Тени Овидии - Нилоа Грэй

уж у нас с тобой тут разговор по душам, скажу тебе вот что: Элия был не первым, чья кровь запятнала мои руки. С ним вышло немного грязновато, мне немного обидно, Овидия, что я не смог продемонстрировать тебе истинный уровень своего профессионализма. Если бы не шаги и не необходимость спешить, я сработал бы гораздо чище. – Харви пожал плечами и, улыбнувшись, добавил, – Жаль, что нельзя поговорить с тобой еще. Меня восхищает уровень нашей беседы.

– Ты безумен.

– Просто делаю свое дело, дорогая моя.

В следующий момент в комнате появились Элеонора, Галус и Алазне.

Они подошли к Овидии, грубо подняли ее над землей и снова заткнули ей рот кляпом.

– Отведите ее в другую комнату, живо. Сейчас здесь будет публика.

Овидия, которая, чтобы не выдавать себя, старалась не смотреть на Алазне, устремила взгляд на Харви и Бенджамина. Несмотря на то, что стояли они вместе, на лицах их читались разные выражения. У одного презрение, у второго алчность.

– Скоро все закончится, мисс Уинтерсон, – пробормотал Бенджамин. – Потерпите.

В иные времена Овидия в таких обстоятельствах испытала бы страх, но сейчас страха не было. Благодаря Алазне, девушка ощущала удивительное спокойствие.

Все происходило с ней и как будто не с ней одновременно. Она чувствовала, как ее развязали, как понесли куда-то наверх. Они шли долго. Овидия насчитала больше десяти лестничных пролетов.

Потом они свернули налево, там был узкий едва освещенный коридор. В конце коридора оказалась комната совершенной круглой формы, в центре которой располагался еще один круг, поменьше. Овидию положили в центр.

В голове у Черной Ведьмы зазвучал голос Алазне:Доверься мне. Главное, не выдавай себя и не двигайся.

Овидия моргнула, давая понять, что сделает так, как ей говорят. Шевелиться она не могла – только смотрела. Овидия направила взгляд вверх и увидела вместо потолка… воду. Хоть Алазне и предупреждала ее, что они находятся под лагуной, Овидия до конца как будто не осознавала этого. Она лежала и как завороженная смотрела на водоросли и рыб. А еще там был свет. Правда, так далеко, что едва пробивался сквозь толщу воды. Овидия услышала шаги и опустила взгляд. Лидеры медленно выходили из комнаты, глядя на нее так, будто она была не человеком, а каким-то мелким животным.

– Увидимся наверху, дорогая, – сказал кто-то, чьего голоса она не смогла разобрать, – сегодня справедливость восторжествует.

И Лидеры всей толпой покинули комнату. Последней, бросая на Овидию поддерживающий взгляд, вышла Алазне.

Черная Ведьма облегченно вздохнула. Осознание того, о чем рассказывала ей Алазне, подтверждалось, укрепляло ее. Овидия еще раз завороженно взглянула на толщу воды наверху. Интересно, какое заклинание использовали Маги Земли, чтобы вода не обрушивалась. Впрочем, удивительный потолок был единственным, что делало эту комнату не такой ужасной. Все остальное выдавало в ней помещение, в котором держали заключенных, а может быть даже казнили их.

Руки у Овидии ныли от боли, но она не решалась снять цепи. В конце концов, это было частью плана. И она терпела.

И тут наверху начало происходить что-то странное. Вода расступилась, образуя воронку, через которую внутрь комнаты полился свет. Свет был таким ярким, что на мгновение Овидии даже пришлось зажмурить глаза.

Она знала, кто стоял за этими процессами. Такое мог сделать только Галус.

Теперь стало понятно, что именно напоминала ей комната, в которой она находилась. Стакан. Дно которого поднималось. Она лежала на нем – и оно ползло вверх.

Овидия физически ощущала толщу воды вокруг себя, но происходящее не страшило ее. Скорее она чувствовала себя любопытным наблюдателем. Сила текла по ее венам и ждала своего часа. И то, что развязка становилась все ближе, бесконечно радовало ее.

Голоса, раздающиеся с поверхности, звучали все громче. Когда до окончания подъема осталось совсем немного, Ведьма закрыла глаза. Но прежде, чем она успела открыть их, тени-змейки скрутили ее по рукам и ногам и заставили упасть на колени. И тогда только Овидия открыла глаза и огляделась.

Эндора прибыла в дом Вудбресов быстрее, чем думала. В целях безопасности, добравшись до Шарлотты, она решила остаться у нее. Дорога от дома Уинтерсонов не была слишком сложной. Эндора просила звезды направлять ее, и они послушно показывали ей путь, даже утром, когда они начали тонуть в свете дня.

У порога уютного, окруженного безупречно ухоженным садом, дома, Эндору встретила служанка.

– Хозяйка дома? Я… – начала представляться Эндора, но не успела договорить, потому что в дверях уже появилась Шарлотта.

– Пропустите ее, – сказала она. – Это моя подруга.

Наружная дверь закрылась. Положив руки на плечи подруги, Шарлотта внимательно посмотрела ей в глаза и спросила с явным беспокойством в голосе.

– Что случилось?

Встревоженные неожиданным визитом Марианна с Филиппом тоже спустились вниз и присоединились к девушкам.

Родители уже видели Эндору однажды в доме Уинтерсонов, но Шарлотта посчитала необходимым как следует представить подругу. И только тогда Ночная Ведьма смогла наконец рассказать о случившемся.

Когда она закончила, в доме повисла тревожная тишина.

– Надо что-то делать. Если они решили обвинить бедняжку Овидию, они не отступят, – рассуждала Марианна, прохаживаясь из стороны в сторону.

– Открыто действовать против них опасно. Но я уверена, хоть что-то мы сможем сделать, – проговорила Шарлотта.

Она сидела в кресле, беспокойно покачивая ногой, и Эндоре стоило немалых усилий, чтобы не сесть рядом с подругой и обнять ее.

Служанка постучала в дверь гостиной, и, извинившись за вторжение, сообщила, что пришло важное сообщение одного из представителей.

Все переглянулись, понимая, что имеется в виду.

Филипп Вудбрес поблагодарил ее и, закрыв за ней дверь, прочитал вслух: «Публичный суд над Овидией Уинтерсон, обвиняемой в убийстве Элии Мурхилла, лидера Общества Чувствительных Англии. Приглашаем всех Чувствительных Винчестера посетить судебный процесс, который состоится в пять часов вечера 21 декабря в Академии».

Когда Филипп закончил читать, Шарлотта охнула и, если бы не Эндора, которая подбежала поддержать ее, упала бы.

– Ну так что мы будем делать? Открыто принять ее сторону значит подвергнуть опасности и себя, – проговорил Филипп.

– Вообще-то мы давно в опасности. С тех самых пор, как присоединились к делу Элии. Сейчас не время трусить.

– Лотти! – осадила дочь Марианна.

– Ноам Клинхарт сдался, Овидия в плену, и, если они и дальше будут следовать своим планам, как вы думаете кто будет следующим? – чем больше говорила Шарлотта, тем ярче разгорался магический синий огонек в ее глазах. – Поймите