Битва за Дальний Восток. От противостояния к Антанте - Владимир Виленович Шигин

приносит плоды, и гораздо более, чем ранее, укоренена в национальном сознании». Впрочем, обе стороны слишком хорошо знали друг друга, поэтому прагматизм и боязнь реального военного столкновения друг с другом пока брали верх над реальной конфронтацией.

Именно поэтому на Дальнем Востоке удалось договориться по разграничению строительства железных дорог в Китае. Данное соглашение Лондон и Петербург подписали в апреле 1899 года. Конечно, соглашение было лишь небольшим шагом навстречу друг другу, но все же это был еще один шаг к завершению Большой Игры. Соглашение по железным дорогам реально отдаляло политическое столкновение двух сторон в бассейне Янцзы и в северо-восточных провинциях Цинской империи.

Впрочем, данное соглашение вызвало немало критики в обеих столицах. И там, и тут политические радикалы считали, что их сторона оказалась в проигрыше, и поэтому следует найти хороший повод, чтобы поставить Пекин в свою полную зависимость со всеми займами и концессиями, дав осточертевшему конкуренту «под зад».

* * *

Активность держав вокруг сфер влияния в Китае совпала по времени с подготовкой и началом англо-бурской войны, а также военными реформами, проводившимися лордом Керзоном в Британской Индии. В ответ, как уже говорилось выше, Николай II повелел усилить войска Туркестанского военного округа.

Несмотря на очередные осложнения в российско-английских отношениях, наиболее трезвомыслящие и прозорливые политики как, например, лорд Розбери, продолжали выступать за достижение согласия с Россией, которое позволило бы урегулировать спорные вопросы в Азии.

Эти небольшие позитивные тенденции, пробивавшие себе дорогу в отношениях двух империй, побудили Муравьева к более активным действиям. В июне 1898 года в беседе с послом О’Коннором Муравьев заверил его:

– Российское правительство желало бы иметь в делах Дальнего Востока дружеские отношения с Англией.

– Но вы же мечтаете заполучить концессии в бассейне Янцзы? – отреагировал О’Коннор.

– Россия к концессиям в бассейне Янцзы не стремится! – резко отверг обвинение Муравьев. – Поверьте, я очень желаю, чтобы между нашими странами не было духа антагонизма!

Если российские политики действительно искренне желали установления если не дружбы, то хотя бы ситуации дружеского нейтралитета между державами, то в Лондоне думали совсем иначе.

Именно в это время в Англии начинают новую смертельно опасную для России политическую игру. Дело в том, что раньше при всех обострениях Большой Игры обе стороны никогда не покушались на внутреннее политическое устройство страны-конкурента. Противники враждовали исключительно на внешнем политическом поле. Теперь же англичане демонстративно рушили эту старую джентльменскую традицию, начав действовать самым подлым образом. Увы, но такова суть английской политики, где обман и подлость всегда доминируют над уважением и порядочностью…

Мы уже выше писали о подрывной антироссийской деятельности английского «Общества друзей русской свободы», созданного беглыми революционерами-террористами, и издаваемом ими же журнале «Свободная Россия». Все это было организовано еще в 1895 году. Теперь же данный проект получил финансирование на порядок больше. И общество, и журнал вплотную занялись подготовкой социальной революции в России. Расширяя фронт атаки на Россию, некий «общественный деятель» (а на самом деле профессиональный разведчик и генерал-майор в отставке) Эдвард Казелет создал «Англо-русское литературное общество», где активно привечали русских революционеров-эмигрантов. Через общество интересующие английскую разведку эмигранты снабжались деньгами, причем немалыми. При этом деньгами обеспечивали как старых бунтарей-народовольцев, так и представителей молодых антигосударственных партий – социал-революционеров, социал-демократов и даже еврейский Бунд. Достаточно сказать, что Казелет лично занимался организацией проведения в Лондоне в 1903 году 2-го съезда РСДРП во главе с Плехановым и Лениным и его финансированием. Забегая далеко вперед отметим, что деятельный генерал-майор Казелет будет председательствовать в обществе более тридцати лет до своей кончины в 1923 году…

Удивительно, но откровенно разведывательное и подрывное детище английской разведки «Англо-русское литературное общество» с российской стороны патронировали два великих князя – Георгий и Константин, а Николай II дважды принимал у себя во дворце ее членов. Что это было, политическая слепота или нечто иное?

* * *

Но внутренние козни против России было делом долгоиграющим, а время не ждало. Ситуация на Дальнем Востоке заставляла принимать решение как можно быстрее. Лондону срочно был необходим союзник, так как в одиночку противостоять на Тихом океане сразу нескольким серьезным державам Лондон не мог. Итак, выбор был сделан – союзником должна была стать Япония.

От презрения до восхищения один шаг. Если еще вчера английская печать и писала о Токио в уничижительно-ироничном тоне, то теперь Японии расточались самые возвышенные дифирамбы, вплоть до того, что ее сравнивали с самой Англией времен промышленного переворота. Английские журналисты искали параллели в геополитическом положении двух стран, в особой патриотичности двух народов.

– Мы, островитяне, имеем особый менталитет, который никогда не понять жителям материка! – внушал японскому послу Като Такааки министр иностранных дел лорд Кимберли.

Потомственный самурай из клана Нагоя скалил свои кривые желтые зубы…

Проводив Такааки, Джон Кимберли выразился более откровенно:

– Этим желтомордым обезьянам я не верю ни на йоту! Да, пока они наши потенциальные союзники, но вовсе не из-за любви к нам, а из-за ненависти к России!

Пока в Лондоне усиленно обрабатывали японского посла, английский посол в Токио Эрнест Сатору денно и нощно внушал министру иностранных дел графу Муцу Мунэмицу:

– Англия традиционно держится в стороне от европейской политики и сохраняет неоспоримое первенство на морях. Ваша политика точно такая же, как наша! Именно поэтому мы естественные союзники, у нас обширные общие интересы, которые надо защищать от общего врага.

– Кто же наш общий враг? – прищурил и без того узкие глаза граф Муцу.

– Россия! Именно она постоянная и прямая угроза и вам, и нам! – пафосно провозгласил Сатору.

– Желала бы Япония, чтобы русские получили незамерзающий морской порт в Корее? – продолжал осаду опытный Сатору.

В ответ японец отрицательно повертел головой.

– Вот именно! Мы тоже не желаем этого! Таким образом, общность интересов неизбежно ведет наши страны к естественному союзу, который будет прочнее, чем все когда бы ни было ранее заключенные альянсы!

Слова… Слова… На самом деле во имя нового союзника Лондон не был намерен даже немного подвинуться в Поднебесной, давая там дорогу японским товарам.

Одновременно возрастали и симпатии японцев к Англии. «Общее чувство в Японии таково, что Англия – ее естественный союзник не из-за любви к нам, а из-за ненависти к России», – сообщал один из английских дипломатов из Токио.

А между тем грянуло, причем там, где все менее ожидали, – на юге далекой Африки!

Глава пятая

Начавшаяся в октябре 1899 года англо-бурская война сразу же вызвала огромный резонанс в мире. Негодовала по поводу зверств англичан в Южной Африке практически вся Европа. Но негодовала, как всегда, тихо, в тряпочку…

Реальной помощи Трансваалю и Оранжевой республике так никто и не оказал. Все дружно заявили о своем нейтралитете в конфликте.

На этом фоне резко отличалась позиция России. В наших министерствах