Вольный лекарь. Ученик. Том 6 - Сергей Витальевич Карелин

— Приветствую вас, Филипп. Прошу прощения за ожидание.

— Ваша святость, я не Филипп, а Родион Рачков. Пришлось замаскироваться, чтобы…

— ЧТО⁈ — испуганно завизжал архимонах и отдернул штору.

Яркий дневной свет проник в комнату и озарил обоих. Родион Петрович недоуменно уставился на Прокопия, который смотрел на него с таким выражением лица, будто увидел привидение.

— А-а-а, понимаю Вы подумали, что я погиб при крушении дирижабля, — осенило Рачкова. — К счастью, все удачно произошло, и дирижабль плавно спустился, поэтому…

Но Прокопий его не слушал. Он развернулся, открыл окно и просто выпал на улицу.

— Ваша святость! — Рачков подбежал к окну и увидел, что архимонах поднялся на ноги и, подобрав полы балахона, со всех ног бросился в сторону ворот, крича во все горло:

— Рачков здесь! Рачков здесь! Помогите!

— Что происходит? — выдохнул Рачков, озадаченно глядя ему вслед.

Глава 26

Я отлично устроился в доме лекаря Анатолия Ренатовича. Мне выделили большую спальню на втором этаже прямо напротив кабинета, заваленного различными книгами: от медицины до великих открытий и знаменитых путешественников.

— Завтра пойдем в академию и все выясним, — сказал Анатолий Ренатович, когда мы после ужина расселись на скамейках в ухоженном саду за домом. — А потом заедем к одному влиятельному человеку, проживающему в нашей деревеньке.

— Кто этот человек? — спросил я, вдыхая сладкий аромат лилий, цветущих на соседней клумбе.

— Георгий Захарович Яров, академик медицинских наук. Правда, он уже на пенсии, но это не означает, что потерял свое влияние в сфере медицины.

— Но… Вы уверены, что не будет хуже? Ведь маги не в чести, — осторожно спросил я.

— Хм, — лекарь озадаченно посмотрел на меня. — Об этом я как-то не подумал. Но, зная Георгия Захаровича много лет, могу с уверенностью утверждать, что он — умный, думающий человек и явно не склонен участвовать в травле только по факту наличия магических способностей, дарованных природой и передавшихся по наследству. Все-таки мы не служители «Лика Истинного» и думаем прежде всего о пользе для человечества. Такой уникальный дар, каким владеешь ты, может стать спасением для многих. Однако ты можешь быть прав, поэтому сначала я поеду к нему один, так скажем, чтобы прощупать почву.

— Верно, — поддержала его Вера, которая неподалеку наматывала на натянутые веревки усики плюща, образуя навес для террасы. — Я с тобой поеду. Давно с Гошей не виделись. Может, помощь какая нужна, ведь уже два года как жену похоронил. Испеку ему пирогов и соленья прихвачу.

— Поедем, Верочка. Но сначала нам со Степой нужно подать документы и выяснить насчет экзаменов, — лекарь отмахнулся от осы, что летала вокруг него. — Где же прячут свое гнездо эти твари? Всей деревне досаждают. И ведь агрессивные такие, так и норовят ужалить.

В это время калитка хлопнула, и прозвучал встревоженный женский голос:

— Анатолий Ренатович, вы дома?

Лекарь с женой переглянулись, и Вера поспешно скрылась за углом дома.

— Сонечка, мы в саду. Что случилось?

— Тетя Вера, Анечку, доченьку, оса укусила! — с надрывом крикнула женщина и уже через несколько секунд появилась в саду. Лекарь встал и пошел ей навстречу.

Это была молодая женщина лет двадцати пяти. Русые волосы заплетены в толстую косу, выглядывающую из-под сбившегося от бега платка. На лицо очень даже привлекательная, но, судя по испуганному взгляду и бледным щекам, случилось что-то плохое.

— Здравствуй, Соня, — спокойным голосом поприветствовал ее лекарь. — Объясни толком, что произошло?

— Аню укусила оса, — выдохнула она.

— И что? Припухло?

— Она без сознания, еле дышит! — женщина вновь сорвалась на крик. — Пожалуйста, спасите ее!

— Вера, чемодан! — велел лекарь и двинулся вместе с Соней, как супруги называли женщину, в сторону калитки. Я пошел вслед за ними. Вера хоть и была пухляшкой, но явно моложе лекаря и довольно прыткая. Женщина вмиг забежала в дом и к тому времени, когда мы добрались до калитки, спустилась с крыльца и протянула мужу чемодан с медикаментами.

Лекарь забрал чемодан и торопливо двинулся за женщиной, которая постоянно подгоняла его.

— Пожалуйста, поспешим. Анатолий Ренатович, отдайте мне свой чемодан. Без него вы пойдете быстрее.

— Соня, я тороплюсь как только могу, — ответил лекарь, который действительно быстро передвигал ногами и уже тяжело дышал.

Женщина едва не ревела, с тревогой вглядываясь в даль, и явно бросилась бы со всех ног к дочери, но лекарь не мог ускориться. Мне стало жаль ее. Трудно представить, что чувствует мать, ребенок которой лежит без сознания.

— Соня, покажите мне, где живете, — велел я.

Женщина только сейчас обратила на меня внимание. Она удивленно оглядела меня с ног до головы и перевела вопросительный взгляд на лекаря.

— Да-да, бегите. Степан поможет. Он… э-э-э, студент медицинской академии, — ответил Анатолий Ренатович.

Женщина кивнула и рванула по дороге, изредка оглядываясь, чтобы удостовериться, что я не отстаю.

Мы забежали в один из дворов с аккуратными домиками, что стояли рядком на длинной улице. Соня распахнула дверь и исчезла в полутьме сеней. Я последовал за ней и оказался в комнате с большой печью. На низкой кровати сидела ревущая старуха, а на ее коленях лежала девочка примерно трех лет.

— Померла, — сквозь рыдания сказала старуха.

— Анечка, — еле слышно выдохнула женщина, опустилась на колени перед ребенком и прижала ухо к ее груди. — Жива. Сердечко бьется.

Я подошел поближе и переключил зрение.

— Куда укусила оса? — спросил я, осматривая открытые участки кожи.

— Вот сюда, — женщина подняла правую руку ребенка и показала на ее большой палец, который раскраснелся и распух.

В этом месте я видел явный след воспаления, но оно было только на пальце и больше никуда не распространилось.

— Разденьте ее, — велел я.

— Зачем? — удивилась она.

— Дело не в укусе. Здесь что-то другое.

Софья не стала спорить. Она забрала девочку у старухи, положила ее рядом на кровати и принялась раздевать. В это время в дом зашел запыхавшийся лекарь и, утерев пот со лба, подошел к нам.

— Ну что? Видишь что-нибудь? — обратился он ко мне, положил чемодан на скамью и, открыв, вытащил бутылек.

— Пока нет, но могу с уверенностью сказать, что