Ученики без имени - Анастасия Бэйланд

от тебя» уже преодолен. Через несколько дней после их самой первой прогулки Хунь Лан ультимативно затащил Гань Юэ в торговый центр и провел по нескольким магазинам. Во-первых, подобрать ему какую-нибудь красивую рубашку на помолвку Лю Лянь – потому что Хунь Лан не собирался идти один. Ему там просто было бы нечего делать без подходящей компании. А во-вторых, купить наконец хорошую, теплую, зимнюю куртку.

У Хунь Лана чуть искажение не случилось, когда он узнал, что единственная куртка Гань Юэ – тонкое светло-серое недоразумение, в котором замерзнешь даже быстрее, чем в кожаном пальто. Хотя Хунь Лан, в принципе, в тот день тоже оказался молодец, вырядился – и сам порядком заледенел на ветру даже со своей высокой устойчивостью к холоду.

Гань Юэ, конечно, долго упирался и отнекивался, говорил, что это слишком дорого, что он не хочет никого обкрадывать и не может согласиться на подобные покупки. Но теперь у Хунь Лана был козырь в рукаве – данное им обещание. Так что у сдавшегося Гань Юэ появилась шелковая рубашка с объемными рукавами и шнуровкой у ворота, а еще куртка той же фирмы, что уже года два носит сам Хунь Лан.

Несмотря на все слова, Гань Юэ долго крутился у зеркала в новой рубашке, улыбался, и ему явно нравилось свое отражение. А что касается куртки – они отныне могут подолгу гулять, и то, что Гань Юэ не ежится от холода и не дрожит на ветру, лучшая награда для Хунь Лана.

Город, украшенный к европейскому Новому году, сейчас красив. У Гань Юэ это вызывает особенный, чистый восторг, он радуется, как ребенок, оглядываясь вокруг сияющими глазами, и Хунь Лан вспоминает того счастливого первокурсника, которому жизнь казалась абсолютно прекрасной.

Сейчас Гань Юэ чаще кажется испуганным воробьем, опасающимся сделать лишний шаг, будто вечно перед кем-то виноват. Робко пробует ступить на лед, даже если никакого льда нет, а под ногами твердая почва. Он все так же мягок, как раньше, все так же дружелюбен, однако во взгляде почти постоянно скорее усталость, нежели прежний свет, и это печально.

Среду, двадцать девятого числа, Хунь Лан тоже проводит с Гань Юэ. В обед Лю Лэй отписывается, что суд прошел и Хо Ана приговорили к десяти годам за «причинение тяжкого вреда здоровью» и еще за какие-то пункты, которые Хунь Лан не запоминает. То, что один из обращавшихся к Чэнчжэню получил справедливое наказание, рождает приятно колючее, греющее кости злорадство.

Лю Лэй теперь наверняка опять не появится до позднего вечера, пока не выпроводят из больницы. Гань Юэ в этот раз нужно готовиться к экзамену по истории – а нет ничего, что Хунь Лан знал бы лучше. Не то чтобы он выбирал факультет по велению сердца. В то время ему вообще было все равно, куда поступать: подготовительные курсы брал разных направлений, а документы подавал наугад, ибо был обеспокоен не будущей специальностью, а состоянием Гань Юэ.

Но потом стоило немного втянуться и ему… понравилось.

В истории есть свое очарование: заглянуть в прошлое, реконструировать события, строить версии, изучать старинные предметы и записи, архивные документы, такие хрупкие, что нужно брать их только в перчатках и рядом лишний раз даже не дышать. Можно размышлять, как жили и думали люди много лет назад, почему их образ мыслей отличался от нынешнего.

Сейчас они с Гань Юэ занимаются мировой историей. Хунь Лан способен удерживать в голове тысячи дат и мелких деталей, а еще у него хорошо подвешен язык. Не так, как у Фэй Чжао, но в достаточной степени. И он пользуется этим, чтобы убеждать преподавателей в собственных знаниях, даже когда их примерно ноль, причем такой, что даже иероглиф, его обозначающий, пишется с бо́льшим количеством черт, чем в голове имеется информации[27].

Гань Юэ слушает с искренним интересом, когда Хунь Лан объясняет, делает пометки в маленьком блокноте и периодически задает уточняющие вопросы. Хунь Лан старается говорить максимально кратко и по делу, избегая лишнего, чтобы Гань Юэ мог взять выжимку самой важной информации и не забивать мозг водой, которой обычно в изобилии наполнены учебники. Но уже под конец первого часа тот хватается за голову:

– А-Лан, пощади. Я не могу столько запомнить.

– Но ведь мы только начали. Это программа моего собственного первого семестра, – посмеивается Хунь Лан, невозмутимо листая свою тетрадь с лекциями. – Я дошел всего лишь до европейского Средневековья.

Гань Юэ издает звук, представляющий собой нечто среднее между обреченным вздохом и мученическим стоном. Хунь Лан, сжалившись, все-таки предлагает прерваться. А потом устраивается позади Гань Юэ под его непонимающим взглядом, скрестив ноги. Опускает кончики пальцев на виски, зарываясь в непривычно короткие волосы, и осторожно начинает массировать. Гань Юэ под его руками сначала прерывисто втягивает воздух, а потом медленно, облегченно выдыхает.

– Легче? – спрашивает Хунь Лан.

– Да. Это расслабляет, – тихо отзывается Гань Юэ.

Хунь Лан смеется, получая в ответ притворно обиженное: «А-Лан!» Если бы они оба использовали один вид ци, он мог бы еще приложить немного духовных сил, но так тоже должно быть неплохо. Гань Юэ опускает плечи, чуть запрокидывает голову и подается назад. Хунь Лан массирует ему виски, медленно поднимается круговыми движениями вверх к темени, потом снова спускается, и так несколько раз.

Внезапно раздается звук входящего сообщения. Хунь Лан цокает языком.

– Хм-м? – подает голос Гань Юэ, так лениво, словно начал засыпать. – Это у тебя?

– Да. Не обращай внимания.

– Посмотри. Вдруг что-то важное. – Его слегка качает назад, и, не удержавшись, он опирается спиной на Хунь Лана. – Ой. Прости, я случайно, сейчас встану.

– Да лежи, лежи, отдыхай, ты не тяжелый, – хмыкает тот. – Только не засни совсем, мы потом продолжим учить.

Гань Юэ в ответ произносит невнятное «угу». Хунь Лан опирается одной рукой на матрац, чтобы принять более устойчивое положение, а другой тянется к лежащему рядом телефону. Приходится неудобно выгнуть руку, чтобы Гань Юэ не было видно переписку. Не то чтобы Хунь Лан ему не доверял, но он догадывается, от кого это сообщение, ведь как раз поторапливал Хэй Яня, задерживающего очередную порцию информации, сегодня утром.

Хэй Янь 5 : 35 pm

По просьбам нуждающихся. Я наконец кое-что откопал.

Хунь Лан 5 : 36 pm

Не прошло и года.

Наша предыдущая версия провалилась еще две недели назад. Ты там после этого полное досье на всю верхушку универа собирал, что ли?

Хэй Янь 5 : 36 pm