Чайный дворец - Элизабет Херман

– Да, – кивнула Лене. – Это действительно плохо.

Пу И прошел вперед спросить о чем-то солдата, а Лене оглянулась в поисках Чжиху. Мальчик то появлялся впереди, то исчезал позади. Сейчас он жевал что-то похожее на корешок и, заметив ее взгляд, предложил кусочек.

– Что это?

– Таро, – ответил он. Маленький коричневый клубень напоминал картошку. – Вкус как ямс. Растет на растении с ушами как у слона.

Лене взяла корешок и откусила кусочек. Вкус был свежим и слегка сладковатым. Когда она попыталась вернуть оставшееся Чжиху, он махнул рукой и скрылся за кустами с огромными листьями, которые действительно напоминали слоновьи уши.

Пу И вернулся, увидел корешок у нее в руке и покачал головой.

– Он ядовитый? – испуганно спросила Лене.

– Нет. Но нужно варить, а то живот болеть.

Лене тут же выплюнула кашицу и выбросила корень.

– Думаешь, будет война между Великобританией и Китаем? Но ваша страна такая большая. Вы могли бы легко дать отпор англичанам.

– Большая, да. Но коррупция все разрушать, опиум все разрушать. Китай много хорошего делать для белого человека, но белый человек мало хорошего делать для Китая.

Пу И взял у Лене поводья. Немного помолчав, он продолжил:

– Ма И всегда путешествовать на двух кораблях. Символично.

Лене кивнула.

– Я вот чего не понимаю: он продает лучший, самый дорогой чай в мире. Ма И – богатый человек. Зачем ему опиум?

– Ма И нужно много денег для наложниц и хорошей жизни.

– Мой почтенный отец плохо управлял хозяйством, – прозвенел за их спинами голос Кайвэн, которая, как оказалось, слышала каждое слово. – И он сам курил опиум. Все коррумпированы, каждый берет, что может. Европа отравляет нас, и теперь мы вынуждены защищаться.

Пу И кивнул и галантно отодвинул несколько острых, словно ножи, листьев, пропуская Кайвэн вперед.

– Поэтому ты присоединился к Дэн Тинчжэню?

Вопрос Лене был адресован Пу И, но вместо него ответила Кайвэн:

– Только после того, как его много раз выгоняли из дома. Мне даже имени его нельзя было упоминать. Мы пытались сбежать вместе, но нам не удалось. А когда я вчера увидела Пу И в свите почтенного Дэн Тинчжэня, я поняла, что нам нужно попытаться еще раз. К несчастью, появились ты и твой муж. Но это не Фэн Бао так с ним обошелся. Что случилось?

Лене поежилась, несмотря на влажную жару, которая не спадала даже ночью.

– Я хотела заключить сделку с твоим отцом. Я не знала, что Пу И дал мне монету просто для того, чтобы я могла купить еды.

– Ты была худой и мокрой, как уличная кошка.

Лене сдержалась, чтобы не напомнить ему, почему она была мокрой. Машинально она схватилась за спутанную гриву осла, и тот, дернувшись от неожиданного прикосновения, сбился с шага. Осел Кайвэн, идущий сзади, споткнулся и громко заревел. Его крик разнесся по лесу, отпугивая или, наоборот, привлекая зверей.

– Lái ba! – закричала Кайвэн, хлестнув осла поводьями по голове. – Bén lǘ! Lái ba!

Лене больше не могла этого терпеть.

– Перестань! – закричала она и выхватила поводья из рук девушки.

Кайвэн подняла руки в успокаивающем жесте, как будто пыталась унять и Лене, и обезумевшее животное, которое, закатывая глаза, пятилось назад и кричало, кажется, еще громче.

– Спокойно, спокойно, – произнесла Лене, но с ослом явно было что-то не так. Он подогнул передние ноги и отчаянно пытался удержаться на задних, но вскоре и они подогнулись. Животное рухнуло на бок, вырвав поводья из рук Лене. Только теперь она заметила, что его левая передняя нога выгнулась под неестественным углом.

Фэн Бао оказался рядом. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять, что произошло. Он коротко кивнул Пу И, и Лене увидела блеск сабли, сверкнувшей в воздухе. В следующий миг крик осла сменился хрипом, от которого Лене вздрогнула. Ноги осла подергивались, били по воздуху, и вскоре все закончилось.

Зажав рот, Лене отшатнулась и упала на колени. Сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ей и раньше доводилось видеть смерть, но в Китае она была быстрой и безжалостной.

Фэн Бао и Пу И обменялись несколькими словами, пока Лене, как истинная фризка испытывающая глубокую любовь к животным, приходила в себя.

Солдат разрезал веревки, удерживающие мешок с семенами чая, взвалил мешок на плечо и двинулся дальше.

Кайвэн подошла к Лене.

– Лучше быстрая смерть, чем долгие страдания.

Лене подумала о Роберте и почувствовала горечь, которую с трудом смогла подавить. Она поспешно откинула волосы, прилипшие к мокрому лицу.

Говорить не хотелось. Время от времени Фэн Бао или Пу И предупреждали о какой-либо опасности, но в остальном они продолжали свой путь в молчании.

Когда над верхушками деревьев забрезжил рассвет, Лене почувствовала острое желание остановиться и отдохнуть.

– Куда мы вообще идем? – спросила она, чувствуя, будто уже целую вечность плетется за солдатом. Оставшийся осел все чаще спотыкался, и она молилась, чтобы не случилось беды, которая могла бы поставить крест на попытке Роберта сбежать.

– К реке, – откликнулась Кайвэн, идущая позади.

Пу И шел рядом с ней, но их шепот давно стих.

И вот взошло солнце. Тревожные звуки ночи сменились утренней симфонией. Щебетание, жужжание, стрекотание насекомых, птиц и мелких животных наполняло лес жизнью. И даже дождь уже не так донимал. Местность стала более ровной. Цветы наполняли воздух головокружительными ароматами. Лене никогда не переживала рождение дня с такой остротой, но вместе с новыми для нее впечатлениями все очевиднее становилось понимание того, насколько все они измотаны.

Фэн Бао держался лучше всех. Облаченный в кожаную броню и крепкие ботинки, он, казалось, легко мог пройти еще столько же. Пу И не жаловался, но его одежда была порвана, волосы спутаны, лицо покрывала грязь. Кайвэн и Лене выглядели жалко: платья превратились в лохмотья, растрепавшиеся волосы липли к мокрым лицам.

Роберт не двигался. Один раз Лене показалось, что он моргнул, но скорее это было игрой воображения. Но он был жив, и больше ничего не имело значения.

Чжиху исчез. В последний раз Лене видела его, когда он предложил ей корешок. Она подумала, что его желудок привычен к такой пище, и ей стоило большого труда отогнать мысли о корабельных сухарях и густой каше.

Дорога пошла вниз. Фэн Бао время от времени протягивал ей руку, чтобы помочь спуститься по скользким мшистым камням. Если раньше Лене казалось, что тропа, по которой они идут, проложена животными, то теперь стала замечать человеческие следы, а ноздри улавливали слабый запах древесного дыма.

Через некоторое время они вышли на поляну. Вытоптанная трава