Цвета истины - Кристин Ханна

– Прекрасная мысль. И время займет, и самооценку повысит… – Вайнона запнулась, покачала головой. – Нет, Виви, ты же не думаешь…

– Это было бы идеально. Он мог бы вычистить причал. Восемь часов в день, пять дней в неделю. И платить ему можешь за объем выполненной работы. Если будешь платить по часам, то разоришься, а причал так и останется грязным.

– Мне что, ему еще и платить?

– Ну, бесплатно-то он вряд ли будет работать. А ты богатая.

– Подумай хорошенько, Виви-Энн, – сказала Вайнона, понизив голос. – Я что-то не уверена…

– Скажи ей, что ты меня боишься, тетя Вайнона! – выкрикнул Ноа. – Скажи ей, что я, по-твоему, опасен!

– Прекрати, Ноа, – одернула сына Виви-Энн, – Вайнона тебя точно не боится. – И посмотрела на Вайнону: – Мне правда нужна твоя помощь. Ты так хорошо решаешь все проблемы. Аврора считает, что это прекрасная идея.

– Ты эту идею с ней согласовала?

– Она сама предложила.

Вайнона попалась. Если идею одобрила половина семейства, ничего не попишешь.

– Пусть подтянет штаны, я не собираюсь весь день смотреть на его трусы, и голову помоет, прежде чем выйти на работу.

Ноа что-то пробурчал. Непонятно, согласен или нет.

Вайнона подошла к нему. Виви-Энн – за ней.

– Что скажешь насчет восьми долларов за фут?

– Рабам столько платили.

Виви-Энн шутливо шлепнула его по затылку.

– Еще версии будут?

– Согласен, – проворчал он, поглубже засовывая руки в карманы.

Вайнона всерьез испугалась, что джинсы с него свалятся.

Плохая идея с этой работой. От этого парня, как и от его отца, добра не жди. Но выхода нет.

– Хорошо. Он принят. Но если он хоть раз что-то не то сделает – хоть раз, – получишь его обратно, Виви, я вам не нянька.

Виви-Энн посмотрела на Ноа в упор.

– Если ты его выгонишь, он будет участвовать в соревнованиях на ярмарке. Понятно?

Ноа ничего не ответил, но его взгляд пылал подростковой яростью.

Понял он, понял!

Глава двадцатая

ЧТО МНЕ НРАВИТСЯ

Еще один совершенно бесполезный вопрос. Вы что, читаете какое-то древнее руководство для учителей «Как разговорить трудных подростков»? Могу сказать, что мне не нравится. Мне не нравится Ойстер-Шорс, и ребята в моем классе, и вообще школа. Вся эта писанина просто пустая трата времени.

И семейные ужины мне не нравятся. Кстати, вчера мы, как обычно, прекрасно провели время в доме Греев. Тетя Аврора хвасталась, какие у нее идеальные дети. Рики – образцовый студент, а Джейн просто супердевушка. И дед сидит неподвижно, как камень, пока тетя Вайнона тоже заливает про свою гребаную жизнь. Неудивительно, что мама раньше жила на таблетках. Я типа об этом не знаю. Они думают, я идиот. Типа, раз я был маленький, то не замечал, что она раньше все время плакала. Я пытался ей помочь – вот что я в основном и помню из детства. Но она либо отталкивала меня, либо так крепко сжимала, что я не мог дышать. Так что я уже понял, какие у нее глаза, когда она под веществом, и держался подальше. А теперь она притворяется, что все в порядке, потому что в аптечке ничего нет и она никогда не плачет.

А, вспомнил, что еще мне не нравится. Чертов старый причал тети Вайноны. Он покрыт птичьим говном, и кто его должен отчистить? Конечно, я. Видели бы вы, как она на меня смотрит. Как будто я вот-вот сбегу или вообще нападу на нее с ножом. А ведь раньше я ей нравился, это я тоже помню. Когда был маленьким, она читала мне на ночь, если мамы не было, и смотрела со мной диснеевские фильмы. Но теперь она держится подальше и странно косится на меня, когда думает, что я не замечаю. Наверно, она меня боится. Может, это с того раза, когда я разозлился за семейным ужином и швырнул стакан об стену. Это в тот день, когда Эрик-младший сказал, что мой отец – полукровка-убийца. Я ему не поверил и спросил у мамы, когда пришел домой, и она говорила, говорила и так ничего и не сказала.

И всем так интересно, чего это я злюсь. А что мне делать, когда Брайан называет меня тупым индейцем и говорит, что моего отца надо было отправить на электрический стул?

В следующую пятницу погода дразнила их обещанием лета. Бледное солнце играло в прятки с облаками, солнечные лучи то появлялись, то убегали со двора, словно капризный ребенок, и только после полудня окончательно прояснилось.

Вайнона драила пол на кухне, когда заметила, что погода изменилась, но продолжила заниматься уборкой, решив, что все равно скоро пойдет дождь. Лишь когда ей стало жарко и на спине выступили капельки пота, она выпрямилась и стянула резиновые перчатки. Если погода и правда наладилась, лучше уж хорошенько вымыть веранду. Солнечными июньскими деньками в ее городке разбрасываться не приходится.

Она переоделась в шорты и свободную длинную майку, завязала волосы в хвост, посмотрела сквозь грязное стекло на улицу. Ноа на причале делал вид, что счищает птичий помет с потрескавшегося деревянного ограждения.

Господи, покойник и то быстрее бы работал.

И штаны свалились так низко, что видно резинку голубых трусов.

Он тут уже пять дней трудится, но прогресса почти не заметно. Каждое утро ровно в девять он появлялся на участке и, ни слова ей не говоря, спускался к причалу. Вайнона не сомневалась, что когда она уезжает в офис, оставляя Ноа одного, он тут же все бросает.

– Толку от этого ноль, – пробормотала она и, хлопнув дверью, пошла на причал, прихватив моток клейкой ленты.

Хватит – значит, хватит. Может, ей и пришлось нанять племянника, не обращая внимания на его неприветливость и грязные волосы, и притворяться, что он работает, но на его чертовы трусы она точно смотреть не намерена.

Во время отлива крутой пандус пружинил под ногами. Спускаясь к причалу, Вайнона крепко держалась за изгаженные птицами перила, отыскивая чистые участки дерева.

– Ноа.

Он так увлекся ничегонеделанием, что вздрогнул, услышав ее голос, и выронил скребок.

– Господи. Зачем так орать?

– Клейкая лента – прекрасное изобретение. Многофункциональное. Ты об этом знал?

Она развернула скотч на длину своей руки, оторвала и аккуратно сложила пополам.

– Я особо о скотче не думаю, но я тебе верю, – сказал Ноа, наклоняясь за скребком. – И если ты не хочешь рассказать мне что-нибудь о… я не знаю, пряже там?.. я, пожалуй, вернусь к работе.

– Мы оба понимаем, что это сплошная показуха. – С этими словами Вайнона протянула ему кусок