Чайный дворец - Элизабет Херман

Индиец снова скользнул по Лене взглядом, но на сей раз – с явно двусмысленным интересом.

– Вы вовсе не жена пастора. Вы шантажировали этого беднягу так же, как пытаетесь шантажировать меня. Что вы предложили ему за проезд?

С этими словами он неожиданно крепко схватил Лене за руку. Она попыталась вырваться, но Амрит оказался сильнее, чем казался. Он притянул девушку к себе, и она ощутила запах его дыхания.

– Мы можем и об этом поговорить, – прохрипел он и прижался своими губами к ее… И в следующую секунду закричал, согнувшись от боли: Лене ударила его коленом между ног, как когда-то научила ее Паула. Потом отошла настолько, насколько позволяла тесная каюта, и, с презрением поправив одежду, посмотрела на мужчину.

Выпрямившись, мистер Амрит сдержанно улыбнулся.

– Простите, миссис Бренни. Это на меня совсем не похоже. Но, признаться, вы меня изрядно спровоцировали.

– Я? – возмущенно воскликнула она. Инстинкты кричали, что следует оставаться начеку. В этот раз ее спасла неожиданность, но лучше, чтобы следующего раза не было.

Мистер Амрит примиряюще поднял руки:

– Простите меня. Я слабый человек и не привык… эмм, к женщинам… особенно таким, как вы.

Он сбился и потянулся к воротничку рубашки, пытаясь его ослабить.

– Это не дает вам права. У меня нет к вам интереса такого рода, мистер Амрит. Я просто хочу добраться до Кантона.

Индиец поспешно и неловко поклонился.

– Я понял вас, миссис Бренни. Простите. Могу ли я, так сказать, дать вам совет?

Лене меньше всего хотела услышать, что еще может сказать торговец опиумом, который только что ясно дал понять, какого мнения о ней.

– О, конечно, – произнесла она с ледяной улыбкой.

– Лучше говорите, что вы вдова. Это вызывает уважение. Иначе, к сожалению, такие недоразумения будут происходить снова и снова.

Под звон стеклянных бус мистер Амрит скрылся в своей каюте. Лене тихо выругалась и захлопнула дверь.

* * *

Следующим утром корабль с первыми лучами солнца встал на якорь в порту Сингапура. Лене надела легкое льняное платье – единственную вещь из гардероба Софи, которую она решила оставить себе. Платье Маргареты осталось в сундуке Софи, здесь оно было ненужным. Вернер уже стоял на причале с небольшим багажом, его и мистера Хаббарда окружали маленькие попрошайки.

Воды порта пересекали сотни джонок с навесами, напоминающими палатки, они были похожи на плавучие хижины. На суше повсюду поднимался дым, наполняя влажный воздух ароматами древесного угля и жареного мяса. Везде царила суета. Рабочие в широкополых шляпах, из-под которых торчали длинные косички, в просторных куртках, а то и вовсе полуобнаженные тянули за собой тележки, груженные самыми разными товарами. Мелькали мужчины в ярких тюрбанах и одеждах, которые вроде бы назывались саронгами – о них Лене читала, – было также множество европейцев в белом.

Раздался свисток, и рабочие бросились к погрузочной рампе. Пока Лене спускалась по сходням, судно уже с рвением принялись разгружать.

Вернер подошел к ней и протянул руку, помогая преодолеть последние крутые ступени. Стоило Лене оказаться на причале, как перед глазами все закружилось.

– Это быстро пройдет, – успокаивающе сказал Вернер, взглянув на ее побледневшее лицо. – Надо просто привыкнуть снова стоять на земле, которая не качается.

– Да, – коротко ответила Лене, убирая руку и оглядываясь по сторонам. Мистера Амрита нигде не было видно.

К ним подошел ливерпулец и протянул огромную руку для рукопожатия.

– God be wy ye[44], – торжественно произнес он. – Да будут благословенны ваши пути. Я направляюсь прямиком в миссию, чтобы представить свои планы установки моделей. – Мистер Хаббард указал на холм, возвышающийся над западной частью порта. На вершине стояло вытянутое здание, которое на первый взгляд казалось лишь крышей с высоким фронтоном. Его глаза искрились энтузиазмом, на пухлых щеках проступил здоровый румянец. Впрочем, морская болезнь изрядно сократила его некогда внушительный вес.

– Удачи, – сердечно улыбнулась Лене. Мистер Хаббард был довольно приятным человеком, когда не свешивался за борт с позеленевшим лицом.

– А вы? – обратился он к Вернеру.

– Меня встретят, – последовал краткий ответ.

Мистер Хаббард дружелюбно кивнул им обоим и удалился. Два жилистых грузчика с кофейно-коричневой кожей, оба в остроконечных шляпах, подняли его багаж в коляску рикши. Лене смотрела ливерпульцу вслед, пока не потеряла из виду его темный цилиндр.

Ее нетерпение росло. Полдюжины деревянных ящиков и чемоданов, богато украшенных латунными накладками и яркими орнаментами, ожидали на причале своего владельца. Что же так задержало Амрита на борту?

– Кажется, вот и они.

Сквозь толпу пробиралась повозка с высокими колесами. Внутри сидели двое мужчин-европейцев, что легко было определить по светлым бакенбардам и белым костюмам. Повозку тащил сильный молодой парень, чья кожа блестела от пота. Остановившись, он помог пассажирам выйти и тут же начал загружать багаж Вернера. Мужчины тем временем с сияющими лицами подошли к пастору и сняли шляпы.

– Господин Бреннике! Наконец-то! Я – Людвиг Ангермюллер, легационный советник миссии, а это господин Цейссиг, торговый консул. Как прошла ваша поездка?

Вернер вежливо пожал им руки.

– Спасибо.

Они перевели взгляды на Лене.

– А это ваша уважаемая супруга?

– Нет. Это Лене Воскамп, она тоже из Германии.

Лене сделала реверанс. Было странно снова слышать свое имя от других, особенно от Вернера. Тем самым он словно давал понять, что между ними все конечно – раз и навсегда. Лене захотелось расплакаться, но она заставила себя оставаться спокойной: расправила плечи и непринужденно включилась в разговор.

– Моя жена… Софи… – Вернер опустил взгляд. – Она умерла в Лондоне от заражения крови незадолго до отплытия.

Ангермюллер снял шляпу.

– Примите наши искренние соболезнования. – Лицо советника выражало глубокое сочувствие. – Это, должно быть, стало для вас ужасным потрясением.

Вернер кивнул.

– В Лондоне у меня не было времени сообщить семье. Это первое, что я должен сделать.

– Конечно! Наше конторское помещение всегда к вашим услугам.

Тем временем багаж был загружен, и Лене с нетерпением ждала прощания, чтобы оставить историю с Вернером позади.

– Ах, кстати, – Вернер вдруг приложил руку ко лбу, как будто вспомнил что-то. – Во время обрушившегося на нас шторма госпожа Воскамп потеряла свои документы. Как ей быть?

Сердце забилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Ей хотелось броситься Вернеру на шею за неожиданную помощь.

Ангермюллер оглядел ее с легкой смесью скепсиса и доброжелательности.

– Откуда вы родом, фрейлейн?

– Из Хогстерварда, – ответила Лене и, осознав, какую глупую ошибку только что совершила, добавила: – Это во Фрисландии.

На лбу Ангермюллера появились морщины сожаления.

– Там же теперь Королевство Ганновер, не так