От-кутюр: жизнь среди легенд высокой моды - Колетт Масье

Даниэль, а также около тридцати квалифицированных старших мастериц. Атмосфера прекрасная, и должна признать, я испытываю некоторую гордость и сильное нетерпение на пороге этого нового приключения.

С волнением захожу в большой салон на втором этаже, — кажется, вот-вот появится Мадемуазель, но атмосфера здесь уже совсем другая.

Во времена Мадемуазель именно в этих салонах представляли коллекции. Здесь же проходили встречи с клиентками и примерки. На третьем этаже апартаменты Мадемуазель остались нетронутыми. Будто она только-только вышла.

На четвертом этаже по-прежнему находится студия Мадемуазель, где мы проводили примерки моделей и выбор тканей. И ателье мадам Манон, старшей закройщицы, которая подчинялась непосредственно Мадемуазель, поскольку занималась, среди прочего, и ее личным гардеробом.

Когда я начинаю работать в 1982 году, мое ателье свободного кроя находится на шестом этаже, а строгого кроя, Пакито, — на пятом. Добавляются два других ателье, менее значительных: свободного кроя, под руководством мадам Жизель Пуатвен, на одном этаже с моим, и строгого, под руководством месье Жака Менана, на этаже Пакито.

Что касается работы ателье, Карл четко дал понять, что разговаривать он хочет только с Пакито и со мной. Он не желает взаимодействовать с мадам Жизель и месье Жаком: до такой степени, что решает переподчинить их нам. Мадам Жизель, которая видела меня еще ученицей в 1960 году, такое трудно проглотить, и это неизбежно создает множество мелких трений, которые мешают, как камешки в обуви. В итоге руководство предлагает ей уйти на пенсию. Что касается месье Жака, он решает перебраться в... Hanae Mori. Игра «музыкальные стулья» — классика в мире моды...

Назначение Карла пока не официально. Он все еще работает по эксклюзивному контракту с Chloé. Но «золотой мост» — существенные отступные, — предложенный руководством дома Chanel, поможет найти выход из ситуации.

На первых порах Карл снимает квартиру неподалеку от улицы Камбон. Там он поселил Эрве Леже. Официально именно Эрве руководит подготовкой первой коллекции. Маленькая ремарка: Эрве Леже зовут Эрве Пенье, но Карл переименовал его в Леже. Он считает, что так красивее, а еще легче произносить тем, кто не говорит по-французски. Однако судьба не будет к нему слишком благосклонна. Когда Карл окончательно и официально берет бразды правления в свои руки, Эрве решает запустить собственный бренд, под своим именем. Затем, несколько лет спустя, он свой модный дом продаст, его поблагодарят и... уберут его имя. Снова именно Карл даст ему совет, и Herve Leger станет Hervé L. Leroux. Но успех окажется более… скромным. Очевидно, что в мире моды самой важной идентичностью чаще всего является та, которую мы сами для себя создаем.

Итак, в конце 1982 года официально руководит (все еще) Эрве Леже, но, конечно, эскизы рисует Карл. Легкость и беглость его руки поразительны! Его наброски точны и содержательны, просты для расшифровки, и по ним так хорошо работать. Иногда за несколько секунд он успевает сделать второй эскиз, чтобы пояснить первый. Линия его всегда точна и верна. Он часто говорит: «У меня нет образования, но я родился с карандашом в руке». И как тут не верить.

15 сентября 1982 года его вступление в должность официально объявлено в пресс-релизе: «Стратегию развития и облик коллекций от-кутюр дома Chanel будет определять Карл Лагерфельд, начиная с января 1983 года».

Объявление вызвало большую шумиху в мире моды. Взоры обращаются к Иву Сен-Лорану, которого многие считают единственным наследником Мадемуазель. Некоторые воротят нос при мысли, что во главе столь французского дома встанет немецкий модельер. В то время Карл уже известен, но еще далеко не знаменитость, кем вскоре станет, и никто даже не представляет того феноменального успеха, который за этим последует.

Изначально эта идея принадлежит Китти Д’Алессио, директору Chanel в США. Когда ее нанимают в 1979 году, дом переживает кризис — его имидж отдает нафталином, и задача Китти — освежить его.

Среди ее гениальных ходов — приглашение несколькими годами ранее фотографа Ричарда Аведона для рекламной кампании аромата № 5 с Катрин Денёв. Успех был колоссальный.

В начале 1980-х у нее возникает удачная идея открыть бутики Chanel на 57-й улице в Нью-Йорке и в Беверли-Хиллз. Это позволяет вернуть бренд в центр внимания. После череды успешных решений руководство начинает доверять ей, и когда Д’Алессио называет имя Карла Лагерфельда, владельцы, братья Вертхаймер, прислушиваются. Переговоры Карл часто пересказывал прессе. Директор якобы сказал ему: «Делайте что хотите, и если ничего не получится, я продам компанию». А Карл якобы ответил: «Напишите в контракте “делайте что хотите”». Правда ли это? Возможно, нет, но одно можно сказать наверняка: Карл действительно делал что хотел, и делал блестяще. В то время Women’s Wear Daily, эта «библия моды», полагала, что условия финансирования — сумасшедшие: говорили о миллионе долларов в год. Параллельно с астрономическим уровнем своей зарплаты Карл также договаривается о выделении бюджета на то, чтобы бесплатно одевать женщин, которых он считает значимыми. В этот короткий список привилегированных войдут Каролина Монакская, Палома Пикассо, принцесса де Бово-Краон и Анна Винтур.

Нам не понадобится много времени, чтобы понять: этот человек — гений в области связей с общественностью и коммуникации в целом.

Итак, созданием этой первой коллекции, несмотря на присутствие Эрве Леже, руководит именно Карл. Я быстро понимаю, что этот человек очень профессионален, очень точен, обладает техническим мастерством, но не всегда пунктуален. И со временем он будет становиться все менее пунктуальным.

Напряжение во время создания первой коллекции — огромно. Но Карл не давит на нас, он остается любезным, и в студии царит хорошая атмосфера.

Первый показ запланирован на 25 января 1983 года и должен состояться на улице Камбон. У меня возникает ощущение, что я одновременно возвращаюсь в прошлое и совершаю прыжок в будущее. В зале — весь Париж: Изабель Аджани, Палома Пикассо, Жан-Клод Бриали, мадам Помпиду, мадам Ширак, Элен Роша, Брижит Фоссе, баронесса Мари-Элен де Ротшильд, Гонзаг Сен-Бри, а также близкая подруга Карла, дизайнер Андре Путман.

Поскольку первое впечатление всегда самое важное, у Карла возникает идея «уколоть» тех, кто насмехается над его происхождением. Три костюма откроют показ. Один — красный, другой — белый и последний — синий. Цвета Франции, но в беспорядке... Все это под песню Шарля Трене «Douce France».

Инес де ла Фрессанж — великолепна в белом костюме. Для красного Карл выбрал Анн Роар, очень популярную французскую модель. Синий же костюм надела звездная модель из Техаса Диана ДеУитт. Это серьезный сигнал американской прессе, поскольку Карл прекрасно знает, что возвращение тридцать лет тому назад Мадемуазель