Боги войны 3 - Александр Васильевич Чернобровкин

— Немцы хотят окружить город, идут с юга! Вы должны переехать на Виткову гору и остановить их! — не слезая с коня, выпалил он.

В Праге сложилась забавная ситуация. Замок Вышеград на южной окраине столицы был окружен гуситами. В свою очередь город с севера и запада был по противоположному берегу Влтавы блокирован армией императора Сигизмунда. По слухам, в ней не меньше пятидесяти тысяч крестоносцев. Наверное, посчитали вместе с обозными лошадьми. С месяц назад, воспользовавшись разгильдяйством в армии гуситов, немцы сумели завести в замок большой обоз с продуктами и подкреплением и вывести оттуда несколько сотен лошадей, которых нечем было кормить. Теперь вот подходила вторая армия крестоносцев, которая должна блокировать Прагу с юга и востока. Тогда осаждавшие замок Вышеград сами окажутся осажденными.

Мой язык не поворачивался назвать горой высокий холм километрах в четырех восточнее Праги. В данном случае желаемое выдавали за действительное. С севера склон обрывистый. Возле него было Госпитальное поле, по которому проходила дорога, ведущая с востока к Паржичским и Горным городским воротам. С остальных трех сторон вырыли у подножия ров шириной метра четыре с половиной и глубиной не более трех. Всадник не проедет — и хватит. На восточном и южном склонах возвели деревянные стены высотой метра три с одной башней раза в два выше, выполнявшей роль сторожевой. Возле южной стороны были виноградники, посаженные еще при западно-римском императоре Карле Четвертом, который сделал Прагу своей столицей. За ними была дорога, ведущая к Конским воротам.

На вершине холма оборудовали два прямоугольных земляных редута для артиллерии, откуда можно было вести огонь на все четыре стороны. В одном установили мои пушки. Во втором было сразу несколько видов огнестрельного оружия. Главным калибром считались две короткие кулеврины калибром дюйма четыре на стационарных лафетах и со стволами из железных полос, стянутых обручами, которые чехи называли хоуфницами. Расчет три-четыре человека. Заражаются долго, после остывания. Еще из крупных калибров у гуситов есть бомбарды (мортиры), похожие на кувшин, наклоненный к горизонту, стреляющие по навесной траектории, но их используют только при осаде крепостей. Хоуфницам помогали по две гаковницы и тарасницы со стволами калибром около дюйма. Расчет два человека. Отличие между ними в том, что первые цеплялись гаком (крюком) за стену, борт телеги, а вторые имели не складывающиеся сошки в передней части, из-за чего напоминали мне ручной пулемет. Ручное огнестрельное оружие, имеющееся на батарее в количестве четыре штуки, называлось пищтала (чеш: дудка, свисток), Позже это слово трансформируется в пищаль и пистолет. Это что-то типа самопалов, которые я делал в юности. Стволы, отлитые из бронзы или выкованные из железа, крепили к деревянному ложу, имевшему в задней части загнутую вниз рукоять, за которую держались во время стрельбы, или что-то типа приклада, который зажимали подмышкой. Меткость была соответствующая. Пищтала на короткой дистанции точно испугает лошадь и, может быть, всадника и при стечении нескольких благоприятных факторов нанесет ему ущерб.

За последние десять лет огнестрельное оружие сильно шагнуло вперед. Выводы из Грюнвальдской и Азенкурской битв, а в последней французскую тяжелую конницу сильно проредили английские кулеврины, были сделаны многими. Да, оно все еще фитильное, стволы из стянутых обручами полос железа, порох поганый, стреляют каменными и в редких случаях чугунными, бронзовыми или свинцовыми, скажем так, округлыми предметами разного диаметра, меткость никакая, но, если уж попадают, ущерб наносят впечатляющий. Вдобавок не требуют многих лет для подготовки расчетов. Научить бабахнуть в сторону врага можно за день.

Остальные воины вооружены кто чем: у двоих были охотничьи арбалеты с механизмом «козья нога», явно захваченные у богачей, у кого-то копье, у кого-то цеп для молотьбы снопов, которому на било насунули два-три железных обруча с шипами. Называли их кропачами, потому что напоминали кропила. Говорят, очень хороши против конных бронированных рыцарей. Если шипы не убьют, то било все равно сшибёт с коня, а шлем вминался вместе с черепом, и порой оба разваливались на куски.

Всего защитников Витковой горы было человек семьдесят, включая несколько женщин, которые готовили нам еду. Сказать точно не могу, потому что они, включая стрелков из огнестрельного оружия, без спроса уходили в город или деревни по соседству, а вместо них или вместе с ними, приходили другие. Единого командования не было. Я предложил Ондржею Рогачу возглавить гарнизон горы, но он сослался на приказ Яна Жижки и ускакал. Пришлось мне заняться доводкой укреплений и распределением воинов по позициям с учетом секторов обстрела моими пушками. Картечи без разницы, кого прошить, врага или своего. Подчинялись мне не все. С дисциплиной в гуситской армии примерно такая же ситуация, как в императорской. Каждый хочет показать себя героем, а не четко выполнить приказ.

Наступление началось четырнадцатого июля около четырех часов после полудня. Крестоносцы атаковали двумя колоннами с востока и юга. Впереди скакали рыцари. Первая колонна, заранее растянувшаяся в лаву, перед холмом вынуждена была вернуться к предыдущему построению, но на ширину склона. Второй еще больше повезло — пришлось разделиться и ехать цепочками между рядами виноградника, ориентированных, как обычно, с севера на юг.

Моя батарея встречала восточную колонну. Я подождал, когда уткнутся в ров и остановятся. Не думаю, что наличие на холме защитных сооружений было большим секретом для наших врагов, но, судя по поведению рыцарей, они предполагали, что сейчас быстренько смотаются в окрестности Праги, накрошат обнаглевших крестьян и вернутся в лагерь пировать. Первый залп моих пушек, заряженных картечью, стал для них неприятным сюрпризом. Несколько десятков рыцарей свалилось с лошадей убитыми или тяжелоранеными. Легкораненые и уцелевшие начали разворачивать лошадей, чтобы убраться из-под обстрела. Напирающие сзади не давали сделать это, поэтому второй залп, прогрохотавший минуты через три, завалил еще больше. Следующие два окончательно убедили крестоносцев, что лучше не соваться на Виткову гору с этой стороны. Оставив у подножия холма сотни три убитых и раненых, доблестные рыцари ускакали на безопасное расстояние. Я не стал тратить на них дорогие чугунные ядра, покрытые сверху свинцом, чтобы не обдирали ствол орудия. Пригодятся в тех случаях, когда их можно будет найти и позже использовать повторно.

— Перекатить пушки на южную сторону редута! — приказал я своим артиллеристам.

Южная колонна тоже напоролась на ров и застопорилась. По ней вели огонь из всех видов огнестрельного оружия, что не помешало спешившимся рыцарям добраться до башни. Грохот сильно пугал лошадей, а вот урон был