Вольный лекарь. Ученик. Том 5 - Сергей Витальевич Карелин

Но тут труба заскрежетала и чуть наклонилась в сторону. Послышались крики, а следом еще один залп. Пули били прямо по толстой железной трубе и, срикошетив, отлетали в разные стороны. Вернее, матросы целились в щупальце, которое пыталось вырвать трубу, но пули вновь просто пролетели насквозь.

— Что за чертовщина творится⁈ — услышал я крик капитана. — Сабли несите! Будем рубить!

Два матроса с ошарашенными глазами пронеслись мимо меня, поглядывая на щупальце, которое наконец отпустило трубу и двинулось дальше. В это время появилась еще одна конечность. Она поползла прямо по палубе, изучая все на своем пути. Сначала натолкнулась на ящик, в котором матросы хранили снасти и различный мелкий инструмент. Обшарив его по кругу, щупальце поднялось и с размахом опустилось на крышку. В разные стороны разлетелись щепки и снасти. Одна из щепок отлетела к моим ногам. Я хотел подобрать ее, но… провел рукой по доскам палубы, а щепку так и не смог взять. Ее просто не было, хотя я явственно ее видел. Капитан прав, творится какая-то чертовщина.

— Илья Петрович! — закричал я и рванул туда, откуда доносился голос капитана. — Не стреляйте! Только хуже сделаете!

Я пробежал метров десять, когда увидел капитана и трех матросов, заряжающих ружья.

— Степа, возвращайся в каюту! Здесь опасно! — заорал он, увидев меня, и обратился к матросам: — Готовься! Целься!

— Нет, не стреляйте! Вы повредите «Графиню»! — я подбежал к ним и выхватил ружье у одного из матросов.

— О чем ты говоришь? Если мы не прищучим чудовище, то оно потопит «Графиню»! Отдай ружье! — глаза капитана метали молнии. Он был одновременно очень напуган и зол.

— Это все нереально, — попытался объяснить я. — Все, что здесь происходит — галлюцинации. На самом деле ничего этого нет.

— Это ты — галлюцинация! — взорвался он. — Отдай оружие и уходи! Не видишь, что ли, стекла везде валяются? А труба. Она же в сторону наклонена! Короче, уходи, или силой уведут!

Он вцепился в ствол ружья и попытался вырвать его из моих рук, но я не отпустил. Такой пальбой они навредят друг другу, пассажирам и «Графине». Нужно немедленно остановить эту панику.

— Хорошо, я уйду, но сначала дайте мне осколок стекла, — спокойным голосом сказал я.

— Чего? — капитан недоуменно уставился на меня, стараясь понять смысл сказанного, но, видимо, из-за стресса до него медленно доходило.

— Подберите осколок оконного стекла, что лежит у вас под ногами, и отдайте его мне, — терпеливо повторил я.

— Что за глупости? Уведите его отсюда, — велел он и указал куда-то мне за спину. — Вон! Опять показалось! Стреляйте!

Однако один из матросов, который стоял рядом и был свидетелем нашего разговора, наклонился и попытался поднять кусок стекла, но у него ничего не получилось. Так же, как и у меня с щепкой.

— Ваше благородие, малец прав. Стекла нет, — развел он руками.

— Вы издеваетесь надо мной! — взревел он и пнул кусок стекла, что лежал у его ног. Вернее, хотел пнуть, но у него ничего не получилось. Стекло оставалось на месте, сколько бы он ни старался.

— Не понял. Что же это такое? — капитан присел и провел рукой по палубным доскам. Рука прошла сквозь стекло, не встретив преграды.

Остальные проделали то же самое.

— Ничего не понимаю, — он поднялся и почесал затылок. — Как такое возможно?

— Где-то рядом очень искусный мастер иллюзий. И, судя по запаху, это магическая сущность, — вполголоса проговорил я, вглядываясь в неподвижный молочный туман, сквозь который не могли пробиться даже лучи солнца, хотя уже давно наступило утро.

— Ты хочешь сказать, что и этого щупальца здесь нет? — он указал на конечность, которая выплыла из тумана совсем рядом с нами и потянулась в сторону трюма.

— Сейчас проверим, — сказал я и решительно двинулся к нему.

— Нет, Степа, стой! — испуганно воскликнул капитан, когда я протянул руку к черной блестящей коже.

Как и ожидал, рука прошла насквозь. Не было здесь никакого щупальца. Все с облегчением выдохнули. В это время вдали послышался топот, и вскоре перед нами оказались те матросы, что бегали за саблями.

Не дожидаясь приказаний, они начали бить по конечности, но сабли пролетали насквозь.

Тут уж ни у кого больше не возникло сомнений, что все происходящее — массовая галлюцинация. Но это еще больше меня настораживало, ведь мы все видели одно и то же. Это значит, что существо обладает огромной магической мощью.

Щупальца возникали в разных частях парохода, но вскоре уже все знали, что не следует их бояться. Даже пассажиры вышли из трюма и пытались дотронуться до реалистичного щупальца, но их руки проходили насквозь.

— Степа, вот ты где! — ко мне подбежал запыхавшийся Андрей. — Я тебя потерял. Уже успел плохое подумать.

— Все нормально, — отмахнулся я. — Кстати, сколько время?

— Девятый час, — ответил он и вытер испарину со лба. — Ну и духота. И почему до сих пор туман не рассеялся?

— И то верно, — спохватился капитан. — А что, если туман тоже галлюцинация?

— Вполне может быть, — согласился я.

— Это что ж получается, мы в плену у твари? — возмутился он.

Я пожал плечами, хотя в принципе был согласен с ним. Время шло, но ничего не менялось.

— Ладно, подождем еще, — сказал капитан, взглянув на свои карманные часы. — Пора кормить пассажиров завтраком.

Мы разошлись, чтобы переодеться. Агния с Дуней и Жаном уже приготовили завтрак, поэтому слуги ходили по каютам, приглашали людей в ресторан и предупреждали, что сегодня не будет никаких изысков, ведь времени на готовку было совсем мало.

— Ты когда-нибудь сталкивался с чем-то подобным? — спросил я у Андрея, который придирчиво рассматривал себя в зеркале.

— Слышал, что рядом с Сургутом часто какие-то странные вещи происходят, но сам ни разу при этом не присутствовал, — ответил он.

— А ты слышал про магических существ?

— Слыхать — слышал и много про это читал, но сам ни разу ни с чем подобным не сталкивался, — он опустился на диван напротив меня. — До поездки читал в одном популярном журнале, что где-то под Тамбовом охотники столкнулись с созданиями