поняла одну крайне неприятную вещь.

Этот парень думает совершенно иначе. Не как ученик Великой Академии. Не как младший воспитанник. Не как избалованный наследник клана. Он всё время смотрел на этот мир так, словно с самого детства жил среди хищников. Причём среди тех, кто убивает не из ненависти, а просто потому, что это выгодно. Именно поэтому он постоянно проверял территорию вокруг себя. Поэтому спал вполглаза. Поэтому никогда не хвастался находками. Поэтому сразу подумал о возможности нападения других людей. Поэтому не доверял никому из них. Даже ей. Эта мысль почему-то неприятно кольнула девушку. А тем временем Максим снова присел возле своей странной конструкции из веток, напоминающей кривую дверную раму. Он медленно провёл ладонью по воздуху, словно ощупывая невидимую поверхность.

Печати перед ним снова дрогнули. Огромная сеть света чуть сжалась. На краткий миг между линиями действительно появился проход. Очень узкий. Очень опасный. И абсолютно невидимый для остальных.

Парень тихо выдохнул.

— Почти понял закономерность…

— То есть проход всё-таки есть? — тут же напряглась Линь Сюэ.

Максим снова внимательно посмотрел на пульсирующую стену печатей. Сейчас, когда он уже начал различать логику движения отдельных узлов, вся эта защита казалась ему не просто барьером. Это был живой механизм. Гигантская система. Нечто вроде огромного организма, состоящего из миллионов взаимосвязанных элементов. И где-то внутри этого механизма существовала брешь. Маленькая. Опасная. Но всё же существовала. Парень медленно кивнул.

— Есть.

После чего спокойно добавил:

— Но если кто-нибудь из вас хоть на волос ошибётся во время прохода… от человека там даже пепла не останется.

И судя по тому, как резко побледнели два старших ученика, теперь они наконец начали по-настоящему понимать, куда именно забрались. Линь Сюэ молчала. И именно это молчание сейчас настораживало Максима куда сильнее, чем любые выкрики или приказы. Девушка стояла буквально в нескольких шагах от той самой прорехи в невидимой стене, внимательно глядя не на проход, а именно на него. На его руки. На то, как он время от времени чуть прищуривается, словно вслушиваясь во что-то, недоступное остальным. На то, как его взгляд едва заметно смещается, отслеживая пульсацию печати.

Она пыталась понять принцип. И это ему очень не понравилось. Потому что чем больше она понимала, тем опаснее становилась сама ситуация. Позади девушки два старших ученика сейчас стояли почти неподвижно. Еще совсем недавно они пытались изображать из себя опытных исследователей древних руин, но сейчас весь их гонор словно смыло холодной водой. Один из них нервно сглотнул, глядя на ветки, которые Максим вбил в землю, обозначая границы прохода. Второй машинально сжал в руках ножны меча так сильно, что костяшки пальцев побелели.

Им впервые по-настоящему стало страшно. Не так, как возле голема. Не так, как ночью, когда на лагерь напали твари. Тогда опасность была видимой. Ее можно было понять. Услышать. Почувствовать.

А здесь… Здесь перед ними был пустой воздух. Пустота. Ничего. И именно эта пустота могла в любой момент испепелить человека до состояния черного пепла. Максим же, словно не замечая их состояния, еще раз