Кардинал. Роман о любви и власти - Элисон Уэйр

Глава 33

1529 год

Когда до начала августа остались считаные дни, Кампеджо намекнул, что готов прийти к решению. В ликующем настроении Том понесся к Гарри, чтобы сообщить ему добрую весть. Учитывая, как шли дискуссии в последние несколько дней, он надеялся, что будет вынесен желательный для короля вердикт.

В тот день после полудня Гарри пришел в монастырь Блэкфрайерс и расположился на галерее, откуда был виден помост, где сидели Том и Кампеджо. Затем королевский адвокат потребовал огласить решение.

Кампеджо медленно поднялся на ноги:

– Я не вынесу решения, пока не сообщу святому отцу обо всех деталях судебного процесса. Это дело слишком важное и значительное, чтобы делать поспешные выводы, учитывая, что сторонами процесса являются королевские особы, и принимая во внимание сомнительность некоторых сделанных утверждений.

Том почувствовал, что вот-вот лишится чувств, настолько он был потрясен. Ждать так долго и без всякого смысла – какой жестокий удар! Он вложил в это дело сердце и душу. Как ему смотреть в глаза королю?

Кампеджо продолжал вещать:

– Я вникал в это дело так старательно не для того, чтобы угодить кому бы то ни было из страха или ради милости, будь то король или любой другой властитель. Ни к кому я не питаю такого почтения, чтобы поступиться своей совестью, и не сделаю ничего противного Божьему закону. Я старый человек, больной и немощный, смерть ждет меня со дня на день. Какая мне польза в том, чтобы подвергать опасности Божьего гнева свою душу, рисковать вечным проклятием ради милости какого-нибудь правителя или высокого положения в этом мире? Я здесь лишь для того, чтобы совершить правосудие, не погрешив против своей совести.

Том ощутил исходивший от короля гнев – он донесся до него с того места, где сидел Гарри. Увидел ярость на лицах Норфолка, Саффолка и Рочфорда.

– Истина в этом деле весьма сомнительна и трудно определима, – говорил Кампеджо. – Разбирательство затруднил тот факт, что королева отказалась давать показания, а вместо этого обратилась за решением в Рим, полагая, что мы не можем произвести беспристрастное правосудие из страха вызвать неудовольствие короля. Поэтому во избежание всевозможных двусмысленностей и потаенных сомнений я не буду двигаться дальше в этом деле, пока не получу согласие папы. В связи с чем я переношу это судебное слушание в римский суд. И объявляю этот суд распущенным.

В зале наступила оглушительная тишина. Кампеджо сел, а Том пытался осмыслить последствия его слов. Крах глядел ему в лицо широко раскрытыми глазами. Переношу в Рим… Это могло означать отсрочку в несколько недель, если не месяцев. Гарри придет в отчаяние, не меньшее, чем то, какое испытывал сейчас он сам.

Вдруг раздался удар кулаком по столу. Это был Саффолк, его лицо побагровело от злости.

– Клянусь мессой, в Англии не бывать веселью, пока среди нас кардиналы! – крикнул он.

Том наконец осмелился поднять глаза на короля, и тот ответил ему таким испепеляющим взглядом, что у него поджилки затряслись. Понимая, что подвел своего государя самым прискорбным образом, он обратился к Саффолку:

– Из всех людей в этом королевстве, милорд, у вас меньше всего оснований быть недовольным кардиналами. Ибо, если бы я, простой кардинал, не пришел вам на помощь, когда вы женились на сестре короля, не сносить бы вам головы. – Герцог сердито глянул на него, но Том не дрогнул. – Я хочу, чтобы вы поняли: мы с моим коллегой-легатом желаем королю и его стране почета, богатства и мира, мы с радостью исполнили бы его законное требование. Но, милорд, прошу вас, объясните, как поступили бы вы, если бы имели поручение от короля разрешить какое-нибудь сложное и важное дело, а решение было бы сомнительным? Поэтому смирите свою скоропалительную злобу и примите во внимание, что мы всего лишь имеем поручение и не можем выносить окончательное решение без одобрения папы. И если кто-нибудь обижен на нас за это, то он просто неразумный человек.

Слова Тома были адресованы не только Саффолку, но и всем собравшимся в зале суда. Он надеялся, что Гарри тоже его слышит. Но когда он посмотрел в ту сторону, оказалось, что король уже ушел.

Зал постепенно опустел. Том остался сидеть в кресле. Ему не хотелось шевелиться, ведь, как только он сдвинется с места, придется идти к королю и испытать на себе его гнев. Он не сомневался, что Гарри сорвет на нем свою злость и обвинит в случившемся. Отыгрываться на Кампеджо он не станет из опасения ожесточить против себя Святой престол, для этого у него под рукой всегда есть Том, его подданный.

– Вы не идете, милорд? – мягко спросил Кампеджо.

– Да, наверное, пора, – ответил Том, неохотно поднимаясь.

Он собрал бумаги и пошел в комнату, которую использовал как кабинет. Там он сел за стол, положил голову на руки и в полной мере ощутил: это конец. В таком положении и застал его ашер короля, когда пришел вызвать к Гарри.

Смотреть на проникнутое холодной отчужденностью лицо короля Тому было тяжело. Никогда еще он не видел его таким. Конечно, не приходилось сомневаться, что Гарри плохо воспримет вынесенное судом решение, но эта явная враждебность пугала, особенно если учесть, как долго и упорно Том трудился ради него.

– Вы понимаете, что это означает для меня?! – рявкнул Гарри. – Папский суд не соберется до октября, и мы с вами оба знаем, как медленно идут там разбирательства. Придется ждать месяцы, если не годы, пока папа примет решение, и ожидание может оказаться напрасным. А я тем временем по-прежнему буду жить в грехе, рискуя вызвать еще большее неудовольствие Господа, и Англия не получит наследника престола.

– Я хорошо понимаю все это, сир, – ответил Том, – и никто не переживает такой исход тяжелее, чем я.

– Так вам и надо! – бросил ему Гарри. – Мне говорили, что вы работаете против меня, вот и доказательство.

– Ничего подобного! – воскликнул уязвленный Том, желая оправдать себя. – Я старался что было сил, чтобы добиться аннулирования брака. Вашей милости это известно. Мои враги оболгали меня.

– Ваши враги открыли мне глаза на правду! – крикнул Гарри. – То, о чем они меня предупреждали, свершилось. Климент в руках у императора, и решение, без сомнения, будет вынесено в пользу королевы. Но я буду бороться. Можете передать моим посланникам в Ватикане, что мое королевское достоинство не позволяет мне явиться по вызову в папский суд, и я уверен, этого не допустят ни мои дворяне, ни прочие подданные. Скажите им, пусть передадут Клименту: если