Мария – королева Шотландии. Том 1 - Маргарет Джордж

– Замечательно. Напоминает что-то восточное. Мирру. Или галаадский бальзам, что бы это ни было. Я всегда представляла его тягучим и запашистым, как это.

– Спасибо. – Мария плеснула ароматной воды на плечи.

– Вы допоздна задержались прошлой ночью.

– Да. Я… я не могла заснуть. И мне надо было переговорить с Риччо по поводу приготовлений к… к церемонии ордена Чертополоха, которую я собираюсь вскоре устроить.

– Орден Чертополоха?

– Да. Это… это… древний рыцарский орден Шотландии, как орден Подвязки в Англии или Святого Михаила во Франции. Церемонии не проводились после смерти моего отца, и осталось всего несколько рыцарей. – Она нервно брызгала водой себе на грудь.

– Но вы не можете восстановить его, поскольку вы – женщина, – заметила Фламина. – Женщины не бывают рыцарями и не носят золотых шпор.

– Я назначу представителя, – сказала Мария. – Я глава ордена. Нужно, чтобы Шотландия обрела былую славу и величие. – Она взглянула на Фламину. – Теперь можете оставить меня.

«Оставьте меня, оставьте меня, оставьте меня одну подумать о том, что случилось, о моем муже, о моей тайне…»

Сандаловое масло издавало тонкий аромат, окутывая ее, проникая в ноздри.

Глава 20

Дарнли послышался стук в дверь. В дверь королевских покоев! Его покоев. Почему к нему по-прежнему вторгается столько народу? Покоя нет! Он сунул бутылку виски под плащ, грудой валявшийся там, где он его сбросил, и прошел почти полпути до дверей комнаты, как решил вернуться и подкрепиться еще глоточком. Он уже научился проглатывать огненный напиток быстро, чтоб не жгло рот.

Одернув рукава и убедившись, что они скрывают запястья, он распахнул дверь. К его удивлению, на пороге стоял Джеймс Гамильтон, старый герцог Шательро. Седовласый, широколицый пожилой человек выглядел так, словно пришел с неприятным для него самого поручением; весь его облик выражал антипатию к Дарнли.

– Что вам угодно? – презрительно фыркнул Дарнли.

Это был его враг, враг его отца, человек, посмевший оспаривать их претензии как следующих по линии наследников трона. Ну, теперь поглядим! На том троне, которого они домогались, будет сидеть Дарнли. «И мой сын будет королем», – подумал он, неожиданно для себя проговорив это вслух.

– Прошу прощения! – сказал герцог. – Верно ли я вас расслышал? – Он посмотрел на Дарнли, учуял запах виски, многозначительно глянул на солнце, которое только недавно встало. – Я пришел обсудить старые разногласия между нашими домами, надеясь достичь взаимопонимания. Не окажете ли мне честь, пригласив войти?

– Нет, – отвечал Дарнли. – Нет, не окажу. Кто приглашает врага переступить свой порог?

– Но я пришел не как враг. – Шательро повысил голос.

– И не как друг! Вы никогда им не станете! – вскричал Дарнли. – Вы пытались предать королеву, предназначили ей своего сумасшедшего сына! Граф Арран чуть не похитил ее…

При звуке имени сына герцог окаменел.

– Не оскорбляйте мою семью!

– Он все безумствует, правда? Заперт в вашем доме, как и положено сумасшедшему!

– Я пришел поговорить мирно, но вижу, что с таким ослом не может быть никакого мира!

– Когда я выздоровею, расколочу вам башку! Скажите спасибо, что я еще не набрался сил!

– Дурак! Глупый мальчишка! – Герцог повернулся и пошел прочь.

По всей Шотландии разослали посыльных собирать гостей в Стерлинг на церемонию ордена Чертополоха, которая должна состояться по соизволению ее королевского величества.

Лорд Джеймс в Эдинбурге решил, что срочные дела в городе не позволят ему прибыть в Стерлинг – увы!

Уильям Мейтленд Леттингтонский, уже отправившийся во Францию за согласием короля и королевы-регентши на брак королевы Марии с Дарнли, отсутствовал и приглашения не получил.

Эрскин, Мортон, Рутвен, Линдсей, Аргайл и Керколди Грейнджский приглашения получили и принялись перебирать гардероб.

Полю де Фуа, французскому посланнику, было отведено место.

Джона Нокса не приглашали.

Джеймс Хепберн, граф Босуэлл, тайно вернувшийся без королевского разрешения в дом своих предков в Лиддсдейле, даже не слышал об этом.

В Королевскую часовню, увешанную королевскими стягами и бело-зелеными флагами ордена (поспешно вытканными к церемонии), величественной походкой, с высоко поднятой головой, вступила во главе процессии Мария, королева Шотландская. На плечах ее красовалась золотая цепь ордена, усеянная изображениями чертополоха и веточек руты, которую в последний раз надевал ее отец в 1540 году. На ней была темно-зеленая бархатная мантия цвета старого леса, а на щиколотках золотые рыцарские шпоры.

Четырнадцать мужчин, которым предстояло посвящение в рыцари ордена, поджидали ее, стоя по стойке смирно. Они постились и всю ночь бодрствовали, как того требовал обычай. Мария со свитой заняла свое место перед алтарем.

Лорд-лайон герольдмейстер вышел вперед, выпятив грудь.

– Теперь вы, достойные рыцари, избранные своей госпожой состоять при ней в благородном и древнем ордене, должны выйти по одному и присягнуть в верности королеве и ордену Чертополоха, помня его девиз: «Nemo me impune lacessit». – Он указал на знамя с крестом святого Андрея и вышитым атласом изображением чертополоха и повторил латинский девиз на родном языке: «Никто не заденет меня безнаказанно».

Горнисты дважды протрубили в серебряные трубы.

Мария воздела руки, и длинные рукава ее одежд тяжело упали почти до колен.

– Мой добрый народ, благородные дворяне. Будучи женщиной, я не могу возглавлять церемонию, ибо сама я не рыцарь. С радостью воспользуюсь древней прерогативой выбора своего рыцаря, который исполнит обязанности, дозволенные не каждому из мужчин и запрещенные женщинам.

Все замерли в ожидании.

– Генрих Стюарт, лорд Дарнли, подойдите. – Голос ее громко звучал под высокими сводами церкви.

Что-то зашевелилось сзади у алтаря; высокая, затянутая в синий бархат фигура возникла из тени и спустилась в центральный неф. Он предстал перед нею. Долгую минуту они с королевой стояли рядом, совсем близко, глядя друг другу в глаза. Все в церкви заметили, какими взглядами они обмениваются – полными желания и решимости. Потом он преклонил колени на скамеечке перед ней; новые подметки на сапогах сверкали кожей в глаза собравшимся.

– Принесите клятву, – приказала она ему.

– Клянусь отстаивать христианскую веру всеми своими силами, – громко проговорил он. – Клянусь в верности и преданности моей государыне, королеве Шотландии, и ее преемникам.

Клянусь соблюдать долг рыцарства.

Клянусь прилагать все усилия, дабы, услышав об убийцах, разбойниках и грабителях, насилующих людей, собственноручно предать их законному суду.

Клянусь никогда не оставлять свою королеву, господина или друга в беде, когда они будут во мне нуждаться.

Клянусь всеми силами укреплять, поддерживать и защищать благородный рыцарский орден, от коего я готов принять коня, оружие и рыцарское облачение.

Клянусь никогда не питать в сердце своем предательских замыслов против государыни нашей королевы и оповещать ее о