Семнадцатилетний генерал - Александр Николаевич Карпов

Алексей стоял совсем рядом со своей заветной целью. До нее оставалось меньше одного шага. И только его равнодушное отношение, что он сейчас отчетливо понимал, к подозрению Петра на слежку за ними, на то, что кто-то идет по их следу, привело к случившимся с ними неприятностям. Он прекрасно понимал, что их выследили, что за ними наблюдали, что они были мишенью для кого-то.

– Партизаны сказали, что одного застрелили, а второй ушел, – произнес Петр с той интонацией в голосе, будто бы пытался в чем-то разобраться, когда они уже довольно далеко удалились от ивовой рощи. – И этот второй по описанию очень походит на Хряка.

– Точно! – тихим голосом произнес Алексей и остановился. – Это и был Хряк.

Он смотрел в пустоту взглядом человека, кое-что вдруг сообразившего.

– Это Гаврила его на нас навел, – произнес он тихим голосом, подводя итог своим размышлениям. – Точно. Он. Больше некому. И оружием нас снабдил, и патронами, и продуктами. Все сделал для того, чтобы усыпить нашу бдительность. А я дурак и уши развесил. Принял все за чистую монету.

– Чего теперь просто так стоять на месте? – спросил Петр. – Хряк уцелел в схватке с партизанами. Значит, сейчас он должен думать о том, чтобы вернуться сюда снова, только уже с подкреплением. Полицаев у него в подчинении не так уж и много. Следовательно, он немцев призовет. У тех и минометы есть, и пулеметов много, и всего прочего, чтобы в лесу и на болотах стрелять, и выучка другая.

Они встретились глазами. Оба поняли друг друга.

– Бежим сейчас к штабу полиции в сельсовете. Он наверняка сейчас там и оттуда будет начинать действовать. Если так в партизаны не попали по своей глупости, то поквитаемся за все с Хряком и отряду время дадим, чтобы подготовились к встрече с ним, – произнес Алексей, и оба друга направились в определенном ими для себя направлении.

…Прибыв к зданию сельсовета, где размещалось подразделение местной полиции, подчиненное лично Хряку, они незаметно расположились неподалеку в кустах, чтобы наблюдать за происходящими событиями.

– Смотри! – кивнул вперед Петр, указывая Алексею на скорые сборы и суету изменников, выбегавших на улицу и строившихся на небольшой площади перед входом в свой штаб.

Вскоре из него вышел сам Хряк. По его действиям и движениям было понятно, что он тщательно инструктирует своих подчиненных и доводит подробно какую-то информацию до них.

– Я пятнадцать насчитал. Плюс сам Хряк, – произнес Петр и посмотрел в сторону друга.

– А вот и наш приятель Гаврила! – прошипел со злобой Алексей, увидев, как его старый школьный товарищ вышел из-за здания сельсовета, ведя за собой за поводья лошадь, запряженную в телегу.

Глава полиции принялся в это время говорить что-то именно ему. Было видно, что делал он это настойчиво, проговаривая каждое слово, давя на своего подчиненного, глядя на него сверху вниз, с высоты своего роста и едва ли не угрожая ему, что было отчетливо заметно со стороны.

– А он ведь не знает, что мы здесь, – предположил Петр. – Думает, что мы в отряде остались. Значит, о нашей слежке за ним сейчас отсюда даже и не догадывается.

– Тогда надо предупредить партизан и рассказать им все о том, что здесь происходит, – предложил Алексей.

В это время Гаврила, получив от Хряка какие-то указания, сел на телегу и, развернув лошадь, поехал по дороге в сторону, противоположную ивовой роще.

– Он его за подмогой отправил или к немцам, чтоб доложить им обо всем, – толкнул в плечо Петр товарища. – Эта дорога ведет в гарнизон и в райцентр. Значит, Хряк за подкреплением послал Гаврилу. А для скорости лошадь с телегой ему дал, чтобы все быстрее у того вышло.

– А это уже совсем другое положение дел получается, – повернулся к нему Алексей. – Тогда нам не к партизанам надо, а этого гонца перехватить, чтобы он не доехал никуда и никакое подкрепление к Хряку не прибыло.

– Давай быстрее, вставай, – засуетился Петр. – Дорога через брод идет. А это как раз за нами. Тут хода пять минут, если бегом. Может, и опередим его.

Друзья вскочили и побежали в указанном одним из них направлении. Через несколько минут они действительно были у брода через реку и, спрятавшись в кустарнике, начали поджидать Гаврилу. Уже довольно скоро тот появился на дороге. Ничего не подозревающий молодой полицай спокойно ехал на телеге, управляя бегущей рысью лошадью.

– Стой! – выбежал ему наперерез Алексей, наводя на бывшего одноклассника свою винтовку.

То же самое проделал и Петр, только он вышел на цель сбоку, блокируя тем самым возможное направление бегства изменника от них. Увидев стоящих возле дороги друзей с наведенными на него стволами винтовок, Гаврила остановил лошадь и, подняв вытянутые вверх руки, медленно слез с телеги на землю.

– Не стреляйте, братцы! Не стреляйте! Я не по своей воле! – запинаясь и заикаясь, затараторил он, глядя попеременно то на Алексея, то на Петра, внешний вид которых и выражение лиц говорили о серьезности их намерений.

– Ну, тварь! – процедил сквозь зубы первый из них, испытывая лютую злобу и негодование к встреченному на дороге бывшему товарищу и однокласснику по деревенской школе-семилетке.

– Ты же знаешь, что я по принуждению, – залепетал Гаврила, падая на колени перед Алексеем. – Если бы не братья, не племянники, не мать, я бы никогда в полицию не пошел. Но Хряк, сука, заставил. Я же рассказывал тебе. Я не вру! Поверь мне!

Губы его затряслись, лицо покраснело, а из глаз хлынули слезы. Он пополз, стоя на коленях, вперед, протягивая руки в мольбе о пощаде.

– Пощади, Лешка, не стреляй! Пожалей меня, – заикаясь и плача, заговорил он, вплотную придвигаясь к Алексею, выглядевшему крайне решительным.

– Что тебе Хряк велел? Куда послал тебя? Зачем ты поехал? – низким голосом произнес тот, с презрением во взгляде оттолкнув от себя ногой бывшего товарища.

– Он сказал, что нашел партизанский лагерь в лесу, – начал отвечать Гаврила, обращаясь при этом то к одному, то к другому парню. – Сказал, что их мало и мне нужно за подкреплением съездить, так как телефонной связи у него тут нет. А заодно я должен был и немцам сообщить про все. А сам он хотел срочно блокировать тропу на острова на болотах, чтобы партизаны не выскользнули. И хотел дождаться немцев у этой тропы. Это ему сейчас очень-очень нужно. После того как партизаны напали на колонну здешних людей, которую готовили к отправке в Германию, он получил от немцев взыскание. Ему сказали, чтобы