Невидимая библиотека - Мария Сарагоса

только что приняли на работу в университетскую библиотеку. Она не стала выяснять, кто работал там до нее и откуда взялась вакансия. Чтобы выжить, лучше было не задавать вопросов. Вева носила форму Женского подразделения, и мы решили, что она магически действует на окружающих. Она могла вернуться к своему размашистому, почти мужскому шагу, и никто не обращал на это внимания. Судить члена Женского подразделения могли только другие члены Женского подразделения. Веву все это забавляло, словно игра в переодевания. И то, что я считала строгим постом, для Вевы было карнавалом.

– Ты мало радуешься жизни! Мы – выжившие. Сейчас нам предлагают такую игру, так почему бы не сыграть, – говорила она.

– На наших глазах разрушили все наши свободы, я не понимаю, что тут веселого. Кстати, как поживает твоя сестра, ей ведь пришлось вернуться к бывшему мужу?

– Конечно, это совсем не весело, она с мужем даже не разговаривает, но что выиграешь, сидя с кислой миной? У меня дела получше, чем у сестры. И лучше, чем у тех, кто оказался в тюрьме. И чем у тех, кому пришлось бежать из Испании. Я здесь, у меня есть работа и некоторая независимость…

– Ты не смогла бы работать, если бы отец тебе не разрешил.

– Но он разрешил. Похоже, с годами он стал мягче.

– К старости все мы станем добрее.

– Вот бы уже скорее. Две старушки дружат по-прежнему и наблюдают мир будущего. Как тебе?

– Звучит заманчиво. Но торопиться ни к чему.

– Конечно, нет, глупенькая.

Мы сели на лавочку. Лоточники несмело возвращались на городские улицы. Мадрид золотился в лучах сентябрьского солнца. Перед нами простирался бульвар, столы букинистов ломились от книг, сваленных, казалось, без всякого порядка. Вева развернула газету, мы с волнением принялись проглядывать новости из Европы. Узнали о прибытии последнего поезда с нашими сокровищами. На Северном вокзале собрались все: глава управления изящных искусств, директор музея Прадо, множество членов Службы защиты национального достояния. В толпе выделялся высокий мужчина, чьего лица на фотографии было не разглядеть, но осанка его напомнила мне Графа-Герцога. Вева взглянула на меня и без слов сложила газету пополам.

– Знаешь, что я тебе скажу?

– Что?

– Какой-то дерьмовый у нас двадцатый век.

И она так заразительно расхохоталась, зажимая рот рукой, что я не удержалась и захохотала вслед за ней. Женщины больше не говорили таких слов и не хохотали на улице. Мне нравится думать, что этот смех в темные времена был формой нашего торжества и нашего сопротивления.

Благодарности

Книга не была бы написана без помощи целого ряда замечательных людей, поддерживавших меня в долгом и трудном предприятии. Это:

Мигель Анхель Мательянес, великий невидимый библиотекарь. Элена Контрерас Часель, сразу изъявившая готовность делиться всеми доступными ей знаниями и материалами, отвечавшая на мои бесконечные вопросы о матери и одарившая меня прекрасной дружбой, родившейся одновременно с книгой и ставшей одним из лучших ее плодов. Нурия Гарсиа-Аликс, придавшая моим персонажам жизненности. Мигель Бласко, который, сам того не зная, вдохновил меня на написание важнейшей части романа. Исабель Родригес и Мария Исабель Маркос, открывшие мне двери Школы кардинала Сиснероса. Мариса Медьявилья, выдающийся страж книг. Пилар Эгоскосабаль, простершая передо мной дорогу, вымощенную желтым кирпичом, которая приводила меня в неожиданные места. Хуан Анхель Хуристо, вдохновивший не одно описание Мадрида тридцатых годов. Роса Сан-Сегундо, ободрявшая меня, когда я больше всего в этом нуждалась. Энрике Перес Бойеро, проявивший щедрость, за которую любой благодарности будет мало, и высветивший мне верный путь. Марта Торрес Сантодоминго, подарившая мне один из самых восхитительных моментов моей жизни, многократно отразившийся в этой книге. Бланка Кальво, начавшая прославление, которое я попыталась продолжить на этих страницах. Карлос Гарсиа-Аликс, пожелавший мне удачи, когда я отважилась открыть окно в мрачное время.

Габриэль Гарсиа Маркес в “Осени патриарха” писал, что “ложь удобней сомнений, полезнее любви, долговечнее правды”[135]. Прежде чем перелистнуть последнюю страницу, я хотела бы отметить, что позволяла себе изменять даты и детали исторических событий сообразно требованиям текста, ведь роман должен быть стройным, независимо от вольностей, которые позволяла себе реальная жизнь. Как бы то ни было, я старалась уважительно относиться к людям, участвовавшим в спасении испанских художественных и книжных сокровищ во время гражданской войны, для меня они герои и героини культуры, которые так нужны нам во все времена. Я хотела бы перечислить их всех, рассказать о каждом, но для этого понадобилась бы тысяча книг. И хотя многие сцены романа представляют собой реконструкции, мне хотелось сказать, что эти люди, мужчины и женщины, осуществили грандиозный труд, когда все было против них. Надеюсь, что мой роман пробудит читательское любопытство и поспособствует извлечению их биографий из обиталища невидимок. Пусть эта книга восславит, хотя и запоздало, всех их и каждого по отдельности, пусть восславит тех, кто по-прежнему верит в то, что культура – это надежда. Сохраняя культуру, люди не только сберегают прошлое, но и спасают будущее. Спасибо всем тем, кто когда-либо посвящал этому свои силы.

Примечания

1

Цитата в переводе под ред. Б. А. Кржевского и А. А. Смирнова.

2

Почитаемый в Мадриде образ Девы Марии. – Здесь и далее примеч. перев.

3

17 июля 1936 г. в Испанском Марокко (а 18 июля – и собственно в Испании) начался приведший к гражданской войне мятеж военных, важную роль в котором сыграл будущий диктатор Испании Франсиско Франко.

4

Пака – уменьшительная форма женского имени Франсиска.

5

Испанская фаланга – фашистская партия, созданная осенью 1933 г. Хосе Антонио Примо де Риверой и поддержавшая мятежников в 1936 г. В апреле 1937 г. Франко объявил об объединении фаланги с другими силами в партию “Испанская фаланга традиционалистов и хунт национал-синдикалистского наступления”, которую сам и возглавил.

6

Трагедия 1932 г. испанского поэта и драматурга Федерико Гарсиа Лорки (1898–1936). Премьера состоялась 8 марта 1933 г. в Мадриде.

7

Ф. Гарсиа Лорка был расстрелян в окрестностях Гранады в августе 1936 г., вероятно, местным отделением фаланги или гражданской гвардии.

8

“Черная легенда” – комплекс негативных представлений об испанцах, сложившийся в среде стран – политических противников Испании (Италии, Нидерландах, Англии) ко второй половине XVI в.

9

Сабино Арана Гойри (1865–1903) – баскский политик, основатель и идеолог баскского национализма.

10

Мигель