Последний чекист - Александр Борисович Кердан

– Все сделаем, Вольдемар. Только приезжай один, без друзей. Сам понимаешь…

«Вот оно “Время Че”!» – Сазонов, слушавший эти переговоры, сразу понял, что речь идет о деле Ракитного и о возможной передаче взятки Лошаденкову. «Наружка» подтвердила, что Лошаденков после разговора с Сафроновым сразу же направился на своей машине в солнцевский райотдел и вышел оттуда с каким-то делом.

Сазонов немедленно доложил эти новости руководству. Виктор Леонардович тут же загорелся:

– Брать с поличным! Всех! Смотри, Миша, не подкачай! – и побежал к генералу Циканову возбуждать уголовное дело. На генерале лежала еще одна ответственная миссия – незамедлительно переговорить с Генеральной прокуратурой: она, по предварительной договоренности, обещала сразу же подключиться к делу, как только УЭК начнет реализацию.

Сазонов вернулся в кабинет, тихо радуясь своей предусмотрительности и чутью. Ведь делом Ракитного он занимался со всем тщанием: лично выезжал в округ, через доверенных лиц негласно ознакомился с уголовным делом и скопировал ту самую аудиокассету, которую Лошаденков впоследствии испортил и сделал непригодной для идентификации. Сазонов близко сошелся с тамошним следователем Вострикиным, который оказался его земляком. Он убедил Вострикина сотрудничать по данному делу. Дал ему прослушать неблагоприятный отзыв о нем его начальника, который говорил, что, мол, следователь молодой, неопытный, мы будем крутить, а он пусть вертится…

– Твой начальник следствия тебя обязательно подставит, – за рюмкой водки убеждал Сазонов земляка. – Он тебя грузит всякими делами, которые ему не интересны, а по нужному делу вожжи отпускает, дело позволяя закрыть. Но это – хорошо, пока – хорошо. А придет час, когда вас за цугундер возьмут, ты окажешься крайним…

Вострикин обещал, когда только потребуется, дать все необходимые показания на Лошаденкова и своего начальника, по приказу которого он действовал. Вкупе с имеющейся аудиозаписью это могло стать весомыми уликами в деле Сатрапа сразу же после реализации.

Сазонов собрал для инструктажа всех, кто будет участвовать в задержании – «наружку», приданных оперов, «тяжелых» и дознавателей, которых тут же разбил на три группы: одна дежурит у дома Сафронова, вторая – ведет Лошаденкова, третья – Янковскую.

Все это он делал словно на автомате, не переставая удивляться: «Совсем Сатрап обнаглел, раньше старался взятки только по пятницам брать. Знал ведь по собственному оперскому опыту, что накануне выходных трудно реализовываться: надо санкцию суда или прокурора получить, сделать кучу телодвижений и до понедельника успеть подготовить документы для ареста задержанных, то есть добровольно лишить себя выходных… А теперь Сатрап всякий страх потерял – назначает встречи со своими подельниками на понедельник и никаких реализаций не ждет! Вот будет ему ужо на орехи… Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить».

К назначенной на понедельник реализации у Сазонова все было готово. Пошел отсчет на считанные часы и минуты до пресловутого «Времени Че».

В восемь тридцать утра «наружка» доложила, что Лошаденков вышел из своего дома на улице Дегунинской с портфелем в руке, сел в свою машину и двинулся в сторону центра.

«Значит, направляется прямо к Сатрапу!» – удовлетворенно подумал Сазонов, который с утра чувствовал себя как на иголках, но старался виду не подавать: еще не хватало, чтобы остальные участники захвата увидели или почувствовали, что инициатор нервничает.

Сазонов набрал телефон начальника службы наружного наблюдения и попросил его включить в третью группу «топтунов» капитана, своего давнего знакомого, и его подчиненных, с которыми ранее работал по делу «оборотней» и которые по его результатам никак не были отмечены:

– Если все сегодня у нас срастется, хоть за дело Сатрапа сможем их поощрить! – так аргументировал он свою необычную просьбу: распределением «топтунов» их начальник занимался лично и никого к этой сфере близко не подпускал.

Но тут он оценил намерение Сазонова:

– Сделаем, Михаил Иванович! Мои ребята поощрениями не избалованы! Хорошо, что вспомнил о них… Особенно старшего отметь! Он – добрый служака!

Группе, под руководством знакомого капитана и «доброго служаки», было поручено вести Янковскую.

– Алексу от Юстаса. Объект вчера встречался с неустановленными лицами у станции метро Бауманская. Им получен пакет серого цвета. После чего объект вернулся к месту проживания на улице Ольховской. С утра из адреса еще не выезжал! – по-свойски доложил капитан.

«Хорошо бы подгадать так, чтобы войти к Сатрапу на плечах Янковской. Пусть Сатрап думает, что она накликала на него беду», – загадал Сазонов. В это время в его кабинет вошел Виктор Леонардович, и Сусликов оказался тут как тут.

Виктор Леонардович выжидательно уставился на Сазонова, не перебивая его разговор с «наружкой», а Сусликов нетерпеливо обрушил на голову подчиненного поток вопросов:

– Ну что, когда реализуемся? Ну, как идут дела? Ну, почему еще не взяли?..

В это время позвонил старший второй группы наружного наблюдения:

– Объект подсадил к себе в машину неизвестное лицо… Следуют в сторону улицы Житной…

Неподалеку от здания МВД дежурила одна из силовых групп, привлеченных к реализации на случай, если Лошаденкова надо будет брать по месту службы.

Сазонов напряженно уставился в лицо Виктора Леонардовича. Тот в свою очередь, воззрился на него:

– Известно, кто подсел в машину? Он к делу какое-то отношение имеет?

– «Наружка» утверждает, что лицо постороннее и к делу отношения не имеет!

– Посторонний в машине! Тогда реализовываться по Лошаденкову нельзя. Это даст возможность ему сразу же перевести все стрелки на другого… И дело в его портфеле, как улика, не сработает, будет утверждать, что его ему подбросили… А нам оно надо?

– Согласен! – кивнул Сазонов. – Да и Лошаденков – не дурак, станем брать его сейчас – открестится тут же: я не я, и лошадь не моя…

– Давай «тяжелым» отбой, Михаил Иванович, и продолжай держать руку на пульсе. Если до Житной пассажир из машины Лошаденкова выйдет, бери его тут же. – Виктор Леонардович вышел из кабинета, а Сусликов остался и стал неотступно наблюдать за тем, что делает Сазонов, кому и как он отвечает, какие и кому указания дает. Это действовало Сазонову на нервы. Он старался не замечать назойливого полковника, но это ему никак не удавалось. Пришлось сдерживаться, чтобы не отправить Сусликова куда подальше.

Сазонов дал «наружке» и силовикам необходимые указания: если Лошаденков попутчика высадит, действовать по ранее намеченному плану. Сообщил одному из дознавателей – молодому, ответственному лейтенанту Дмитрию Шалькову, чтобы тот был в полной готовности немедленно выехать на место задержания.

Практически одновременно зазвонили два телефона. Вторая «наружка» зафиксировала выход Янковской из дома, а старший третьей группы, знакомый капитан доложил, что Лошаденков высадил своего пассажира, не доезжая одного квартала до здания МВД.

– Работаем! Захват! – приказал Сазонов и метнулся в кабинет начальника, чтобы доложить ему о начале реализации. Буквально через минуту он возвратился к себе вместе с Виктором Леонардовичем и стал звонить «тяжелым»:

– Взяли?

– Нет, – ошарашил его своим ответом командир силовиков Алексей Петрович. – От тебя же поступил «отбой»!

– Как «отбой»? Я же дал команду на захват?

Вдруг подал голос полковник Сусликов:

– Это я дал команду «отбой»!

– Зачем, почему?! – в голос вскричали Сазонов с начальником.

– Там же в машине Лошаденкова третий сидел! Нельзя реализовываться при посторонних… – важно объяснил свою инициативу Сусликов.

Ах, эта служебная субординация! Если бы не она, отвесил бы Сазонов леща за такую инициативу, а так он только выругался про себя и севшим голосом спросил у «наружки»:

– Где объект?

– Припарковался у здания МВД на Житной и вошел внутрь…

– С портфелем?

– Не зафиксировали. Микроавтобус с «тяжелыми» загородил объект от нас в этот момент. Простите, пока они корячились с парковкой, объект вошел в здание.

Сазонов сухо обратился к Виктору Леонардовичу:

– Товарищ полковник, разрешите продолжить реализацию? Если Лошаденков выйдет без портфеля, значит, он у него остался в машине. Возьмем его на стоянке. Только у меня к вам просьба большая: сообщите нашему сотруднику в министерстве, чтобы подежурил в холле и подстраховал нас на всякий случай… Мало ли кого из руководителей ведомства микроавтобус с «тяжелыми» заинтересует… Хотелось бы скандала избежать! – при этом он весьма выразительно покосился на Сусликова.

– Хорошо, Михаил Иванович, работай! Ты же – инициатор… – буркнул Виктор Леонардович. – Тебе и ответ за все держать!

Начальник направился к двери, а Сусликов опять решил остаться.

Сазонов выразительно кашлянул. Виктор Леонардович оглянулся и хлопнул себя по лбу, точно вспомнил о чем-то важном:

– А вас, Иван Федорович, попрошу пройти в мой кабинет. Нам есть что с вами обсудить… – Он взял своего