Тула – проклятие Гудериана - Анатолий Алексеевич Матвеев

И, повернувшись к говорившему и ткнув пальцем ему в грудь, резко воскликнул:

– Вы лично проследите, чтобы красноармейца накормили, сводили в баню и переодели! Вечером доложите! Лично мне!

Повернулся и посмотрел на солдата, тот улыбался.

Жаворонков, собираясь уходить, повторил, тряся пальцем перед носом управленца:

– Доложите мне лично!

Лицо управленца сникло. Но он спросил в надежде, что его освободят от этого унизительного и оттого неприятного дела:

– А потом что?

– Отведёте в рабочий полк, там обстрелянные люди нужны!

Управленец молчал, опустив голову, словно боялся, что и его пошлют на передовую, в рабочий полк.

7

Управленец шёл чуть впереди, Иван за ним, стараясь не отставать. В бане, приятно пахнувшей в нос Ивана парком и берёзовым веником, сопровождающий, подняв палец вверх перед заведующим баней и кивая на Ивана, важно сказал:

– Первый сам приказал помыть и переодеть.

Глаза заведующего, до этого колючие, разлились тёплым светом, словно ему поручили важное государственное задание, от выполнения которого зависит его судьба.

Переодетый после бани во всё новое – телогрейку, ватные штаны и сапоги, почувствовав себя человеком, Иван оказался в столовой. Что его поразило больше всего – это белые блестящие фаянсовые тарелки с зелёной по краю надписью «Общепит».

Щи были отменные, даже сметанка плавала сверху. Макароны с котлетой и стакан компота повеселили и желудок, и душу. Управившись с обедом, Иван, стесняясь, но на всякий случай положил в карман два куска хлеба, думая про себя: пригодится, – неизвестно, когда ещё покормят. И, поблагодарив женщин-поварих, стоял и ждал у выхода куда-то запропастившегося провожающего, очень хотелось покурить, но спросить не у кого.

Тот, неожиданно вернувшись, повёл от центра к окраинным улочкам, и в каком-то каменном здании поднялись наверх. Майор стоял у окна и смотрел вдаль, повернувшись на звук открываемой двери, спросил:

– Кто такие?

Иван опешил, узнав своего командира, майора Кравченко.

– Вот, – порученец кивнул на Ивана, – Жаворонков приказал определить в рабочий полк.

Майор, глядя на Ивана, улыбнулся и спросил:

– Давно идёшь?

– Как от Болхова отступили, я малость потерялся, пришёл в Белёв, а там немцы.

– Значит, в Болхове был.

– Был, – поддакнул Иван.

– Это хорошо, ступай в рабочий полк, в третий батальон, скажи, я приказал. И пусть обязательно покормят.

Помолчал и добавил, грозя пальцем:

– Обязательно накормят!

А потом, словно опомнившись, подозвал кого-то из штабных и сказал, кивая на Ивана:

– Проводи и прикажи, чтобы накормили.

Хотел Иван сказать, что уже пообедал, но решил, что лишняя пайка солдатскому желудку не повредит, поэтому промолчал.

И майор, забыв про них, стал пристально смотреть в окно, потому что там, в Рогожинском посёлке, стоят в обороне его люди, и от них, только от них зависит, войдёт Гудериан в Тулу или отступит несолоно хлебавши.

Управленец, радуясь, что наконец-то освободился от этого порученного ему неприятного дела, заспешил в сторону обкома, чтобы доложить лично, и вздохнуть свободно, и заняться чем-нибудь важным, своим, с чувством выполненного долга. И чтобы не откладывать дело в долгий ящик, постучался к Жаворонкову, протиснулся в кабинет и доложил:

– Всё, отвёл в рабочий полк к майору Кравченко.

И спокойный, что правильно и точно выполнил важное поручение, пошёл по своим делам в свой кабинет. Сел на стул и облокотившись о письменный стол, стал смотреть в окно, на серое, пропитанное дождями небо.

Гудериан

1

Для движения на Тулу требовалась сущая малость – взять Мценск, передать город пехотным дивизиям, прикрыть ими левый фланг и двинуться на север, на Москву.

Но Гудериан понимал сложность создавшегося положения. Сначала надо заменить танковые дивизии пехотными и только после этого двигаться в сторону Тулы. А пехотные дивизии выдвигались слишком медленно, тем более что русская пехота, пусть и с боями, отходила. Несколько хороших ударов – и ничто не помешает быстрому продвижению.

Но авиаразведка доложила о выдвижении небольших танковых сил русских навстречу его авангарду. Маленький городишко Мценск и две танковые бригады русских – разве это преграда для быстрого Гейнца и его танкистов, несущих на своей броне эмблему его корпуса, белую букву «G»?! День, максимум два, и он помчится в сторону Тулы. Пусть штабные злопыхатели подавятся своей завистью.

Авиация уже бомбила танки русских ещё на марше. И что не смогла сделать авиация, третьей танковой дивизии следует только довершить. Чем быстрее она начнёт, тем скорее русские будут раздавлены.

Ежевечерняя сводка о подбитых и восстановленных танках не предвещала ничего особенного. Потери были меньше, чем ожидалось. Гудериан успокоился. Он даже приказал третьей ускорить движение и сломать две эти маленькие занозы.

Но так было 4 октября. А 5 октября всё изменилось. Нет, русских не стало больше, скорее наоборот. Ведь авиация непрерывно штурмовала и бомбила. Просто потери неожиданно возросли. И даже не потери смутили быстрого Гейнца, первый раз за эту кампанию, смутила та медлительность, с которой третья дивизия двигалась вперёд.

Нужно торопить командира. Пусть скорее раздавит эту бригаду. Знал ли он, что половина состава дивизии или в госпиталях, или навечно успокоилась в этой земле? Свежее пополнение уже не обладает духом успеха первого месяца войны, и боевой опыт их пока нулевой. А «старички» дивизии не лезут под пули. Они давно поняли, что сделаны не из стали. Самые лихие, самые отчаянные танкисты, где они? Где? Не их ли кровью полит славный боевой путь его дивизий? Это им он обещал Москву, а сейчас топчется на месте, а они лежат в могилах, разбросанных от границы до Орла.

Он слушал доклад молча, опустив глаза в пол, только губы, вытянутые в ниточку, словно придавили его вечную улыбку. Пехотные дивизии были не в силах остановить отступающие от Брянска русские армии. А как они были нужны в Орле! И когда они раздавят русских и вернутся под его крыло, и вернутся ли, неизвестно. Он думал, что они слишком долго копаются с красными. Так он думал.

Бои под Мценском

1

«№ 325

Директива ставки ВГК № 002517

Заместителю начальника Главного автобронетанкового

управления, командующим войсками Брянского фронта

и Орловского военного округа

О ФОРМИРОВАНИИ И ЗАДАЧАХ 1-го ГВАРДЕЙСКОГО СТРЕЛКОВОГО КОРПУСА

2 октября 1941 г. 05 ч. 20 мин.

Для ликвидации противника, прорвавшегося в районе Глухов, Севск, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Сформировать 1-й гвардейский стрелковый корпус.

2. Командиром 1-го гвардейского стр. корпуса назначить генерал-майора тов. Лелюшенко. Штаб корпуса к вечеру ЗЛО сформировать распоряжением начальника