Налог на Смерть - Эндрю Гивлер

Я на мгновение взгдянул на них троих, и у меня засосало под ложечкой. Робин не предупредил меня, что это еще не все. Но было очевидно, что я соглашаюсь на что-то новое, а не требую права, которое принадлежит мне.

"Разве я уже не гражданин?"- спросил я в жуткой тишине.

"Это сложно", - признала Доун, расправляя плечи и снова откидываясь на спинку кресла. От нее исходила аура голода, которая мне определенно не понравилась. Я думал, что в этом разговоре у меня на руках все козыри. Я бросил на своего адвоката сердитый взгляд. Очевидно, он что-то упустил.

Робин виновато пожал плечами. У него тоже были правила, которым нужно было следовать. "С юридической точки зрения ты являешься членом Двора Одуванчиков", - уточнил он, взглянув на ухмыляющуюся королеву. "Но формально фейри - граждане".

"Я как бы наполовину фейри", - запротестовал я.

"Ну, математически, немного меньше". Одна из жестоких улыбок Доун заиграла в уголках ее губ. Я расстроил ее, попытавшись отменить приказ, и она наслаждалась тем, как меня за это наказывала. "Дэмиен должен был быть на сто процентов чистым фейри, чтобы ты мог получить от него пятьдесят процентов. Поверь мне, если бы ты был наполовину фейри, то знал бы это".

"Так что же, я недостаточно чист, чтобы стать гражданином?"

"Напротив, ты достаточно смертен, чтобы иметь право выбирать. В старые времена мы называли таких подменышами". От ее слов по моему телу побежали мурашки. Все, что я пытался сделать, это ненадолго умереть, чтобы спасти душу сестры из Подземного мира. Каким-то образом это стало серьезным.

"Что за выбор?"- настороженно спросил я.

"Просто трижды объяви о своем желании больше не быть смертным и стать Фейри, и так и будет". Золотые глаза снова вспыхнули, когда она внимательно наблюдала за мной, как опытный шахматист, ожидающий следующего хода противника.

"И какие, э-э, последствия этого?" Выдавил я из себя, несмотря на сухость во рту.

"Ты становишься бессмертным, больше никакой надоедливой души". Акулья ухмылка Доун стала шире.

Твою смертность можно исправить, прошептал мне на ухо призрак Глорианы. Я пожал плечами, чтобы избавиться от дрожи, которая играла на моем позвоночнике, как на ксилофоне.

"Я должен заметить, что твой контракт все равно требует передачи души, хотя ты не будешь обладать ею, чтобы отдать Аду", - вклинился Робин, бросив на Доун обеспокоенный взгляд.

"Я думал, в контракте сказано что-то о форс-майоре..."

"Мажоре", - рассеянно поправил он меня.

"Ну примерно. В контракте было что-то про мое Вознесение, чтобы аннулировать его". Почему-то я думал, что для меня сложнее стать бессмертным. Наверное, кумовство работает во всех сферах жизни.

"Стать бессмертным - это далеко не Вознесение". Ее акцент был очевиден. "Не думаю, что у тебя есть планы стать аватаром или богом в ближайшее время, не так ли?"

"Не знаю, звучит забавно".

Эш усмехнулась. Ладно, бог, может, и преувеличение, но я подумал, что у меня есть шанс стать, по крайней мере, легендой. Мои руки воспламенялись. Это должно привести, по крайней мере, к фантастическим слухам.

"Стать гражданином Фейри недостаточно, чтобы разорвать контракт", - подтвердил Робин. "От тебя потребовали бы предоставить приемлемую замену души, и ты будешь связан всеми ограничениями, которые накладывает принадлежность к фейри".

"Больше не лгать?"- в ужасе воскликнул я.

"Больше никакой лжи, - подтвердила Эш с мрачными нотками в голосе.

"Больше никакого искусства", - произнес Робин странно грустным тоном. У меня не хватило духу сказать ему, что все, что я когда-либо делал в своей жизни, нельзя считать "искусством", разве что очень импрессионистским.

"Э-э-э", - протянул я, пытаясь сосредоточиться, но у меня ничего не получалось. Было что-то странно притягательное в том, чтобы стать фейри. На самом деле, минусы казались не такими уж плохими. Бессмертная жизнь в роскоши и карта на освобождение от тюрьмы. Казалось, это выход, о котором мой адвокат должен был рассказать раньше. Мне не очень нравилась идея использовать чью-то душу в качестве замены, но, может быть, мы могли бы найти кого-то из камеры смертников или что-то в этом роде. Кого-то, кто в любом случае заслуживал того, чтобы отправиться в тюрьму. Потому что я не заслужил, верно?

Верно?

"Почему ты никогда не упоминал об этом как о возможном выходе?" Спросил я Робина, приподняв бровь.

"Потому что приемлемая душа - это не любая старая душа", - ответил он, кисло скривив рот. "На самом деле, учитывая личный характер вашего конфликта с генеральным директором Ада, я уверен, что он откажется почти от любой души, которую ты предложишь".

"Что произойдет, если мы не сможем договориться о замене?"

"Ты нарушил бы контракт, и Дьявол был бы в своем праве завладеть тобой, разумом и телом".

"Полагаю, это еще хуже?"- спросил я, уже зная ответ.

"Намного хуже", - согласился он. Я не очень понимал, как такое может быть, но понял, что не хочу знать подробности. Мне и так хватало кошмаров.

Я заколебался, пытаясь найти наилучший путь в этой неразберихе решений, которые лежали передо мной. Я чувствовал себя Тесеем, который вроде уже победил своего Минотавра. Казалось несправедливым, что после этого меня бросили в лабиринт. Но в конце концов, это ведь не было решением, не так ли? Меган нужна была моя помощь. Я сделаю все, чтобы спасти ее.

Я открыл было рот, чтобы согласиться, но Доун прервала меня. "Тебе не нужно принимать решение прямо сейчас", - предложила она. "Я готова предоставить тебе привилегию игнорировать мой приказ, если ты один раз произнесешь эту фразу в знак намерения".

Мои глаза прищурились, когда я смотрел на нее. Она собиралась позволить мне ослушаться ее, а ведь терпеть не могла, когда ей перечат. Но она выглядела слишком самодовольной, что означало, что происходит нечто большее. Я доверял ей, но так же, как доверял бы прирученному льву.

"Полагаю, у фразы нет срока годности?"- поинтересовался я. Трое фейри напротив меня покачали головами. Эш смотрела на меня так, словно я был самым большим идиотом из всех, кого она знала, - возможно, это и правда, ведь она знала не так уж много людей. Но даже если это плохая идея, это всего лишь одно заявление. Оставалось еще два. Насколько сложно удержаться от произнесения этой конкретной фразы?

"Я бы хотел стать фейри", - произнес я