Кардинал. Роман о любви и власти - Элисон Уэйр

и барьер. Прямо напротив королевского трона и двух кардиналов сидел архиепископ Уорхэм и по бокам от него – остальные епископы, которые составляли советы защитников обоих тяжущихся. Увидев на стороне королевы епископа Фишера, который собирался защищать ее против команды церковников, выступавших за короля, Том нахмурился.

– Прошу тишины! – раздался крик глашатая, затем он громко зачитал поручение, данное папой легатам, после чего провозгласил: – Король Генрих Английский, предстаньте перед судом!

– Я здесь, милорды! – твердым голосом произнес Гарри.

– Екатерина, королева Англии, предстаньте перед судом!

Том оцепенел от испуга, когда она встала, пересекла зал и пала на колени перед королем. Стояла полная тишина, словно все собравшиеся разом задержали дыхание.

– Сир, – начала королева, – я умоляю вас, во имя любви, которая была между нами, позвольте свершиться справедливому суду. Сжальтесь надо мной и проявите ко мне сочувствие, ведь я всего лишь бедная женщина и чужая здесь, так как родилась не в вашем королевстве.

Говоря, Екатерина смотрела в упор на Гарри, а он направил взор в пространство перед собой и будто не слышал ее, только от его шеи вверх по лицу расползалась зловещая краснота. Екатерина, не дрогнув, продолжала свою страстную мольбу, которая тронула бы и самое очерствелое сердце. Том про себя морщился: она напрасно тратила усилия, так как преуспела лишь в том, чтобы поставить в неловкое положение Гарри, а это не принесет ей ничего хорошего.

– У меня здесь нет ни одного верного друга, – продолжила Екатерина, – только равнодушные советники; один из моих судей был главным зачинщиком в этом деле, и он человек гордый и сладострастный.

Она повернула лицо к Тому, сидевшему на возвышении, и он почувствовал, что заливается краской. Он не верил своим ушам. Королева публично намекала на него, и в таких оскорбительных выражениях, а это неправда, он никогда не подстрекал короля искать развода. Несправедливость обвинений обожгла сердце Тома.

Но Екатерина уже не смотрела на него. Ее глаза были прикованы к королю. Том оцепенел настолько, что не мог разобрать, что еще она сказала, услышал только последние слова, мол, если король не избавит ее от судебных слушаний, она отдаст свое дело на волю Господа.

Гарри непоколебимо хранил молчание. Прошло несколько ужасных мгновений. Екатерина встала, сделала низкий реверанс и медленно пошла к дверям в дальнем конце зала, опираясь на руку одного из своих служителей.

– Глашатай, позовите королеву назад, – приказал Гарри.

– Екатерина, королева Англии, вернитесь к суду! – разнесся по залу возглас, но она, даже не обернувшись, покинула зал.

Гарри поднялся:

– Милорды и господа, так как королева удалилась, я в ее отсутствие заявляю вам всем, что она была для меня такой верной и послушной женой, какой я только и мог желать. Она обладает всеми добродетелями, которые пристало иметь женщине ее достоинства. Она благородная дама.

Том больше не мог сдерживаться. Он встал и поклонился королю:

– Сир, я покорнейше прошу ваше высочество объявить перед собравшимися, был ли я главным зачинщиком Великого дела вашей милости, так как меня в этом сильно подозревают королева и, похоже, многие другие люди.

– Милорд кардинал, – ответил Гарри, – я готов снять с вас обвинение. Действительно, вы скорее были против того, чтобы я давал ход этому делу. И дабы устранить все сомнения, я объявлю вам особую причину, толкнувшую меня сделать это. Совесть моя была уязвлена, когда епископ Тарба, посланник французского короля, поднял вопрос о законнорожденности моей дочери Марии. Его слова вселили в мою душу сомнения, которые так терзали мой разум и лишали меня покоя, что я стал опасаться гнева Господня, проявлявшегося, как можно было подумать, в том, что наш Отец Небесный не послал мне сына и наследника. Все мои сыновья от королевы умерли сразу после рождения. Как же я мог сомневаться в том, что это Господь наказывает меня?

Слова короля шли от сердца, и все, кто был в зале, заслушались его речью.

– Отчасти моя совесть, отчасти тревога из-за отсутствия у нас с королевой сыновей подтолкнули меня наконец к мыслям о том, в какой опасности находится наше королевство за неимением наследника престола, который принял бы после меня эту высокую честь. Посему я почел за благо снять тяжкую ношу со своей совести и ради мира и спокойствия этого прекрасного королевства подвергнуть сложившуюся ситуацию изучению, с тем чтобы определить: могу ли я взять себе другую жену в случае, если мой брак будет признан незаконным. И возжелал я этого не по зову плоти и не потому, что недоволен королевой, ее характером или возрастом, так как был бы удовлетворен жизнью с ней, если бы наш брак не противоречил законам Божьим. Именно эти сомнения и будете благодаря своей учености и мудрости суждений разрешать вы, прелаты этого королевства, собравшиеся здесь с таковою целью. Полагаясь на вашу совесть и справедливость, я препоручаю вам это дело, и вынесенному вами решению покорно подчинюсь.

Король сел, с задумчивым видом глядя на окружающих, словно ему было больно оказаться в таком положении. Том почти поверил, что его сбила с пути истинного вовсе не пара темных глаз.

* * *

Когда суд собрался вновь, королевский адвокат заявил кардиналам, что брак с самого начала был недействительным, так как принц Артур плотски познал Екатерину. Том почувствовал, как Кампеджо заерзал в соседнем кресле. Оба они знали, что это не является основанием для расторжения брака.

– Никакому человеку не дано установить, правда ли это, – сказал Кампеджо.

Поднялся с места высокий худой человек.

– Мне известна правда. – Это был епископ Фишер.

– Откуда же вы ее знаете? – раздраженно спросил Том.

– Мне известно, что Господь есть сама истина, и, так как этот брак был составлен и соединен Господом, я и говорю, что знаю правду, ибо такой союз не может быть расторгнут или ослаблен властью человеческой.

– Все верующие люди знают это не хуже вас, – ответил Том. – Однако такие аргументы в данном случае недостаточны, потому как королевский адвокат утверждает, что брак с самого начала не был законно соединен Господом. И нет сомнений в том, что их доводы верны, как это с очевидностью явствует, поэтому, дабы утверждать, что брак был соединен Господом, вы должны это доказать, избегая необоснованных допущений.

Фишер сдался, но, без сомнения, подыскивал аргументы. Том опасался, что они не в последний раз услышали его.

* * *

В продолжение следующих дней Гарри на суде не присутствовал. Он полагался на Тома, и тот сообщал ему, как идет процесс. Погода стояла жаркая, часто Том приезжал домой, обливаясь потом и чувствуя себя очень