Врата Инферно - Энтони Райан

«Я... я...» — заикаясь, пробормотал жрец, его узкое горло сжалось. На лбу у него выступили капельки пота, когда он уставился на Гайма, дрожащей рукой поднимая свой амулет, как будто тот мог обеспечить хоть какую-то защиту.

«Он был здесь всего лишь младшим священнослужителем, — пояснила коренастая женщина, отделяясь от съежившейся группы с гримасой отвращения. «Отец Дериус был настоящим священником. Вы найдете его на кладбище, рядом с наполовину выкопанной могилой, в которую мы не успели его положить».

«Что с ним случилось?» — спросил Гайм.

«То же, что и со всеми остальными мертвецами там». Женщина мотнула головой в сторону двери. «Их погубила демоническая чума. И они оказались счастливчиками».

«Демоническая чума?»

«Появилась в Грачевнике всего два дня назад. Никогда не видела, чтобы чума распространялась так быстро. Сначала были обычные кашель, рвота и прочее. Затем те, кто заразился, начали... меняться. Кто-то умер, кто-то нет, и вскоре после этого начались убийства».

«И какова же причина?» — спросила Орсена.

Коренастая женщина, казалось, была больше напугана ультрией, чем Гаймом. Он подумал, что обитательнице трущоб редко доводилось видеть столь идеально сложенного и безупречного человека. Опустив голову, женщина ответила тихим, уважительным шепотом. «Никто не знает, сенатор. Ходят всевозможные слухи. Трудно понять, чему верить».

«Я не...» — начала Орсена, но Гайм прервал ее.

«Сенатор пришла сюда на свой страх и риск, чтобы увидеть ваше бедственное положение, — сказал он группе съежившихся прихожан, — и это ваше уважение к ней?»

Им понадобилось несколько мгновений, чтобы принять подобающий вид опечаленных людей. Жрец, наконец поднявшись на ноги, сумел пролепетать приветствие предполагаемому сенатору, прежде чем Орсена избавила его от этого, подняв руку и улыбнувшись с подобающей случаю лучезарной улыбкой. «Я полагаю, эта добрая женщина ответит на все мои вопросы, отец, — сказала она. “Пожалуйста, позаботьтесь о своей пастве».

Повернувшись к коренастой женщине, она кивнула в сторону скамейки в задней части часовни. «Не хотите ли присоединиться ко мне для тихой беседы? Я была бы очень благодарна за ваши соображения».

«Если вы так пожелаете, сенатор».

«Вы наверняка проголодались», — продолжила Орсена, когда они отошли и сели. «У нас есть провизия, которой мы можем поделиться».

«С едой у нас все не так плохо, сенатор», — женщина поджала губы. «Но я очень хочу пить. У нас давно закончилось любое вино».

Лорвет снабдил женщину фляжкой алцедонского бренди, несколько глотков которого значительно развязали ей язык. «Кстати, меня зовут Альвия», — сказала она, забыв о положенном почетном обращении, и сделала еще один глоток.

Настоящий сенатор Валькериса возмутился бы таким нарушением обычаев, но Орсена мудро пропустила это мимо ушей. «Ты мирянка, посещающая церковь?» — спросила она.

«Не совсем». Альвия подавила отрыжку. «Я чертова могильщица, да? Получаю два медных терса за каждую выкопанную могилу. Когда мы начали много работать, я думала, что разбогатею». Она рассмеялась, но Гайм не увидел в ее взгляде ни капли юмора. Эта женщина недавно потеряла друзей, возможно, и семью тоже.

«Эти слухи, о которых ты говорила, — сказала Орсена. “Что ты можешь мне о них рассказать?»

«Обычная чепуха, которая распространяется, когда происходит что-то плохое. Проклятие старых богов или иностранные шпионы, распространяющие чуму, чтобы потом вторгнуться к нам. Как будто кто-то в здравом уме захочет завоевать эту кучу дерьма. Но чаще всего рассказывают о демонической ведьме».

«Демоническая ведьма?» — спросила Ищейка, подойдя ближе. Побледнев от свирепого взгляда заклинательницы зверей, Альвия придвинулась ближе к Орсене.

«Просто история, такая же, как и все остальные», — сказала она, переводя взгляд с изуродованного шрамами требовательного лица Ищейки на большую кошку, устроившуюся у нее на плечах. «Говорят, что демон принял облик прекрасной девушки, чтобы распространять болезнь. Некоторые говорят, что она спала со всеми, кто хотел, чтобы они заразились от нее, но в это трудно поверить. Ей пришлось бы переспать с половиной Грачевника всего за два дня. Я бы сказала, что это задача, которая не по силам даже демону. Другие говорят о клинке, который она носит, зловещей штуке с желтым свечением. Хотя я сама никогда не видела эту суку». Опрокинув в себя последние несколько капель из фляжки Лорвета, она поморщилась и протянула ее друиду. «Еще есть?»

Когда Лорвет в знак извинения развел руками, Шавалла достала маленькую бутылку рома, что еще больше усилило многословие Альвии, хотя и в мрачных выражениях. «Не могу сказать, что Грачевник был хорошим местом», — произнесла она, всхлипывая. «Но это было мое место. И работать здесь было не так уж плохо. Отец Дериус позволял мне рыться в карманах мертвых, то есть тех, у кого не было родственников, которые уже это сделали. Жадные ублюдки...»

«Ведьма», — с мягким терпением произнесла Орсена. «У тебя есть какие-нибудь предположение, где ее можно найти?

«Простите за мой язык, сенатор, но черта с два. Была бы счастлива никогда не видеть ее, если она вообще существует».

«Мы ищем туннель, — сказал Гайм. “Проход, ведущий глубоко под землю. Ты знаешь какой-нибудь поблизости?»

«Знаю несколько. Многие люди здесь используют их, чтобы избежать встречи с Гвардией в тех редких случаях, когда они отваживаются забредать в Грачевник. Хотя самый очевидный и наименее используемый — это Вирд Старых Богов. Площадь, которая отмечает вход в Глубины».

«Глубины?»

«Старый город. Тот, на котором построили Грачевник. Это злое место. Те немногие, кто отваживается зайти в Глубины, не всегда возвращаются. Те, кто возвращаются, как правило, теряют часть своего имущества, если вы понимаете, о чем я. Даже отец Дериус говорил, что это место проклято, а он не был суеверным человеком».

«Где мы найдем этот Вирд?»

«Просто продолжайте спускаться по ступенькам. Его трудно не заметить из-за статуй. Я бы предложила провести вас, сенатор, — обратилась она к Орсене, заискивающе подмигнув, прежде чем допить ром Шаваллы до последней капли, — но чувствую, что у меня и мочевой пузырь переполнен, и я чертовски напугана, чтобы сделать хоть шаг за пределы этой церкви».

Глава третья

Вирд Старых Богов

В качестве награды Орсена подарила Альвии пять серебряных атерианских талантов, сумму, которая, по оценке Гайма, сделала бы могильщицу самой богатой жительницей Грачевника. Несмотря на свое пьяное состояние, у нее хватило ума не комментировать странность получения монет иностранной чеканки.

«Счастливого пути, сенатор!» — провозгласила она, низко поклонившись, когда они выходили из церкви. «И да благословит вас Воскресший на все ваши дни!»