Звездный Саммит - Эндрю Гивлер

Когда Орион сам предстанет перед Конгрегацией, а зал будет настроен против него, толпу не удастся одурачить, за кого голосовать.

"Охотник!" Голос Доун с легкостью прервал нашу маленькую вечеринку жалости. "Что это было, во имя всех глубин Голодной Бездны?"

Доун и ее сестры пробирались к нам, излучая энергию как ураган. Она с легкостью прорезала путь через толпу выходящих. Даже Созвездия не хотели вставать у нее на пути, когда она была на взводе.

"Доун, это не то, что ты думаешь..." Я поспешно вскочил на ноги, чтобы оказаться между ними двумя, прежде чем она успеет начать драку. Орион был в достаточно плохом настроении, и мог принять ее предложение. Мне всего лишь нужно было дать ей понять, что, когда он проголосовал "нет", это было в ее интересах.

"Это было великолепно!"- воскликнула она, игнорируя меня. "Я и не знала, что в тебе есть такое коварство".

"О, не бери в голову, это то, о чем ты думала", - неубедительно произнес я, убираясь с пути Бессмертной.

"Вдохновенное", - продолжила Королева Всех Фейри, по-прежнему широко улыбаясь. "Мне потребовалась секунда, чтобы увидеть это, но в тот момент, когда я это увидела, то поняла, что мы победили". Она замолчала, заправляя прядь светлых волос за ухо, собираясь с духом. "Спасибо". Затем склонила голову в знак уважения. "Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня и моего народа".

"Не за что".

На мгновение воцарилась дружеская тишина, как будто на столетнюю рану наконец-то наложили первые швы, хотя раны так не заживают, но я отвлекся.

"Даже учитывая твою уловку, я не ожидала, что многие проголосуют против тебя", - проговорила Доун более серьезным тоном, когда момент исцеления прошел.

"Раньше они бы не осмелились", - тихо проворчал Орион. "Но, похоже, после Падения Охоты они забыли, кто я такой".

"Что ж, у нас есть около часа", - произнес я, сверяясь с часами на своем телефоне. "Думаешь, мы можем им немного напомнить?"

Глава 24

Двор Одуванчиков и Охотник в сопровождении свиты, которая произвела бы впечатление на любую знаменитость, вышли из зала для приемов. Доун прошла всего дюжину футов, прежде чем была окружена поздравляющими её Созвездия. Внезапно появилось множество нефилимов, желающих быть на ее стороне.

Остальные оставили ее, подгоняемые почти слышным тиканьем часов Времени. Последние песчинки сыпались из песочных часов, пока не началось следующее голосование. Когда я следовал за Орионом в толпе, теплая рука привычно обхватила мою левую руку. Я повернулся, чтобы улыбнуться своей невесте, Эш, все еще одетой в форму легионера.

"Поздравляю", - сказал я, тепло улыбнувшись ей. "Как ощущения?" Я мог только надеяться, что такая грандиозная победа отодвинет на задний план все те трудности, которые возникли у нас перед заседанием.

Эш на мгновение замолчала, обводя взглядом помещение. Благодаря своему отцу она разделяла с присутствующими здесь существами такое же родство, как и с фейри. Но в ее зеленых глазах не было тепла, когда она оценивала своих кузенов. "Пустое", - ответила она через несколько мгновений. "Бесконечная бюрократия, которая накапливает власть ради собственной выгоды".

"Здесь мы называем это просто политикой", - заметил я ей.

"Не знаю, сквайр Карвер, - вмешался элегантный голос. "Некоторые из нас называют это сохранением жизни остальных". Северная Звезда появился рядом с нами, держа в руках бокал красного вина и слегка смущенно улыбаясь, как дедушка, который только что наблюдал, как его потомок вытаскивает печенье из коробки, не понимая, что его поймали. "Поздравляю Двор Одуванчиков", - продолжил он, отвесив Эш легкий поклон, который был одновременно вежливым и насмешливым.

"Спасибо, Поларис, - официально ответила Эш. "Это замечательно - снова общаться с нашими родичами".

"Не сомневаюсь". Его темные глаза сверкнули, когда он сделал глоток вина. "Охотник поступил правильно, изменив свое решение", - заявил он без всякого притворства. "Должен признаться, я думал, что он не заметит, как изменились ветры за прошедшие столетия".

Я удивился, услышав это откровенное признание в том, что он манипулировал голосованием против Ориона. Хотя никто не может устоять перед хорошим монологом, даже самые отъявленные негодяи редко пробалтываются после первого тура. Особенно если они его проиграли. Видимо, Северная Звезда был уверен, что следующее голосование пройдет по плану.

"Думаю, вы доказываете правоту леди", - ответил я. "Вы ведете игру против члена Конгрегации, чтобы укрепить власть. По-моему, похоже на политику".

"Ты думаешь, что речь идет о власти ради власти?" Белые брови Полариса нахмурились, когда он хмуро посмотрел на меня. "Я только начал думать, что ты, возможно, немного умнее, чем кажешься".

"Я часто это слышу".

"Речь идет о выживании". Северная Звезда отмахнулся от моих шуточек, как от комара, не стоящего его внимания и времени. "За последние пятьсот лет мир изменился, хочет Охотник это признать или нет. Власть накапливалась, линии очерчивались, сделки заключались. В мире смертных все обстоит точно так же. Когда ваши предки научились разрушать структуру мира, все изменилось".

"У вас, ребята, есть ядерное оружие?" - спросил я, ужасаясь при мысли о том, что у Ада есть доступ к арсеналу, способному уничтожить весь мир.

"Зачем оно нам?" Голос Полариса звучал раздраженно. "Охотник все еще считает себя воином-викингом, совершающим набеги и грабежи по своему усмотрению. Или, может быть, рыцарем Круглого стола, вершащим, по его мнению, правосудие. Но мир движется вперед". В его глазах блеснуло суровое понимание. "В новую эру цивилизации он - избалованный ребенок, и из-за него мы все погибнем. Начиная с тебя и твоего друга-оруженосца, если история вообще повторится".

Будучи другом и учеником Ориона, я хотел было отмахнуться от того, как Поларис его унижал. Он не был избалованным ребенком, что бы там ни говорили древние нефилимы. Никто не имеет права быть настолько опасным и при этом считаться ребенком.

Но часть меня, глубоко внутри, в той части моего сознания, где я честен с самим собой, должна была признать, что он прав. Орион может быть опрометчивым. Его решением проблемы было убивать зло, пока все не станет правильным. В том, как он смотрел на мир, было что-то... варварское, и кто мог его винить? Он был Охотником. Он охотился тысячи лет.

Понятно, что, по мнению Полариса, это делало моего наставника опасным - проблемой, которую нужно решить. Но в Орионе было нечто большее. Он был еще и тем, кто вставал на защиту маленьких людей, таких как я, например. Он не боялся проводить линию и защищать ее от