Королевская заноза - Риз Боуэн

Так-то вот. Это не со мной он хотел увидеться поскорее. С Ханни!

Глава 16

Не успел Гасси уйти, как спустилась Ханни. Выглядела она истинным воплощением свежести, красоты и здоровья. Никаких следов похмелья, а ведь она выпила никак не меньше моего.

— Доброе утро, Джорджи! Еще ведь не слишком поздно для завтрака, правда? Я умираю с голоду. Теперь ведь мы можем нормально позавтракать, как принято у вас в Англии, раз этой скотины больше нет?

— Ханни, это совершенно неподходящее слово. Если уж тебе обязательно надо как-то обзывать ее, говори «дубина».

— Что, дубина лучше, чем скотина?

— Вне всякого сомнения. Я скажу миссис Хаггинс, что ты хотела бы позавтракать.

Мы пошли в малый утренний салон, где обычно завтракали, и Ханни набросилась на огромную тарелку бекона, яиц, сосисок, почек — всего того, что включает в себя традиционный английский завтрак, я же лишь отщипнула кусочек тоста с маслом.

— Когда мы опять пойдем на вечеринку? — спросила Ханни, на секунду переставая жевать. — Я так повеселилась! Обожаю музыку и танцы, а коктейли были просто божественны! И мужчины тоже! Такие сексуальные! Когда мы снова увидимся с Дарси? Думаю, он ко мне неровно дышит. Вчера он столько времени провел со мной. Все расспрашивал о доме, о монастыре, о планах на будущее. И не просто из вежливости.

— Тебе не стоит слишком увлекаться Дарси, — сказала я.

— Но он был бы для меня неплохой партией. Он католик. Из хорошей ирландской семьи. Отец был бы счастлив.

— Нет, твой отец вряд ли обрадуется. — Я изо всех сил старалась сохранять спокойствие. — Во-первых, он разорен, во-вторых, Дарси не из тех, кто готов связать себя с одной женщиной. Ты наскучишь ему через неделю.

Признаюсь, в глубине души я не могла не терзаться вопросами: а вдруг Дарси считает принцессу выигрышным билетом, который обеспечит его будущее? Кто знает, не видит ли он себя принцем Баварии с приличным годовым доходом? Дарси явно был из тех, кто умело пользуется обстоятельствами; он не захочет упускать такую добычу, как Ханни. Королева будет в ярости, и не только королева, прошептал мне едва различимый внутренний голос.

— Куда мы пойдем сегодня? — спросила Ханни. — По магазинам? Мне нравятся лондонские магазины. Или перекусим в «Савойе»? Твоя подруга Белинда сказала, что вы встретили Гасси и Лунги за ленчем в «Савойе». Мне бы хотелось туда, где можно хорошо поесть и встретиться с мужчинами.

Я начала склоняться к мысли, что дедуля прав. Скоро ситуация выйдет из-под контроля. Той небольшой суммы, которую выделил Бинки, никак не хватит на вылазки в «Савой», и я не могу рисковать, позволяя Ханни безумствовать в магазинах.

— Ты договорилась с баронессой Роттенмейстер приехать к ленчу на Парк-лейн, — напомнила я ей. — Думаю, сегодня утром нам следует познакомить тебя с британской культурой. Ведь в мои обязанности входит расширять твой кругозор. Я поведу тебя в Британский музей.

— Музей? Но в музеях же одно старье. У нас в Германии полно дурацкого старья. Мне нравятся современные вещи.

— Нельзя исключать, что в будущем ты станешь королевой, — сказала я. — Ты должна знать свою историю. Британский музей. И без разговоров.

— Хорошо, — со вздохом согласилась Ханни.

Я поднялась принять ванну и одеться. Милдред настояла, чтобы я выбрала элегантный наряд и надела нитку жемчуга.

— Я всего лишь иду в музей, Милдред, — запротестовала я.

— Это не имеет значения, мадам. Каждый раз, когда вы выходите из дома, вы представляете свою семью и свое сословие. Все леди, которым я прислуживала, появлялись на публике только тогда, когда выглядели, как подобает настоящим аристократкам. Простые люди ждут этого.

Я вздохнула и позволила ей заняться моей прической. Пусть попытается уложить волосы модной волной.

— Если позволите, миледи, надеюсь, вы не забыли, что я просила полдня свободных по четвергам после полудня.

— Разумеется, — сказала я с облегчением. — Надеюсь, вы хорошо проведете время.

— Непременно, мадам. Я часто хожу на дневные представления.

В костюме и жемчуге я чувствовала себя настоящей сорокалетней матроной. Я вышла из комнаты и постучалась к Ханни.

— Ты готова? — спросила я, открывая дверь.

Ирмгард, как обычно, одарила меня угрюмым взглядом, на лице ее не было никакого выражения. Она убирала платье принцессы в шкаф.

— Принцесса готова? — повторила я вопрос, помогая себе жестами. — Принцесса? Внизу?

— Ja, — кивнула она.

Бедная Ханни. Бьюсь об заклад, это не она выбрала себе такую горничную. Ирмгард, по всей вероятности, давно служила их семье, и ее отправили присматривать за Ханни. И вчера вечером она задала своей подопечной хорошую взбучку. Интересно, возымеет ли это какое-то действие?

Я уже собралась уходить, как вдруг мой взгляд упал на прикроватный столик. Там были какие-то письма и тот странный листок бумаги с надписью С. Р. Только теперь инициалы были сердито перечеркнуты красным.

Я стояла и смотрела на него. Этот свирепо поставленный красным крест был совершенно не в характере Ханни. Никого, чье имя начиналось бы на «си» и «пи», я не знала, но, как бы то ни было, ее личная переписка не мое дело. Я притворила за собой дверь и спустилась вниз.

Поездка по Оксфорд-стрит наверху двухэтажного автобуса привела Ханни в восторг. День был прекрасный: теплый ветерок овевал наши лица, люди на улице выглядели счастливыми, словно вокруг был какой-то праздник.

— «Селфриджес»! — воскликнула Ханни. — Что это?

— Универсальный магазин, как «Хэрродс».

— Когда мы пойдем туда?

— Как-нибудь сходим, — сказала я и решила написать королеве. Надо было выяснить, сколько еще мне придется держать принцессу в узде. Самое время передать поводья кому-то еще.

Когда мы оказались в более спокойном районе Блумсбери и я повела Ханни вверх по ступенькам Британского музея, то почувствовала облегчение. Египетские мумии и римские статуи, без всякого сомнения, интересовали принцессу очень мало, так как она бродила по залам с выражением крайней скуки на лице. Меня так и подмывало уступить соблазну и повести ее куда-нибудь, где было повеселее: в зоопарк или кататься на лодке по Серпентайну.

Мы добрались до коллекции римских драгоценностей.

— Посмотри, Ханни, — сказала я. — Это придется тебе больше по душе. Какие чудесные изумруды.

Я подняла глаза от стеклянной витрины — Ханни нигде не было видно.

Ну и нахалка! Ускользнула от меня. Надо изловить ее, пока еще не слишком поздно. Я торопливо переходила из галереи в галерею, но музей был чересчур велик и бестолково спланирован. Она могла затеряться среди школьников, которые толклись у лестницы, обычного места встречи