Что делать, когда ты мёртв. Мифы и ритуалы загробной жизни от Осириса до Христа - Роберт Гарланд

href="ch2-226.xhtml#id207">[226]. Римляне предпочитали для своих покойников дорогой пурпур[227]. Еврейских и мусульманских усопших заворачивают в белый льняной или хлопковый саван без всякой вышивки и кладут прямо в землю. Однако за пределами Израиля труп кладут в простой сосновый гроб. Индусы одевают своих покойников в одежды разных цветов в зависимости от их возраста.

Греки и римляне омывали, помазывали, одевали и укладывали тело на кушетку или кровать, положив голову на подушку, а ноги направив к двери, чтобы подготовить к просмотру скорбящими. Этот ритуал изображен уже на вазах в геометрическом стиле, датируемых VIII веком до н. э. Вокруг головы и под подбородком повязывали ремень, чтобы предотвратить неблаговидное отвисание челюсти. Иногда между губ клали мелкую монету в качестве платы лодочнику Харону[228] за путешествие в один конец – в Аид через реку Стикс. На голову могли положить венок[229]. Зажигали факелы, воскуривали благовония, а вокруг трупа рассыпали цветы. Греки называли такое возложение тела протесис (лат. collocatio)[230]. Ритуал проходил в главной комнате дома, в то время как богатые римляне выбирали внутренний двор в центре усадьбы, который назывался атриум. Как только покойник был готов к просмотру, друзья и родственники приходили выразить ему последние почести[231]. Они окружали тело, обходили его, стояли или опускались на колени, некоторые простирали в сторону трупа руки, другие прикасались к нему или гладили. Они пели погребальные песни, посыпали волосы грязью или пеплом, рвали одежду, царапали ногтями щеки и били себя в грудь.

Чрезмерное проявление скорби подлежало регламентированию. Еврейская Библия прямо запрещает израильтянам заниматься членовредительством[232]. Тексты из Угарита, ныне Рас-Шамра на севере Сирии, свидетельствуют о том, что ханаанеи предавались в своем поведении не меньшим крайностям[233]. Римские Законы двенадцати таблиц запрещали женщинам раздирать щеки или издавать истошный горестный вопль (ок. 450 г. до н. э.)[234]. Если они не выполняли требования, их отдавали в совет цензоров[235]. Но как можно контролировать человеческие эмоции? Можно ли было игнорировать спонтанные вспышки горевания, если те не были заведомо направлены на привлечение внимания? Если да, то как их отделяли о тех, что считались уже чрезмерными?[236]

Именно для того, чтобы предотвратить чрезмерные женские причитания, Сократ, человек большой выдержки, велел женщинам и детям покинуть его тюремную камеру, после чего выпил роковую чашу цикуты[237]. Мне вспоминается один друг, который в шестнадцать лет, когда ему сообщили о смерти отца, начал плакать, на что ему резко сказали: «Будь мужчиной». Однако мало что указывает на то, что в прошлом мужчины были сдержаннее женщин, когда дело касалось скорби. Согласно книге Бытия, Иаков, полагая, что его сын Иосиф был убит диким зверем, разорвал свои одежды, надел мешковину, отказался от всех утешений и объявил: «Я сойду в Шеол [иудейское царство мертвых], к моему сыну, в трауре»[238], [239]. Означает ли это, что он останется в трауре до конца своих дней или что он намерен совершить ритуальный спуск в подземный мир?[240], [241] Когда Ахилл узнал о смерти Патрокла, его горе не утихало несколько дней[242]. Оно лишило его человечности, подчинив все жажде мести, и ужасные последствия этого горя определяют содержание последних семи книг «Илиады». Александр Македонский подражал Ахиллу в крайности своего горя из-за потери Гефестиона[243]. Император Калигула так расстроился из-за смерти своей сестры Друзиллы, что объявил смех, купание или ужин в компании родителей, жены или детей преступлениями, карающимися смертью[244]. Император Адриан «плакал подобно женщине», когда утонул его фаворит Антиной[245]. При этом Корнелия – мать Тиберия и Гая Гракхов, восходящих политических звезд, которые были убиты в 133 г. до н. э. и 121 г. до н. э. соответственно, – напротив, проявляла так мало эмоций, что некоторые стали подозревать, что она сошла с ума[246]. Сатирик Лукиан (ок. 120–180 гг. н. э.), высмеивавший любые похоронные обычаи, заявлял: «Живые более жалки, чем сам покойник: они катаются по земле и бьются о нее головой, в то время как мертвец, спокойный, красивый, украшенный изысканным венком, лежит, возвышаясь, словно наряженный для торжественного шествия»[247].

Аттический кратер в геометрическом стиле, изображающий протесис, т. е. выкладывание тела, ок. 750–735 гг. до н. э. Изображение предоставлено Метрополитен-музеем, Нью-Йорк

В некоторых культурах считается, что чем громче и жалостливее причитания, тем более удовлетворены умершие. Особенно довольны они тогда, когда скорбящие говорят что-то вроде: «Как ты мог оставить меня? Как я буду без тебя? Жизнь потеряла всякий смысл с твоим уходом. Я хочу присоединиться к тебе в смерти». Согласно Гомеру, когда греки оплакивали Патрокла, некоторые, скажем так, использовали Патрокла как повод, потому что их мысли оказывались направлены к их собственным покойным близким[248]. Такой перенос не означает, что их горе было неискренним; просто скорбящие привносили в это событие свое собственное ощущение боли жизни. В основном, сохранившиесядревнегреческие погребальные плачи не богаты религиозным содержанием. Они прежде всего выражают скорбь[249].

Сын индуса обязан обмыть и искупать тело своего отца или матери, которое затем кладут на землю, усыпают цветами и помазывают сандаловой пастой, готовясь к мухагни – церемонии кремации. Традиционно в этой церемонии участвовали только мужчины, но сегодня женщинам тоже разрешено принимать в ней участие. Скорбящие обходят тело по часовой стрелке. Мишна́ предписывает еврейским скорбящим «вынуть матрас из-под тела и положить его на (прохладный) песок, чтобы оно сохранилось»[250]. Мусульмане обязаны омывать покойного трижды. Затем его укладывают, положив левую руку на грудь, а правую – поверх левой, и накрывают кафаном (саваном), обвязанным веревками.

В случае жестокого убийства труп скрывают от посторонних глаз. Тело Юлия Цезаря, изрешеченное ранами, было прикрыто, пока Марк Антоний внезапно не обнажил его для драматического эффекта[251]. Труп убитого ливийского диктатора Муаммара Каддафи был спрятан в коммерческую морозильную камеру для мяса – с целью уберечь от посторонних глаз.

Кстати, о морозильных камерах: в эпоху до появления холодильников, особенно в жарком климате, от трупов необходимо было избавляться как можно скорее. После смерти Патрокла Ахилл наглядно описывает, что произойдет с телом его друга, когда он вернется на поле боя, чтобы отомстить за его смерть[252]: «В раны войдут мухи […] и расплодятся черви, и осквернят его тело […] и вся плоть его сгниет». На что его мать, богиня Фетида, отвечает[253]: «Я отгоню от него дикие стаи мух, что питаются людьми,