Императорский пион - Лю Ляньцзы

В комнате воцарилось молчание. Наконец, натянув улыбку, я сказала:

– Не говори ерунды! Когда станешь старой девой, тебя никто замуж не возьмет.

Но Хуаньби словно бы меня не слышала. Она посмотрела на окна, украшенные вырезанными из бумаги символами счастья, и тихонько вздохнула:

– Когда уже этот снег закончится?

В гареме царил мир, и при дворе тоже все было спокойно. Помня о том, что произошло с принцем Жунаня, Сюаньлин осторожно относился к чиновникам, помогавшим подавить его мятежного брата. Он не предоставлял им реальной власти, награждая только золотом и шелками. С их дочерями, ставшими наложницами, император тоже был осмотрителен. Он не спешил жаловать им новые титулы и не оказывал чрезмерной благосклонности.

Я долго за ними наблюдала и поняла, что гуйжэнь Фу отличается добродушным характером, а гуйжэнь Жуй всегда сохраняла спокойствие. Все четыре гуйжэнь вели между собой борьбу за влияние при дворе, забывая порой о собственных нуждах. Однажды Цзиньси спросила у меня, не стоит ли привлечь кого-нибудь из них на свою сторону, на что я улыбнулась и ответила:

– Пусть пока сражаются друг с другом. Когда останутся самые стойкие, я оценю ситуацию и решу, кто может оказаться полезным.

– Ваша семья скоро породнится с семьей Ци. Если она окажется в опасности, я придумаю, как ей помочь.

– Сейчас она чувствует себя как рыба в воде, так что пока вмешиваться не будем.

Шли дни, и наложница Жуй, урожденная Ло, начала постепенно завоевывать расположение Сюаньлина, и вскоре император уделял ей столько же внимания, как и наложнице Ци.

Однажды я повстречала гуйжэнь Жуй у пруда Тайе во время очередного снегопада. У водоема дул пронизывающий ветер, поэтому немногие решались здесь прогуливаться. Я возвращалась из дворца вдовствующей императрицы, куда ходила, чтобы осведомиться о ее здоровье, и решила сократить путь до Танли по берегу озера. Неожиданно я увидела, как гуйжэнь Жуй со своей служанкой сходит с небольшой лодки. Увиденное настолько меня поразило, что я приказала слугам остановиться. Снег все падал и бесшумно опускался на воду. Гуйжэнь Жуй в накидке из белоснежной парчи и воротником из серебристого меха словно бы растворялась посреди этого огромного и пустынного простора, лишь ее прелестное, покрасневшее от мороза лицо выделялось на белом фоне.

– Сестренка Жуй, тебе не холодно? – спросила я ее. – Смотри, какой сильный снегопад.

Она поклонилась и негромко ответила:

– Лишь в сильный снегопад можно увидеть истинную чистоту.

– Истинную чистоту?

В ее манере держаться не было ни подобострастия, ни высокомерия. Она не пыталась польстить мне, потому что я была любимой наложницей императора, и мне это понравилось.

Гуйжэнь равнодушно посмотрела на меня и чуть заметно улыбнулась, хотя в ее глазах не было улыбки:

– Матушка, как думаешь, в этом дворце много чистоты? Только лишь когда снег покрывает все вокруг, можно созерцать бескрайнюю чистоту.

Ее слова застигли меня врасплох, но я быстро собралась с мыслями и с улыбкой ответила:

– Неужели сестренка думает, что, если прикрыть грязное пятно, одежда станет чистой? Сердце твое чисто, когда оно свободно от мирских забот; если же в нем полно пороков, ему никогда не стать чистым. К тому же истинная чистота появляется не там, где умело прикрыли грязь.

Ветер развевал полы ее накидки, приоткрывая светло-голубую юбку. В этот момент она была похожа на белоснежный изящный нарцисс, выросший у прозрачного родника, такой же яркий и благоухающий.

Наконец в глазах гуйжэнь Жуй промелькнули эмоции, и она вежливо присела:

– Матушка, я запомню то, чему ты меня научила. Но если в мое сердце проникнет порок, я предпочту умереть, чем цепляться за жизнь.

Глядя в ее спокойные и непоколебимые глаза, я почувствовала укол совести.

Во второй день второго лунного месяца, когда отмечался Весенний праздник дракона, называемый в народе «Днем дракона, поднимающего голову», небо наконец прояснилось. Сюаньлин, решивший посетить императрицу, пригласил нас с Линжун составить им компанию.

Я опоздала, но вежливая дворцовая служанка все равно приподняла передо мной занавеску, пропуская в главный зал. На меня сразу же хлынуло приятное тепло, на мгновение мне даже стало жарко. Сюаньлин, императрица и Линжун уже сидели у небольшой печки, разговаривали и кололи грецкие орехи.

Увидев меня, Линжун улыбнулась и сказала:

– Сестрица, ты опоздала, и за это тебя ждет наказание. Теперь ты будешь чистить орехи, но есть их запрещается.

Я потерла замерзшие руки и рассмеялась.

– На улице так холодно. Я взяла с собой грелку для рук, но она по пути остыла, поэтому пришлось возвращаться за другой. Вот я и припозднилась.

Сюаньлин поманил меня к себе и взял за руки.

– У тебя ледяные руки, – обеспокоенно сказал он. – Перед тем как есть, тебе надо отогреться.

– Да, – согласилась императрица, – потому что холодная еда плохо влияет на желудок.

Я поблагодарила ее за заботу и примостилась на низкий табурет рядом с императором.

Мы немного поговорили на разные темы, а через некоторое время императрица с улыбкой обратилась к супругу:

– За прошедшие два года во дворце произошло столько событий, что отбор новых наложниц пришлось отложить, и теперь многие места в гареме пустуют. Не хотели бы вы, Ваше Величество, выбрать кого-нибудь из моих младших сестер, чтобы они заняли эти места?

Сюаньлин откусил кусочек грецкого орешка и кивнул:

– Расскажи подробнее.

Императрица с большой серьезностью начала перечислять:

– Согласно установленной иерархии в гареме должно быть четыре наложницы основного первого ранга – гуйфэй, шуфэй, сяньфэй и дэфэй, три фужень, четыре фэй, еще должна быть чжаои – старшая наложница среди девяти наложниц второго дополнительного ранга, и пять гуйпинь. Остальных наложниц может быть неограниченное число. Сейчас в гареме две гуйпинь, две фэй. Из девяти наложниц второго дополнительного ранга у нас только одна – сюжун Ли. Места наложниц основного первого ранга свободны, но это очень высокий ранг, поэтому даровать его надо обдуманно. Что касается фужэнь, их всегда было мало.

Сюаньлин хмыкнул и сказал:

– Пускай остальные места наложниц второго ранга пустуют, а вот чжаои, их главу, надо выбрать обязательно.

– Также много свободных мест в тех рангах, что ниже гуйпинь, – добавила императрица.

– Тогда… – император взглянул на меня. – Дорогая супруга, выбери благоприятный день для возведения в ранг гуйпинь Вань. Ты ведь сказала, что в гареме только две фэй?

Я поняла, к чему он клонил, и быстро сказала:

– У вашей наложницы еще слишком мало опыта…

Императрица перебила меня, широко улыбаясь:

– В этом вопросе самое