Выбор Евы - Наталья Способина

До замка отсюда было довольно далеко, и им предстояло преодолеть этот путь, не видя друг друга, в зимней одежде. В другой момент Еву бы это волновало, но сейчас она думала только о том, что Корвин дал им шанс спастись, а сам вновь остался в каменном мешке. И как они после этого посмотрят в глаза Никите?

Впрочем, вскоре думать о чем-либо стало сложно, потому что идти через лес по тропинке, на которой то тут, то там торчат корни, валяются палки, попадаются кочки, оказалось, мягко говоря, непросто. До этой минуты Ева и не догадывалась о том, что чувствовать, куда ты ступаешь, и видеть это своими глазами – совершенно разные вещи. Ощущения подводили. И не только ее, потому что то и дело кто-нибудь из друзей спотыкался, оглашая лес злым шипением.

И если сперва Глеб еще пытался призвать к тишине, чтобы не привлекать внимание обитателей этих мест, то вскоре смирился, потому что и сам умудрился не просто споткнуться, а даже, судя по звуку, упасть.

Ева совершенно не помнила эту дорогу. Наверное, потому, что Блуд вел их по ней в предутренних сумерках, а может, потому, что не обращала в тот день внимания на окрестности, ведь все ее мысли были заняты желанием поскорее убраться из замка Кощея, пока Никита не отправился за ними в погоню. Знала бы она тогда, что через несколько месяцев будет идти этой же дорогой, мечтая вновь увидеть Никиту живым и здоровым и коря себя за то, что они бросили Корвина на верную смерть или же страшный плен!

– А сколько времени прошло? – наконец подала голос Лика.

Они с Евой так и держались за руки, и это уже не раз успело спасти их от падения. Если одна спотыкалась, вторая успевала поддержать.

– С какого момента? – уточнил Глеб.

– С того, как нас побрызгали.

– Я не засекал, но с момента перехода сюда прошло сорок две минуты.

– Тогда почему мы все еще невидимы? – раздраженно уточнила Лика.

– Потому что мы оказались в мире истинного волшебства, а тут даже искусственное волшебство из нашего мира может работать дольше, если истинное того хочет, – пояснил Валера, и Глеб ответил:

– Совершенно верно.

– И сколько мы будем такими? – спросила Ева.

– Я бы мог ответить на этот вопрос, если бы сделал вещество здесь и знал его параметры. А так – увы, – подтвердил ее худшие опасения Глеб.

– Зато сможем спокойно добраться до замка Кощея, – Валера попытался добавить в голос чуть оптимизма.

– А как мы попадем в замок? – Ева утерла пот свободной рукой и посмотрела в ту сторону, где шла Лика. Никакого намека на подругу. Только окружающая картинка чуть плывет.

– Охранное волшебство невидимостью не обманешь, – пояснил Глеб. – Замок поймет, что пришли гости. Так что с хозяином говорить все равно придется.

– А если Кощей вправду пропал, хозяин там теперь Иван? – спросила Ева.

– Если не случилось ничего непредвиденного, вроде какого-нибудь нападения, то да. Впрочем, Иван – сын своего отца. Поэтому я не верю в то, что его так просто победить. Думаю, скоро мы встретимся именно с ним.

– Лик, придется тебе опять нареченную играть, – усмехнулся Женька.

– Жаров, я тоже могу начать шутить, – мило предупредила Лика.

– Услышал. Молчу, – тут же отреагировал Женька, но в его голосе слышалось ехидство.

Ева не стала напоминать о том, что Кощей разоблачил Валерин обман и что Иван в курсе розыгрыша. Ей почему-то казалось, что Лике будет приятно играть эту роль. Пусть хотя бы в своем воображении.

– Сейчас уже замок покажется, – наконец сообщил Женька.

– Замок покажется, а мы нет, – вздохнула Ева, глядя на свою по-прежнему невидимую руку.

– Истинное волшебство этим не обманешь, – серьезным тоном повторил Глеб.

– Но шапка-невидимка Матве… то есть твоя ведь обманывала их всех. – В тоне Женьки послышалась неловкость.

– Потому что по своим свойствам она была слишком схожа с аутентичным артефактом.

– А как вам удалось сделать ее такой? – спросил Валера.

В этот момент в конце лесной тропы появился просвет, а в нем – каменная стена, окружавшая замок Кощея.

– Здесь все просто, Валер. Волшебный потенциал, заложенный в создаваемый объект, – это полдела. Главное – намерение, острое желание создать именно этот объект. Тогда это будет работать.

– Но те, кто пытался создать новую скатерть-самобранку, определенно желали, чтобы она заработала, – заметила Ева, вглядываясь в пустоту, из которой звучал голос Жарова-старшего.

– О нет, Ева! Просто желать и неудержимо желать, быть готовым все за это отдать – это разные вещи.

– Поясни, – потребовал Женька.

– Понимаешь, тот, кто создал сапоги-скороходы, когда-то куда-то не успел и не смог себе этого простить. Тот, кто создал скатерть-самобранку, когда-то не смог накормить семью, и случилось непоправимое. Тот, кто создал волшебный гребень, из которого встает несметное войско, не сумел защитить. Все эти волшебники не простили себе того, что случилось.

– А от кого хотел спрятаться тот, кто создал шапку-невидимку, подобную аутентичной? – хрипло спросил Женя.

– Не спрятаться, Жень, спрятать, – ответил его отец и после паузы добавил: – Идемте. У нас тут не так много времени.

Видневшаяся вдалеке кирпичная стена на миг смазалась, по ней скользнули листья и ветки, когда Глеб пошел по тропинке. Еве сейчас остро не хватало возможности увидеть друзей, потому что ей было страшно. Очень-очень.

Лика, видимо, тоже чувствовала что-то подобное, потому что крепко сжала ее руку и потянула за собой по тропинке. Прочь из леса прямо в замок царя Кощея.

Глава 11. Старая дружба на новый лад

Некоторое время они шли к воротам вдоль замковой стены, и Ева невольно сравнивала свои ощущения с первым визитом сюда. Тогда они пробирались в логово Кощея, ничего не зная ни о нем самом, ни о его царстве, да и Никита вызывал минимум доверия. Сейчас все было иначе. Они примерно разобрались в устройстве этого мира, знали о том, что здесь нельзя задерживаться дольше девяти дней и девяти ночей, познакомились не только с самим Кощеем, но и с его детьми. И ради младшего из них оказались сегодня здесь.

Да, у каждого из членов их небольшого отряда была отдельная причина сюда прийти, но спасение Никиты озвучивалось как основная цель. И Ева в нее верила. Очень сильно верила.

Подъездной мост у главных ворот оказался поднят, что не давало возможности перебраться через ров.

Пока Ева разглядывала обитое железными полосками полотно, запиравшее въезд в замок, с обрыва в крепостной ров посыпались камешки. Глеб тут же воскликнул:

– Женя, это ты там?

– Я, – недовольно отозвался Жаров. – Там вода, и в ней