Императорский пион - Лю Ляньцзы

– Приветствую тебя, матушка Дуань, – сказала она и забрала из рук старшей наложницы свою дочку.

Стоило Вэньи увидеть свою маму, как она тут же успокоилась, перестала плакать и принялась рассматривать собравшихся вокруг нее взрослых своими большими и округлыми черными глазами.

Наложница Сян сильно разозлилась и выплеснула свой гнев на служанок и няньку принцессы:

– Что за бестолочи! Вы даже о маленькой девочке не можете позаботиться! Постоянно отлыниваете от своих обязанностей! Завтра же я доложу об этом императрице, и она вас жестоко накажет!

Няня и служанки упали на колени и взмолились о пощаде.

Гуйпинь никак не могла остановиться, ее крики разносились по Шанлиню, но тут прозвучал обеспокоенный голос фэй Дуань:

– Оставь это на потом, лучше поскорее проверь, не пострадала ли принцесса.

Наложница Сян сейчас же замолчала и вместе со служанками принялась осматривать принцессу Вэньи. Убедившись, что с дочкой все в порядке, она с облегчением выдохнула и сказала:

– Большое спасибо, матушка Дуань, за то, что уберегла принцессу.

Подойдя поближе и поприветствовав фэй, я сразу заметила побледневшие губы и обратила внимание на левую руку, которую она почему-то прятала в испачканном грязью рукаве.

– Матушка, ты поранилась? – спросила я.

Но она покачала головой и сказала:

– Принцесса Вэньи поскользнулась и упала. Я почти сразу же подняла ее, но лучше будет, если ее как можно скорее осмотрит придворный лекарь.

– Да-да! – закивала гуйпинь и послала за лекарем одну из служанок.

Вэньи тотчас же позабыла о падении. Она весело смеялась, лепетала на своем детском языке и что-то считала, сгибая пальчики. А потом вдруг посмотрела на фэй Дуань, раскинула ручки в стороны и резко потянулась к ней.

Глаза удивленной наложницы лучились еле сдерживаемой радостью и нежностью. Она протянула правую руку и приобняла принцессу Вэньи.

– Моя девочка совершенно никого не стесняется, – со смехом сказала гуйпинь Сян. – Она так хорошо к тебе относится.

Я, с восторгом наблюдая за этой сценой, весело сказала:

– Вэньи очень любит матушку Дуань!

Наша старшая сестра-наложница обрадовалась еще больше и, напевая песенку, прижалась лбом ко лбу малышки, отчего та заливисто рассмеялась.

Заметив, что фэй Дуань поддерживает принцессу только правой рукой, я окончательно убедилась, что она повредила левую руку при падении. Я забрала у нее принцессу и передала матери, а сама спросила:

– Сестрица, а почему ты здесь одна? Где Цзисян и Жуйи?

Фэй не могла отвести любящего взгляда от девочки и даже не посмотрела на меня, когда отвечала:

– Я приказала им собрать талую воду с листьев бамбука, а сама решила подождать их здесь.

– Матушка, у тебя запачкалась одежда. Если не возражаешь, то можешь пройти до Танли и переодеться, – с улыбкой предложила я и как бы ненароком взглянула на ее левую руку.

Фэй Дуань сразу поняла мой намек.

– Хорошо, – ответила она.

Я окликнула Лючжу и попросила проводить старшую наложницу в мой дворец.

– Матушка, ты иди, а я приду чуть позже.

Она кивнула и благодарно улыбнулась. Сделав несколько шагов, фэй Дуань обернулась и с грустью посмотрела на принцессу Вэньи, которая, улыбаясь, играла на руках у своей матери.

Гуйпинь Сян проводила взглядом спину нашей старшей сестры и, когда ее хрупкая фигура исчезла среди деревьев, тихонько вздохнула:

– Как жаль, что моя семья обеднела. Пусть меня и повысили до гуйпинь, но я все равно не смогу обеспечить принцессе беспечное будущее. Вот если бы я, как и матушка Дуань, стала наложницей второго ранга, это было бы гораздо лучше.

Меня задели ее слова, но я промолчала. Тогда гуйпинь повернулась и заглянула мне в глаза. Судя по взгляду, она смутилась и поняла, что сказала что-то не то.

– Сестренка Вань, считай это пустой болтовней. Не принимай близко к сердцу.

– Не беспокойся, – ответила я, натянув улыбку. – Даже хорошо, что ты так думаешь, ведь ты хочешь возвыситься не ради себя, а ради дочери. Вскоре я стану ее названной матерью, и надеюсь, что в будущем принцесса выйдет замуж за достойного человека. Мне это тоже будет выгодно.

В глазах наложницы Сян промелькнула настороженность, сменившаяся весельем:

– Спасибо за добрые слова, сестренка Вань, но о той милости и любви, с которой к тебе относится Его Величество, я могу только мечтать. К тому же твой брат недавно совершил настоящий подвиг во имя нашей страны и заслужил доверие императора. Похоже, тебе осталось ждать совсем немного, и скоро ты станешь фэй. И тогда будущее Вэньи будет зависеть от тебя.

Она по-дружески называла меня «сестренкой», но получала в ответ лишь вежливые улыбки.

Мои мысли вновь вернулись к фэй Дуань и ее слабому здоровью, и я, тяжело вздохнув, сказала:

– Матушка Дуань так любит принцессу, но из-за своего недуга, скорее всего, никогда не сможет иметь детей.

С лица гуйпинь тотчас же исчезла улыбка.

– Фэй Дуань отравили сафлором, – сказала она после недолгого молчания. – Она точно никогда не сможет родить.

На душе стало невыносимо горько, и к этой горечи примешивался страх.

– Как так вышло?! – воскликнула я. – Фэй Дуань пробыла во дворце дольше всех наложниц!

Гуйпинь не хотела продолжать этот разговор, но, услышав мой вопрос, все-таки ответила:

– А как ты думаешь, кто мог совершить столь дерзкий и жестокий поступок? Надо тебе напомнить, что, хотя фэй Дуань и служит императору дольше остальных, но и благосклонность она потеряла раньше всех.

Я задумалась, собирая воедино все нити запутанной дворцовой паутины, а потом удивленно спросила:

– Неужели это из-за выкидыша фэй Хуа?

Наложница Сян кивнула и отвела меня подальше от служанок.

– Изначально об этом знали только император, императрица и наложницы Дуань и Хуа, – начала она свой рассказ. – Это тайна императорской семьи. Я узнала о ней совершенно случайно, когда фэй Хуа вскользь упомянула о том происшествии. Пожалуйста, никому об этом не рассказывай. – Дождавшись моего кивка, она продолжила: – В то время фэй Хуа была еще гуйпинь, наложницей третьего ранга. Тогда лекари сказали, что она носит под сердцем сына императора, но, к несчастью, у нее случился выкидыш. За день до этого она приняла лекарство для сохранения беременности, которое ей послала фэй Дуань. Гуйпинь Хуа доложила о своих подозрениях императору и императрице, но они ничего не предприняли, тогда, разозлившись, она привела во дворец фэй Дуань своих людей и заставила ее выпить отвар сафлора. Она отомстила, сделав Дуань навсегда бесплодной и подорвав ее здоровье настолько, что она до сих пор не может поправиться. Император разгневался и отругал фэй Хуа, но велел всем, кто знал о случившемся, хранить все