По следам повелителя бурь - Георгий Кан

У Савика снова перед глазами появилась красная сетка. Он спрятал голову под подушку и попытался заснуть. Когда открыл глаза, на улице стемнело. Как тут это быстро. А где Гагик? На соседней койке его не было.

Савику некуда было деваться от своих мыслей. Он встал, включил свет и увидел на столе кусочек картона. Прочитал: «Лазарева Екатерина Леонидовна, кандидат технических наук, начальник лаборатории». Телефон, адрес. Опять новая подруга. Гагик притащил его сюда, бросил в этом бараке, а сам пошел развлекаться. Нет, сейчас он пойдет и скажет этому кобелю, что хочет домой.

Савик вышел в коридор барака и постучал в соседнюю дверь. Несмотря на позднее время там слышались голоса.

– О, жилец, заходи, – обрадовался пьяненький хозяин. – Ребята, это… тебя как зовут? Короче, мой жилец.

Компания за столом примолкла. Потом прозвучало:

– Садись, братан, держи стакан. – Сильно подвыпивший мужчина в майке протянул Савику водку.

– Я не буду, – ответил он.

– Ты больной, что ли? Тебе люди предлагают, чего ведешь себя, как чушок?

Савик почувствовал, что в глазах покраснело. Он подошел к столу, взял грязную вилку и воткнул ее в бицепс мужика. Тот тупо посмотрел на свою руку, потом упал на стул и заорал во весь голос. В комнате все замерли. Савик схватил хозяина за рубашку и выволок в коридор. Вытащил из кармана визитную карточку, протянул ему и спросил: «Где?»

Тот проводил своего жильца до улицы Научной. Потом заискивающе спросил: «Ну, я пойду?» Савик ничего не ответил и пошел к указанному дому. Арендодатель развернулся и побежал.

Савик поднялся на второй этаж и позвонил в восьмую квартиру. Никто не ответил. Он нажал на ручку, дверь открылась. Горел свет. Савик почувствовал знакомый запах. Он зашел в комнату и увидел лежащего на полу Гагика, а рядом в кресле женщину. Он не ошибся, это был так хорошо знакомый ему запах свежей крови. Трупы его не удивили. Гагик всю жизнь этого выпрашивал. Ну и что, лежат тихо, как два заколотых кабанчика. На журнальном столике стояла бутылка с остатками коньяка, рюмки и бутылка с водой. Он взял минералку, понюхал и жадно выпил. Потом прошелся по комнате, увидел на серванте за стеклом пузатую коробочку. Открыл, там была какая-то стекляшка, сунул в карман. Прошел на кухню, хотелось есть. Вынул из холодильника колбасу, откусил, положил в лежащий на столе пакет с хлебом. Туда же засунул сыр и какие-то банки. Когда выходил, подобрал на полу длинный нож с деревянной ручкой.

На улице в голове немного прояснилось. Почувствовал, что ему очень холодно. Напротив светились окна одноэтажного здания с высокой трубой. Он потихоньку вошел в приоткрытую дверь. Внутри было тепло, и слышалось гудение. По коридору слева за углом увидел котельную и мужика, уставившегося на большой циферблат. Справа в темной комнатке валялся какой-то хлам. Савик зашел, сел в углу на кучу ветоши, укрылся мешковиной и заснул.

Он просыпался несколько раз, слышал голоса людей. Ел из пакета и снова засыпал. В голове стучала одна мысль: надо вернуться домой, в Лабинск. Там тепло и все знакомые. Возвращаться в барак не хотелось. Нужно пробираться в аэропорт. Нужно на самолет.

В следующую ночь он вышел на улицу. Пошел по безлюдному городу на гул авиационных двигателей. Через пять километров подошел к ограде аэродрома. Долго шел вдоль забора, пока не увидел дырку в рабице. Далеко у аэровокзала стоял маленький самолет. Меньше того, на котором они прилетели. Когда подкрался, то увидел, что самолет закрыт. Подошел к колесам. То, что шасси складываются, а снизу закрываются створками, он видел в кино. А что, если залезть по этой железной ноге и прижаться к ней спереди? Когда она сложится и закроются створки, можно будет лежать на спине и лететь. Савику так понравилась эта мысль, что он даже забыл про сентябрьскую прохладу. Ну и черт с ними: и с холодом, и с этим страшным городом, и с этим предателем Гагиком.

Откуда Савик мог знать, что у Ан-24 стойки шасси складываются вперед?

Опять среди сентябрьской хмари выглянуло солнышко. Ни ветерка, ни облачка. Авиаторы в шутку называют такую видимость сто на сто. Якобы в любую сторону видно на сто километров. Рейс на Якутск вылетал в восемь. Провожающие наблюдали за взлетом, стоя у панорамного окна зала ожидания. Две тысячи восемьсот метров взлетно-посадочной полосы рассчитаны на прием от Ту-154 до любого «боинга». Поэтому если самолеты местной авиации взлетали с начала ВПП, то уже над её серединой они были в воздухе. Когда якутский борт Ан-24 пролетал мимо зала ожидания, от гондолы правого шасси отделилась человеческая фигурка и упала на бетон.

Оперативная группа обнаружила в одежде человека, выпавшего из самолета, паспорт на имя Савикова Матвея Анатольевича, жителя города Лабинска Краснодарского края, а также коробочку, с прозрачным темно-синим камнем. В пакете, валяющемся рядом, были две банки кильки в томате и охотничий нож со следами, похожими на кровь. Еще через два часа эксперт-криминалист Илья Игнатьев доложил Скворцову, что отпечатки пальцев погибшего идентичны отпечаткам, найденным в квартире на Научной. Также на лезвии ножа и на рукоятке были обнаружены еще одни отпечатки, принадлежащие неизвестному лицу.

Участковым Лебедевым был опрошен хозяин комнаты, где жили Гагик и Савик. Накануне рыжий ударил вилкой его собутыльника, который утром обратился в травмпункт. Оттуда информация пришла в дежурную часть. Хозяин комнаты также показал, что по требованию Савикова вынужден был проводить его до улицы Научной.

Через сутки медицинская экспертиза подтвердила: следы крови на ноже совпадают с кровью Гагика и Лазаревой. Бутенко показал, что найденный на теле погибшего алмаз – именно тот, который он подарил Лазаревой. Формально основания для прекращения уголовного дела в связи со смертью подозреваемого были. Об этом Кочкин и сказал сидящим у него в кабинете Скворцову и Владу.

– Он прилетел сюда вместе с Гагиком. Давид Ионесян опознал в погибшем друга своего племянника. Мне только непонятен мотив Савикова. Почему он пошел на убийство товарища? – спросил Влад.

Скворцов свирепо уставился на него и прошипел:

– Чего тебе непонятно? Личная неприязнь. К тому же он псих, наверное. Человека вилкой ударил. Хозяина в заложники взял, заставил дом Лазаревой показывать.

– Вот-вот. У меня тоже такого рода сомнения закрадываются, – вставил Кочкин.

– Хорошо, будем ждать медсправку с места жительства Савикова, геммологический анализ этого Глаза стрекозы, а также, когда в Город Пугачева с Киркоровым прилетят. Или