Вольный лекарь. Ученик. Том 6 - Сергей Витальевич Карелин

стружку он собирал в холщовый мешок и снова очень аккуратно проводил стамеской, убирая ненужное. Он был так увлечен своим делом, что совсем не обращал внимания на соседа напротив, который исподтишка вытаскивал из-за пазухи бутыль с мутной жидкостью и прикладывался к горлышку. Он уже заметно опьянел и над чем-то тихонько хихикал.

Рядом с молодой женщиной с ребенком сидела старуха. Она задумчиво разглаживала на коленях цветастый платок и еле заметно улыбалась. Прямо у двери сидела молодая пара. Они держались за руки и о чем-то перешептывались.

Когда появился проводник с подносом в руках, опьяневший мужчина поднял руку и громко сказал, еле ворочая языком:

— Эй, гарсон, принеси-как мне жареной курочки!

— Еду не подаем. Нужно было об этом позаботиться самим, — сухо ответил проводник с недовольным выражением лица и принялся раздавать чай в стаканах с медными подстаканниками.

— Э-э-э, ты как со мной разговариваешь⁈ — возмутился мужчина. — Я за что заплатил⁈ Подавай курицу, а то я за себя не отвечаю!

Он поднялся на ноги, но не удержался и вновь рухнул на скамью. Все насторожились, глядя на воинственно настроенного забулдыгу.

Когда мужчина снова захотел встать, столяр без лишних слов врезал ему в глаз.

— Сиди смирно, а то выброшу из вагона, — еле слышно пригрозил он.

Забулдыга что-то нечленораздельно пробурчал, обиженно насупился и повернулся к окну, опасливо поглядывая на столяра, который продолжил свое дело.

Я выпил свой чай с пирожком и, подложив под голову рюкзак, лег спать.

* * *

Корреспондент Кирилл Иванченко легко отделался, ведь все как один сказали, что драку начал шулер, а еще пожаловались на махинации в карточной игре, поэтому на следующее утро выпустили всех, кроме того ушлого мужичка.

Довольный собой Кирилл хотел пойти поесть, но вспомнил, что денег у него осталось только на телеграмму редактору, поэтому спросил у прохожего, где находится телеграф, и поспешил туда. По пути вытащил из дорожного чемодана сдобную булку, которую успел прихватить из столовой парохода, и, энергично жуя, двинулся в указанном направлении.

Чтобы сэкономить, Кирилл решил максимально упростить текст телеграммы, но так, чтобы редактор понял. Усевшись за стол с бланком, он обмакнул перо в чернила и задумчиво уставился на плотный желтоватый листок.

Прошло минут пять, прежде чем он принялся писать.

«Прибыл в Тюмень. Денег нет. Жду помощи».

Однако, когда работник телеграфа посчитал, во сколько обойдется текст, пришлось убрать одно слово, и теперь телеграмма заканчивалась словом «жду».

— Ответ ожидаете? — деловито уточнил работник, получив оплату.

— Да.

— По какому адресу? — он нацепил очки на кончик носа.

— Я здесь буду ждать, — Кирилл указал на скамейку.

— Как угодно. Только предупреждаю, что мы работаем до шести.

— Понял. Надеюсь, он вовремя получит телеграмму и не поленится ответить на нее, — еле слышно проговорил Иванченко, опустился на скамью и вытащил вторую булку.

Ждать пришлось недолго. Уже через пару часов работник спросил:

— Напомните, ваша фамилия Иванченко?

— Совершенно верно! — Кирилл вскочил на ноги и подбежал к стойке, выжидательно уставившись на телеграфиста.

— Держите, — тот протянул ему клочок бумаги, на котором было написано:

«Завтра вышлю деньги через телеграф. Сегодня иди к моему родственнику Федоту Исакову. Он приютит. Адрес…»

Далее следовал адрес: судя по карте города, висящей на стене напротив скамьи, дом находится в пригороде. Довольно далеко от этого места. Но выбора не было. Либо слоняться всю ночь по улицам и привлекать ненужное внимание городовых и разного рода бандитов, либо идти по адресу и напроситься на ночевку.

Внимательно изучив карту, Иванченко вышел на улицу и двинулся по указанному адресу к дому родственника главного редактора. Он ничего не знал про того человека, но очень надеялся, что, узнав обо всем, его не выдворят на улицу, а оставят переночевать.

Город был большой, поэтому Иванченко шел уже больше часа, но не прошел даже половину пути. Он с завистью смотрел на ребятишек, которые подбегали к карете так, чтобы ни кучер, ни пассажиры их не видели, садились на небольшой выступ сзади и ехали, радостно улыбаясь и болтая ногами. Он бы тоже хотел дать отдых своими уставшим ногам, но денег не было, поэтому попил воду из колодезного ведра и двинулся дальше, обмахиваясь от жары своей шляпой.

— Не подвезете меня до Огородной? Устал — ноги не идут, — он подошел к крестьянину, который загрузил на телегу мешки с овсом, взобрался сам и намеревался тронуться с места.

Мужик оглядел его с ног до головы и, откашлявшись, спросил:

— Чего извозчика не поймаешь? Они до самого дома подвезут и вещи до двери помогут донести.

— Денег нет, — признался Иванченко. — Шулер обобрал до нитки. Все деньги вытянул, а я и не заметил.

Корреспонденту губернской газеты было стыдно признаваться в этом, но он действительно так устал и натер мозоли, что просто не мог идти дальше.

— Карты — зло, — крестьянин поднял палец. — Ну ладно, садись. Как раз мимо Огородной буду проезжать.

— Благодарю, — с облегчением выдохнул Иванченко, забросил мешок в телегу и взобрался сам. Прислонившись спиной к мешкам с зерном, он закрыл глаза и мысленно поблагодарил судьбу за то, что на земле остались добрые, бескорыстные люди, готовые помогать не за деньги, а просто так.

Крестьянин довез его до Огородной, которая находилась уже почти за чертой города. Иванченко жарко поблагодарил его и двинулся по длинной улице со старыми избами в поисках нужного дома.

Вскоре он остановился у покосившейся избы, левый угол которой провалился под землю, а в стене появились широкие щели, забитые разными тряпками. Неужели здесь живет родственник главного редактора «Обзора губернии»?

Кирилл подошел к калитке, закрытой простой проволокой, и заглянул вглубь двора. Огорода не было, все заросло. Дровяник с провалившейся крышей почти пустовал. Рядом — обвалившееся строение, которое, по всей видимости, было когда-то хлевом.

— Эй, здесь есть кто-нибудь⁈ — крикнул он и начал раскручивать проволоку.

Но тут окно распахнулось, и показался обросший, опухший мужчина.

— Стой, где стоишь! — пригрозил незнакомец. — Кто такой? Чего надо?

— Вы — Федот Исаков?

— Ну я, и что? — насторожился он.

— Меня зовут Кирилл Иванченко. Я работаю корреспондентом в «Обзоре губернии». Наш главный редактор Савелий Геннадьевич написал, что я могу у вас остановиться на ночь.

— Савелий Геннадьевич, значит, — усмехнулся мужик. — Двадцать лет не вспоминал, а тут отправил