Крысиное Королевство - Амари Эбер

– Брось, это я у тебя в долгу! – Доктор Джемз потряс руку алхимика. – Правда, я надеялся, что мы взорвём этот зал вместе, как в старые добрые… Но, надо признать, у тебя толковые ассистенты.

– Да, им удалось невозможное: разбавить эту нудятину и даже не напортачить.

– Правда? Вы видели?! – Кассандра перевела ошалевший взгляд с мэтра современного целительства, которого её шеф почему-то фамильярно именовал Джулсом, к самому шефу.

– Примерно с середины. С почином, Моррен. – Винсенс протянул ей ладонь, но Кассандра оказалась проворнее: заключила его в объятия. «Ну и пускай все смотрят! Главное, что этот глупый профессор больше не истекает кровью!» Пару мгновений алхимик стоял столбом. Затем его ладонь осторожно опустилась ей на спину.

– По-моему, это надо отметить! – воскликнул Айзек. Кассандра не сразу поняла, о чём именно идёт речь, отстранилась и завертела головой в поисках Тэча.

– Только не в баре! – запротестовал Илай.

– Зачем бар, когда в нашем распоряжении целое подземелье? – Вопрос Винсенса поверг присутствующих в замешательство. – Сразу после окончания этого балагана. Джулс, составишь компанию? Думаю, народ захочет задать тебе пару вопросов.

– Тысячу! – пискнула Кассандра, поймав на себе встревоженный взгляд целителя…

***

– Понятно теперь, почему во всех наших формулах пыльца одуванчика была замещена на аналоги, – рассуждал Майло Паскаль. В одной руке он держал сливовый пирог, а в другой – надкусанный эклер. – Хотя в чистом виде она может быть очень уместна в…

– Не может, – не переставая жевать, осадил Винсенс.

Все засмеялись. С набитым ртом их профессор не выглядел таким уж грозным. Они сидели, сдвинув столы, в одной из подземных аудиторий. Студенты, лаборанты, кое-кто с соседних кафедр. Болтали, восклицали, хрустели печеньем.

– Доктор Джемз, – Кассандра стащила из миски последнюю шоколадную конфету, – как давно вы работаете над этим проектом?

– Это как посмотреть, мисс Моррен. Бо́льшую часть жизни я работаю с пациентами, утратившими функции мозга. Вы наверняка знаете, что зачастую повреждённые нейронные связи не восстанавливаются. Многие годы я использовал методы, позволяющие компенсировать утраченное. Естественно, это не решало проблему во всей её полноте… – Целитель отхлебнул чай. – Профессор Кастар явился ко мне около года назад. С этим несчастным полуслепым барменом, парой тысяч скрамторских бряцей и огромным желанием спасти мир удивительной гипотезой.

– Бряцей? – переспросила Айвори. – А при чём тут скрамторские деньги?

– Это были остатки гранта, полученного от ИПМ, – пояснил Винсенс. – А гипотеза основывалась на том, что некоторые вещества помогают погрузить мозг в особое состояние, оптимальное для формирования разных психических функций.

– Только представьте, насколько изящным и гуманным было такое решение! – воскликнул Джемз. – Вместо того чтобы заставлять человека без конца разрабатывать конечность, которая всё равно уже никогда не сможет функционировать на сто процентов, или любой другой орган, целители смогут моделировать состояние, в котором мозг самостоятельно восстановит утраченные связи! При этом сам человек будет спать.

– Гениально! – послышалось из разных концов стола.

– Настолько, что некоторые важные господа уже изъявили желание спонсировать вашу работу, – объявил кто-то.

Сидящие обернулись. Профессор Алькор стоял в дверях, и его золотая улыбка навевала воспоминания о жарком июльском солнце.

– Друзья, позвольте поздравить с блестяще проделанной работой! Мисс Моррен, грандиозная речь! Мистер Тэч, прекрасное чувство юмора! Мистер Хольм, прыжок в зал в конце выступления был неожиданным, но очень эффектным! Я уже получил несколько устных и письменных предложений обсудить возможность применения вашего открытия. По самым скромным подсчётам средств должно хватить на все ваши изыскания. – Прищуренный взгляд в сторону Винсенса. – И даже на некоторые обновления в лаборатории.

– Когда можно приступать? – Алхимик вскочил из-за стола, растеряв остатки своей обычной сдержанности.

– Не гоните драконов, коллега. – Алькор подошёл к пирующим. – Жернова бюрократической машины уже вращаются, но даже мне пока непонятно, когда перемелются все зёрнышки… Да не грустите вы так. Вам есть чем заняться.

Кастар разочарованно плюхнулся обратно и теперь медленно сползал по спинке стула. Санди осторожно пододвинула к нему конфету.

– На самом деле на этом этапе Винсенс мне почти не нужен, – встрял Джемз. – Начну лечить пациентов по нашей схеме, мои лаборанты понемногу соберут данные, а вот уже на основе этих данных он скорректирует дозировки, и мы двинемся дальше. Скажите инвесторам, что это случится не раньше мая…

Кастар, громко шелестя фантиком, развернул конфету и сунул её в рот.

– Что ж, профессор Кастар, тогда… наслаждайтесь зимней сессией. Сколько у вас экзаменов в январе? Ну вот, наставите неудов, отчислите кого-нибудь, душу отведёте. – Ректор сочувственно похлопал алхимика по плечу. Студенты заёрзали на стульях. – Доктор Джемз, рад снова видеть вас в родных стенах. Хорошего вечера.

***

После завершения пирушки Кассандра покидала класс в сопровождении коллег и студентов. Джемз давно откланялся, а Кастар скрылся в кабинете, однако все остальные не могли перестать говорить, причём одновременно. Не перестали они и тогда, когда с тарелок исчезло печенье, пироги и даже хлебные крошки. Пришлось выгонять, но и сейчас споры и смех окружали лаборантку со всех сторон, не давая сосредоточиться. Неужели она так и уйдёт? Не решившись?..

– Стойте! – почти прокричала она. – Я… кое-что забыла!

Моррен резко развернулась и побежала обратно. В голове набатом билась единственная мысль: сейчас или никогда!

Тонкая полоска света проступала из-за неплотно прикрытой двери профессорского кабинета. Кассандра постучала и, не дожидаясь ответа, заглянула внутрь. Успела. Винсенс как раз перекидывал через плечо свой длиннющий шарф.

– Вы всё ещё здесь, Моррен? Сейчас вам полагается праздновать успех в кругу семьи.

– Это не мой успех. – Кассандра замялась. – Я пришла сказать… э-э-э… тарелки убраны, все отправлены по домам, двери запечатаны, свет потушен.

– Угу. Что-то ещё? – спросил он, заметив, что она продолжает топтаться на пороге.

– Да. Почему вы не рассказывали нам про этот проект?

– Он был личным. Это Джулс жаждет спасать мир, а я просто не хотел, чтобы закрылся мой любимый кабак. Ничего выдающегося. – Винсенс говорил, спрятав нос в шарф и внимательно изучая носки своих туфель.

– Винсенс… если уж вы всё равно вынуждены идти на бал… Как вы смотрите на то, чтобы я составила вам компанию?

Он поднял взгляд. На долю секунды глаза