Семиградье. Летопись 2. Травы на Пепле - Егор Александрович Данилов

– Я несколько раз выискивал, но тщетно. Возможно, она нам просто привиделась…

– Это очень важно! Я не знаю почему. Просто чувствую это.

Было видно, что Кнуд готовился возразить, но Эрик ответил так уверенно и с таким нажимом, что кригар кивнул.

– Будь по-твоему, мастер Эрик. Все повторяется. Но, может, так и должно быть…

Эрик надеялся, что Бьёрг поддержит его решение, но девочка сидела молча, словно ее это не касалось.

– Бьёрг, что думаешь об этом? – спросил тогда он.

– Что-то произойдет… – ответила она неуверенно. – Но Нити здесь спутаны.

Сколько ни пытался Эрик узнать, что она имеет в виду, ничего у него не получалось. Девочка лишь неопределенно качала головой да пожимала плечами.

Так или иначе, но на следующий день Кнуд повел их к Клыку. Подъем становился все круче, и им пришлось оставить лошадей, в надежде, что дикие звери обойдут их стороной. Редкие карликовые сосны цеплялись за одежду. Ноги скользили по припорошенной снегом земле. Вен и Сола игрались разноцветными пятнами на склонах. Когда Эрик глядел вверх, на Завесу, словно застывшую рядом с вершиной, у него кружилась голова. Морозный воздух обжигал легкие, а мальчик кутался в меховую шубу, которую раздобыл для него кригар.

– По правде, я не знаю, куда дальше, – сказал Кнуд, когда они остановились на привал, едва держась на ногах от постоянного подъема. – Надеялся, хоть нынче примечу что знакомое. Но ничего…

– Вы говорили, что в тот раз видели свечение, – ответил Эрик. – Может быть, нам стоит дождаться ночи?

– Да, но с тех пор я хаживал здесь несколько раз… Как-то ночевал декаду. Надеялся, мне повезет, но… Порой сдается, те дни мне вовсе пригрезились.

– Я помогу, – вмешалась вдруг Бьёрг. – Нам нужно туда.

Девочка показывала куда-то вверх и влево.

– Хм-м-м… – смутился Кнуд. – Я ничего там не вижу.

– И все же нам туда. – Бьёрг пожала плечами.

Эрик, уже привыкший к ее странному поведению, лишь развел руками.

– Обычно она знает, что говорит, – сказал он Кнуду. – Другого плана у нас все равно нет.

– Твоя правда, мастер Эрик, – согласился кригар.

Немного отдохнув, они продолжили подъем, чуть изменив его направление. Бьёрг теперь уверенно шла впереди, с легкостью перескакивая с камня на камень, словно и не было изнурительного перехода до этого. Эрик же едва двигал ногами. Склоны становились все круче, а каждый шаг давался тяжелее. В одном месте он поскользнулся и покатился бы вниз, рискуя свернуть шею, если бы Бьёрг не подхватила его за руку. Кнуд цыкнул и покачал головой.

– А у тебя завидная сноровка, – проговорил он. – По чести сказать, я впечатлен.

Еще через четверть Оборота они снова остановились и уселись на ствол поваленного дерева. Эрик посмотрел назад, и у него перехватило дыхание. Он не заметил, как они успели подняться так высоко. Где-то далеко внизу раскинулось ущелье, по которому шла дорога на Фоксштад. Она была едва заметна и казалась игрушечной. Завеса же, напротив, застыла совсем близко. Ее темные клубы замерли вокруг вершины Клыка, словно ожидая путника, который дерзнет на него подняться. И только на некотором отдалении она снова начинала двигаться и меняться в привычном хороводе своего бесконечного танца.

Несмотря на усталость, Эрик пришел в полный восторг. Пожалуй, никогда прежде он не поднимался так высоко. Разве что в Семиградье, когда он взлетел над горами внутренним взором, но ведь то не было взаправду. Тогда ему все только привиделось, сейчас же, сидя здесь, на бревне, чудом не съехавшем вниз с горы, он пребывал в потрясающем состоянии полного умиротворения и покоя. Его непослушные волосы трепетали на ветру, щеки мерзли от холода, но он словно не замечал этого, уставившись вдаль, туда, где за поворотами дороги должен был находиться Фоксштад. Место, где его ждали мать и сестра. Место, где он впервые увидел бы своего деда и где у него, он надеялся, началась бы новая жизнь, похожая на ту, что он потерял в Патере.

Эрик закрыл глаза и глубоко вздохнул. Как бы ни был желанен Фоксштад, там не будет отца. Что-то заставило того покинуть гуддарские княжества много лет назад, выбрать другую жизнь, которая закончилась преждевременной смертью от копий деканов. И это что-то было очень близко. Оно манило мальчика ничуть не меньше мечты о спокойной жизни. Оно заставило его подняться сюда. Тайна, требующая разгадки. Правда о том, что повлияло на всю его семью и в конечном итоге на него самого. Ведь вместо того, чтобы воспитываться в Серых горах, он рос в либерском городе и в результате, как и отец, повстречал Бьёрг.

– То место как-то связано с тобой! – воскликнул Эрик, обращаясь к девочке. – Не может быть не связано, так ведь?!

– Я не помню, Эрик… – тихо ответила она.

Кнуд усмехнулся и, пока Бьёрг не видела, покрутил у виска.

– Отец встретил тебя после того, как покинул Серые горы? Так ведь?

– Да, – согласилась Бьёрг.

– Тогда вопрос только в том, связаны ли эти два события. Спорю, что связаны!

Эрику сейчас очень не хватало Луция. Тот ловко находил закономерности в окружающем мире. Видел истину там, где ему, Эрику, было ничего не понятно. Как когда он рассказывал о древнем гуддарском храме, из которого паломники носили камушки в Патеру. Но что, если эта пещера и есть тот самый храм?

Эрик подскочил с места. Ему не терпелось проверить свою догадку. Даже ноги перестали ныть и лишь слегка напоминали ему об усталости.

– Хватит отдыхать! Быстрее, Бьёрг, веди нас туда!

***

Сильно ускориться не получилось. Склоны становились круче, ветер – сильнее. Усталость взяла свое, и к середине Третьего Оборота они приняли решение, что продолжат путь завтра. Эрик сопротивлялся, но Кнуд убедил его, что, если не остановиться сейчас, с утра они не смогут сделать и шага. Они развели костер и начали привычно греть камни. Сил и правда было немного. Эрик лениво ковырялся палкой в снегу, а Бьёрг помогала Кнуду готовить ужин.

Внезапно что-то привлекло внимание мальчика. Маленький камушек, точь-в-точь как все остальные, но немного другой. Особенный. Как те, что он собирал в Патере. Эрик подхватил его и начал крутить в руках. Он не видел таких уже много декад, с того самого дня, как пала Башня Чаши.