Вольный лекарь. Ученик. Том 6 - Сергей Витальевич Карелин

— Почему все здесь? Кто остался с ребенком? — спросил я.

— Никто не хочет с ней оставаться. Все ее боятся, — прошептал проводник и двинулся по вагону. — Идем сначала к матушке. Надо поставить ее в известность.

Мы подошли к зареванной женщине средних лет. Она подняла на нас красные глаза и вопросительно посмотрела.

— Госпожа Потапова, этот юноша — знахарь. Он хочет попробовать помочь Алисе. Если позволите, конечно, — учтиво сказал проводник и указал на меня.

— Знахарь? — гнусаво переспросила она, вытерла нос платком и с сомнением покачала головой. — Даже не знаю. Такой молодой.

— Хуже не будет, поэтому пусть попробует, — вмешался лекарь, прислушивающийся к нашему разговору. — Я понятия не имею, как помочь вашей дочери. Вообще это очень похоже на помешательство, поэтому я бы посоветовал на ближайшей станции отвезти девочку в психиатрическую больницу и там…

— Ни за что! — закричала женщина.

— Но ведь своим упрямством вы делаете ей только хуже, — спокойным голосом продолжал лекарь. — Возможно, лечение в психиатрической лечебнице…

— Я знаю, как они там лечат! — все сильнее распалялась женщина. — Смирительная рубашка ей поможет? Или прижигание каленым железом? А может, Алиса придет в себя, когда ей дадут рвотные и слабительные таблетки, если не умрет от этого «лечения»? Только через мой труп!

Они продолжали спорить, а я двинулся в сторону второго вагона, в котором находилась девочка. Проводник поспешил следом.

— Я с тобой туда не пойду. Мне хватило. Ты тоже будь осторожнее, — прошептал он, когда мы вышли в тамбур.

— Не понимаю, почему все так боятся ребенка? — я предпринял еще одну попытку узнать побольше, но проводник открыл дверь на улицу и напутствовал:

— Сейчас ты сам все увидишь.

Я перепрыгнул на площадку следующего вагона, зашел в тамбур и замер у двери в салон, прислушавшись. Внутри было тихо. Взявшись за ручку, я чуть приоткрыл дверь, первым делом почувствовал запах керосина и увидел у самой двери сорванную лампу. Я открыл дверь пошире. Внутри царила полутьма, которую рассеивал свет лишь одной уцелевшей лампы. С окон были сорваны шторы, на полу валялись посуда, ширмы, подушки и разорванное постельное белье.

У стены, рядом с железным ящиком, куда клали угли для тепла, в кресле сидела девочка. Она положила руки на подлокотники и опустила голову. С виду девочка как девочка. Худенькая, две тонкие косички, но босая, и подол сиреневого платья разодран.

— Привет, — подал я голос, отодвинул лампу в сторону и зашел в вагон. — Тебя Алиса зовут?

Девочка не шевелилась.

— Я только что виделся с твоей матушкой. Она очень переживает. Говорит, что ты заболела. Ты можешь сказать мне, где у тебя болит? Я постараюсь тебе помочь.

Вдруг я ощутил магическую энергию и вмиг насторожился. Здесь был кто-то еще. Но где?

Я присел и заглянул под кровати — никого. Может, за креслами кто-то спрятался? Двинулся дальше, и, когда дошел до середины вагона, девочка чуть вздрогнула и подняла голову. От увиденного стало не по себе. На бледном личике горели красным огнем злые глаза, из приоткрытого рта виднелся черный язык. Зрелище жуткое. Теперь понятно, почему здесь никто не захотел остаться.

Переключив зрение, я увидел сущность, которая, как черная тень, заполняла все тело девочки.

— Все ясно, — выдохнул я. — Еще одна тварь решила завладеть человеческим телом. Уверен, ты так же, как и все твои предшественники, знаешь, кто я такой.

— Ас-с-с-кольд, — прошипела девочка, но голос явно ей не принадлежал.

Утробный, сухой, безжизненный — будто говорила сама смерть.

— Ты кто такой и чего добиваешься? — впервые я решил наладить контакт с сущностью и побольше узнать об этих созданиях.

Девочка растянула губы в безумной улыбке, от которой нормальный человек бежал бы так, что пятки сверкали, но не я. И не такое видел.

Вдруг она одним прыжком оказалась на кресле, в котором сидела, а потом с яростным шипением прыгнула на железный ящик, оттуда — на диван, подбираясь ко мне все ближе и ближе.

Я внимательно наблюдал за Алисой, которая теперь принадлежала сущности. Подпрыгнув, она ухватилась за крюк, на котором до этого висела лампа, и, раскачавшись, ухватилась за следующий, оказавшись прямо надо мной. Я приготовился, не спуская взгляда духогляда с сущности, которая строила жуткие гримасы.

Вдруг от девочки ко мне поплыли еле заметные темные тени. Я вмиг закрыл себя «Щитом». Тени принялись окутывать магический кокон, сквозь который не могли пройти.

— Тебе со мной не справиться, — твердо сказал я и повторил свой вопрос: — Кто ты такой?

Вместо ответа девочка просто прыгнула на меня, выставив перед собой руки, будто намереваясь вцепиться мне в лицо. Я поймал ее и крепко прижал к себе, чтобы она не смогла навредить ни мне, ни себе.

— Отвечай, кто ты такой и что тебе нужно⁈ — закричал я, глядя в злые красные глаза.

Девочка презрительно скривила губы и проговорила голосом, который больше напоминал утробное шипение:

— Ас-с-с-скольд, убирайс-с-ся отс-с-сюда. Мы первые заняли этот мир, и с-с-скоро он будет принадлежать нам.

— Даже не мечтайте. Я уничтожу каждого из вас, так что прячьтесь лучше или оставьте в покое людей и убирайтесь туда, откуда прибыли, — я нарисовал на лбу девочки руну «Вытеснение тени».

Девочка дернулась и обмякла, а от нее в разные стороны ринулись черные точки, похожие на разлетающийся пепел, который пропал, будто ничего и не было.

Я положил девочку на кровать и подложил под голову подушку. Затем, чтобы помочь ребенку прийти в себя и восстановиться, нанес несколько рун. Алиса глубоко задышала, погрузившись в целебный, восстановительный сон.

Прежде чем пойти в соседний вагон, чтобы позвать остальных, я прошелся по салону, осматривая каждый угол и каждую щель взглядом духогляда, чтобы темная сущность нигде не притаилась и не вселилась в кого-то другого. Я не был уверен, что после исчезновения тварь погибла, а не просто искала себе другое уютное место.

Салон был чист, ни намека на чужое присутствие. Я подтащил к кровати тяжелый диван, чтобы девочка не упала, и вышел в третий вагон.

Как только открыл дверь, все взоры устремились на меня.

— Как моя девочка? Она… жива? — еле слышно спросила мать, продолжая вытирать и без того красный нос.

— Да. С ней все хорошо. Она заснула.

—