Императорский пион - Лю Ляньцзы

Мужун Шилань не была глупой, но благосклонность императора затуманила ее разум, и она совершила ошибку. Цао Циньмо была опаснее в разы. Без своей верной помощницы фэй Хуа была орлом без крыльев, обезумевшим, не знающим, что делать, и полагающимся только на свою силу. Любопытно, что сделает фэй Хуа, когда узнает, что Цао Циньмо ее предала? Я невольно усмехнулась.

Императрица, едва сдерживая гнев, спросила:

– За что она убила наложницу Чунь? Позавидовала тому, что император ей благоволил?

Наложница Цао покачала головой.

– Нет, не поэтому. После случившегося я поспрашивала у слуг и евнухов и узнала, что наложница Чунь случайно увидела, как фэй Хуа встречается с евнухом, которого прислал во дворец принц Жуна… простолюдин Сюаньцзи. Фэй Хуа не хотела, чтобы кто-то узнал о ее связях с чиновниками, и поэтому велела убить свидетельницу.

Наложницы были шокированы и возмущены. Фэй Цзин взглянула на императрицу и сказала:

– Неужели фэй Хуа в самом деле посмела…

Государыня хмурилась все сильнее. Она хотела что-то сказать, но тут подняла глаза и увидела стоящую у дверей наложницу Хуа.

– Превосходно, – сказала императрица. – Ты вовремя.

Я тоже посмотрела в сторону выхода и увидела Мужун Шилань с пепельно-серым лицом и белой повязкой на голове. Должно быть, она слышала все, что сказала Цао Циньмо.

Не сдержав злости, фэй Хуа отбросила руку служанки, бросилась к цзеюй и звонко ударила ее по лицу.

– Фэй Хуа, что ты делаешь?! Как ты смеешь так возмутительно себя вести в моем присутствии?! – закричала разгневанная императрица.

Мужун Шилань, не обращая внимания на государыню, схватила наложницу Цао, чтобы еще раз ударить, но ее быстро оттащили дворцовые служанки и евнухи.

– Мерзкая тварь! – завопила фэй Хуа. – Как ты посмела предать меня и оклеветать?! Ты забыла о том добре, что я сделала для тебя за все эти годы?!

Цзеюй Цао спряталась за фэй Цзин и запищала, как мышка, убегающая от кошки.

Самый сильный евнух схватил разгневанную наложницу и усадил в кресло. Глаза фэй Хуа налились кровью. Злобный взгляд, обращенный на наложницу Цао, обещал неминуемую смерть.

– Негодяйка! Ты уже забыла, кто помог тебе подняться с низов?! – вновь закричала Мужун Шилань. – Забыла, как лебезила передо мной, добиваясь расположения?! А ведь я тебе доверяла!

Императрица поднялась и обратилась к присутствующим:

– Запомните, фэй Хуа сама сказала, что у нее были близкие отношения с цзеюй Цао, а значит, что словам Цао можно доверять. – Государыня усмехнулась. – Поначалу я не могла поверить в то, что нам рассказала цзеюй, но раз сама фэй Хуа подтвердила, что она была ее доверенным лицом, значит, они и правда были близки, а следовательно, цзеюй говорит правду. – Она повернулась к евнухам и торжественно сказала: – Доложите обо всем императору, а люди из Министерства наказаний пусть допросят Чжоу Нинхая.

Фэй Хуа застыла, словно глиняная статуя. На мгновение она растерялась, но тут же взяла себя в руки. Свирепым взглядом она скользнула по лицам наложниц, которые вздрагивали и испуганно отворачивались, и вот фэй Хуа посмотрела на меня и резко спросила:

– Это ты? Или императрица? Или кто-то из вас? Кто приказал меня оклеветать?!

Я спокойно встретила ее взгляд и равнодушно ответила:

– Никто на тебя не клеветал. Если не хочешь, чтобы люди знали про твои постыдные поступки, не совершай их.

Наложница Хуа подняла руку и пальцем указала на застывших в стороне наложниц:

– Вы все только и можете, что бросать камни в того, кто упал в колодец! Вашей смелости хватает лишь на то, чтобы добивать беспомощного! Я уже потеряла отца и братьев…

– Они сами навлекли на себя беду, – императрица перебила фэй Хуа и чуть заметно улыбнулась. – Поскольку ты в таком состоянии, я не буду тебя ни о чем расспрашивать. Возвращайся в свой дворец. – Замолчав на мгновение, она добавила: – И не веди себя как рыночная торговка. Ты все еще наложница второго ранга. Помни об этом.

Великолепные одежды императрицы, похожие на разноцветные облака, скользнули по полу, когда она усаживалась на прежнее место. Дворцовые служанки подхватили обессилевшую и смертельно бледную фэй Хуа и помогли дойти до паланкина.

Гуйпинь Синь, сидевшая рядом со мной, улыбалась, не скрывая радости:

– Нам столько лет пришлось терпеть ее дурной нрав, и наконец-то этот день настал! Какое же счастье!

«Наконец-то этот день настал», – мысленно повторила я за ней, чуть приподняв уголки губ.

Чжоу Нинхай, будучи главным евнухом во дворце фэй Хуа, пользовался всеобщим уважением, но в управлении наказаний ко всем относились одинаково вне зависимости от статуса и положения. Здесь наказывали провинившихся служанок и евнухов, а также проводили допросы. В ночь после того, как Чжоу Нинхая схватили, император издал указ, позволяющий применять пытки, а императрица велела, чтобы пытки использовались самые действенные. Перед рассветом, не выдержав истязаний, евнух Чжоу во всем признался.

После этого Сюаньлин созвал во дворце императрицы всех наложниц третьего ранга и выше, а также цзеюй Цао, которая обвинила фэй Хуа в страшных преступлениях. Признания Чжоу Нинхая разгневали императора. Он рассказал не только о происшествии с маниоковой мукой, смерти пинь Чунь и сговоре с чиновниками, но и о том, что его хозяйка заставила гэнъи Юй добавить яд в мое лекарство, велела столкнуть Мэйчжуан в воду и подстроить ложную беременность, а также много раз вредила другим наложницам.

Главный евнух дворцовой тюрьмы, зачитывавший показания, осторожно произнес:

– Чжоу Нинхай дважды терял сознание. Он утверждает, что знает только об этих преступлениях, а о других ничего не ведает.

– О других?! – возмутился Сюаньлин. – Были и другие? Ей этих злодеяний было мало?!

Императрица забрала запись допроса и внимательно прочитала.

– Чтобы перечислить все ее грехи, не хватит бумаги, – произнесла она, нахмурившись, а потом посмотрела на супруга. – Ваше Величество, как вы намерены поступить с фэй Хуа?

Я пристально следила за Сюаньлином. Он стоял у окна, сложив руки за спиной. Его профиль освещал тусклый утренний свет, не позволяющий разглядеть глаза. После долгого молчания император заговорил:

– Надо провести расследование. Всех евнухов, которые прислуживали фэй Хуа и были замешаны в ее злодеяниях, забить палками до смерти. Фэй Хуа из клана Мужун давно живет во дворце, но ей все еще недостает добродетели. Я лишаю ее титула и понижаю до наложницы седьмого ранга сюаньши. Приказываю переселить ее из дворца Мисю в Ёнсян[41].

Мое сердце наполнилось разочарованием. Сюаньлин пожалел ее даже при таких обстоятельствах.

– У Его Величества великодушное сердце, он всегда снисходителен к своим наложницам, – мягко произнесла императрица. – Я верю, что сюаньши Мужун