Феномен аниме «Атака титанов»: история, отсылки и скрытые смыслы культовой вселенной - Клеман Драпо

Глава 4. Расширение горизонтов

Механика популярности рано или поздно запускает лавину производных продуктов – и «Атака титанов» не исключение. Как и во всякой глобальной франшизе, читателям дают возможность глубже погрузиться в полюбившуюся вселенную, а правообладателям – максимально капитализировать «золотую жилу». И действительно, благодаря загадочной мифологии, богатой галерее персонажей и широкому спектру тем, произведение Исаямы кажется особенно благодатной почвой для роста.

Со временем «Атака титанов» превратилась в полноценную медиафраншизу, расползлась по разным носителям и форматам, иногда вплоть до откровенных излишеств. Не ставя под сомнение художественную добросовестность этих проектов, достаточно упомянуть «Атака! Титаны средней школы» – пародийную мангу в чиби-стилистике, где знакомые персонажи участвуют в школьных зарисовках с юмористическим уклоном. Такой подход не нов, но поднимает давний вопрос согласованности, который хорошо знаком, скажем, поклонникам «Звездных войн».

При умножении сюжетных ветвей, авторов и форматов существует неизбежный риск ослабить силу оригинала, нарушить его внутреннюю логику или даже отступить от авторского замысла. Тем более, что сам Исаяма, как бы он ни старался оставаться дирижером придуманной им вселенной, не может активно участвовать во всех ответвлениях. Отсюда и вопрос канона – одного из самых горячих в фанатских сообществах последних лет.

Заимствованный из религиозной терминологии, «канон» в контексте франшиз означает свод произведений, признанных официальной частью повествовательной вселенной: это события, которые «действительно произошли». Все, что за пределами этого свода, считается апокрифом – внешним по отношению к основному тексту, не оказывающим влияния на сюжетную линию. Споры о каноничности, например, в рамках «Звездных войн» или «Драконьего жемчуга», достигают подчас теологических масштабов.

Рассматривая расширенную вселенную «Атаки титанов», важно держать в голове этот вопрос, но мы сознательно оставим его в стороне – за исключением явно пародийных работ. Это не проявление уклончивости или лени, а признание сложности и, возможно, бессмысленности попыток установить окончательные критерии. В этом очерке мы примем все официально изданные произведения как часть франшизы, осознавая, что некоторые (в первую очередь Before the Fall) могут содержать противоречия или значительные отклонения от основного текста.

Разумеется, за обилием побочных историй легко разглядеть коммерческий импульс – стремление оседлать волну успеха. Но было бы несправедливо видеть в этом исключительно маркетинг: в произведениях чувствуются подлинный интерес и даже любовь к исходному материалу, проявляющиеся в искреннем стремлении авторов дополнить и углубить вселенную, а не просто паразитировать на ней.

Before the Fall («До падения»)

«Я убежден, что рано или поздно ваше устройство позволит нам вернуть внешний мир и расширить наши горизонты».

У Before the Fall были все посылки стать успешной. Опубликованная в 2011 году в виде трилогии романов Ре Судзукадзэ и впоследствии адаптированная в мангу Сатоси Сики, эта история разворачивается за семьдесят лет до событий основной серии «Атаки титанов». В ней изображено человечество, оказавшееся в отчаянии перед лицом угрозы. Бессильные противостоять этим непобедимым титанам, люди укрываются за стенами. Разведкорпус, терпящий одно поражение за другим, оказывается на грани расформирования. На этом фоне молодой талантливый инженер Ангель Аалтонен разрабатывает необычное устройство, позволяющее людям сражаться с титанами на равных. Однако культ фанатиков, поклоняющихся титанам[105], захватывает ворота Сигансины в стене Мария и впускает одно из чудовищ, которое пожирает ассистентку Ангеля, Корину, и множество мирных жителей. Покинув квартал, титан оставляет разрушения и смерть. Среди разрухи находят новорожденного младенца – ребенка, рожденного женщиной-фанатичкой, которую проглотил титан.

Во время экспедиции, цель которой – поиск уязвимых мест титанов, Ангель, его друг Солм и майор Разведкорпуса Хорхе Пикаль сталкиваются с тем же титаном. В ожесточенной схватке Солм жертвует собой, взрывает снаряд и поражает монстра в затылок – он становится первым человеком, убившим титана. Потрясенный гибелью друга и Корины, Ангель уходит от мира, поселяется в подземном городе Стохес и прекращает работу над устройством пространственного маневрирования. Тем временем уцелевший младенец, прозванный «дитя титана», становится выставочным экспонатом, словно диковинный зверь. Влиятельный купец Дарио Иносенцио покупает его как трофей. Его сын, Ксави, тут же делает ребенка своей жертвой. Выросший в подвалах семейного дома, мальчик лишен имени и речи – пока не встречает Шарль, дочь Дарио и сестру Ксави. Стремясь доказать свою храбрость и убить «титана», якобы скрывающегося в подвале, Шарль обнаруживает истощенного ребенка, изувеченного и полуживого. Она называет его Кикло и учит говорить. Постепенно между ней и диким мальчиком возникает привязанность. Все меняется, когда культ титанов нападает на особняк Иносенцио, убивает Дарио и пытается похитить Кикло, считая его мессией. Шарль и Кикло бегут, в то время как Ксави берет под контроль семейное состояние. Судьба приводит беглецов к Разведкорпусу и, в конечном итоге, выводит на след Ангеля. Так начинается история создания устройства пространственного маневрирования и первой победы человечества над титанами.

Несмотря на многообещающий замысел, позволяющий исследовать малоизвестный период истории и рассказать о появлении одного из ключевых элементов франшизы, приходится признать, что ни автор романа Ре Судзукадзэ, ни художник манги Сатоси Сики не обладают повествовательным мастерством Исаямы и оригинальностью автора. Растянутый на 17 томов сюжет теряется в путаных и неловких политических интригах, предлагает идеи, вступающие в противоречие с духом оригинальной манги[106], и накапливает внутренние несоответствия. Судзукадзэ либо не до конца понимает устройство вселенной Исаямы, либо сознательно допускает вольности, нередко во вред ее целостности. Так, Кикло получает собственного титанического врага – Немезиду по имени Огр, с которым он сталкивается за пределами стен. «Огр известен всей разведке своей свирепостью и жестокостью: он развлекается, перебрасывая головы съеденных солдат через стены…» Подобное поведение вызывает недоумение: Огр не считается аномальным титаном, а просто особенно опасным. Но одна из основных черт «чистых» титанов в оригинале – отсутствие интеллекта, эмоций и рефлексии, за редкими исключениями. Садистское поведение, придающее образу антагонистическую выразительность, разрушает логику вселенной.

На фоне шероховатостей особенно заметны прямые отсылки к христианской мифологии. Имя Ангель, буквально «дарующий крылья» разведке, Мария[107], глава Гарнизона и защитница стен, и Маммон[108], титан, опустошивший Сигансину, – символизм предельно очевиден. Также чувствуется намерение ввести в повествование социально-политическую проблематику, но, увы, она оказывается излишне прямолинейной. Так, одна из сюжетных арок связана с «диссидентами» – движением, которое возглавляет оппортунистичный аристократ, поднимающий восстание в промышленном городе. Народ здесь изображен как доверчивый и пассивный, готовый следовать за тем, кто красиво говорит и кормит. Захват города оборачивается резней повстанцев на глазах у Шарль, но травма никак не развивается, а революция выглядит карикатурной.

Аналогичная проблема и в эпизоде, где Шарль посещает подземный город – запущенное, криминальное место, покинутое властями. Пройдя через мир нищеты и разврата, она