Чайный дворец - Элизабет Херман

– Да, – просто сказал Роберт, отходя в сторону.

– Ты говоришь по-китайски?

– На мандарине, пиджине и кантонском диалекте.

– И был уже… за городом?

– Не раз.

– И разбираешься в чае?

– Я по крайней мере знаю, как выглядят чайные кусты.

Взгляд Роберта был честным и открытым. Он мог ограбить ее в этом переулке или даже убить, но вместо этого защитил.

– Так почему ты… – Лене не договорила, но Роберт понял, что она имеет в виду.

– Я на мели, – спокойно признался он. – У тебя есть сокровище. Ты не знаешь, что с ним делать, а я знаю, но у меня такой монеты нет. – Улыбка скользнула по его лицу, сделав на годы моложе. – Думаю, мы прекрасно подходим друг другу. – Он поднял руки. – Не в физическом смысле, конечно. Для меня ты слишком маленькая и худенькая. Я предпочитаю настоящих женщин.

– Вот как, – раздраженно ответила Лене. Почему это задело ее? Разве она не настоящая женщина?

– Нам нужно убираться отсюда. Этот торговец опиумом вот-вот откроет на тебя охоту. Ну так что?

Лене глубоко вздохнула.

– Да, ты прав. Нам нужно убираться отсюда.

Дикие хризантемы

Порт Кантона не был предназначен для больших судов – те вынуждены были бросать якорь в устье Вампоа. Императорский флот стоял еще дальше, как вскоре узнала Лене. Но тем не менее порт был оживленным местом торговли, огромным рынком на воде. Большие и маленькие лодки служили для короткого сна, готовки и заключения сделок. Они теснились так плотно, что между ними едва ли оставалось пространство, и казалось, можно было, не замочив ноги, перейти с одного берега Жемчужной реки на другой. Тут были своеобразные водные улицы – узкие проходы, по которым медленно проплывали джонки. Везде царила суета: женщины стирали белье, мужчины чинили сети, скоблили и красили борта, стучали молотками, все кричали, смеялись. На носах многих лодок были нарисованы огромные глаза: предполагалось, что они смогут высмотреть пиратов и рифы, предостерегут от бурь. На берегу дети играли среди корзин с рыбой и крабами, поденщики, предсказатели, продавцы фонарей и фокусники предлагали свои услуги, и хотя был день, в воздухе раздавался треск и рассыпались огни фейерверков.

Лене следовала за Робертом, который с уверенностью вел ее через лабиринт развешанных сетей, хаотично построенных деревянных лачуг и дымящих кухонь. Когда к нему обращались, он отвечал по-китайски. «Ши» означало «да», «мэйоу» – «нет». Или наоборот, ведь кивок у китайцев, как поняла Лене, не означал согласие. Это сбивало с толку. Со всех сторон слышались приветствия и шутки. Роберт был хорошо известен, по крайней мере среди тех, кто имел дело с иностранцами в Фан Ци Тауне.

Наконец впереди показались склады британской фактории, и вскоре они стояли перед скромной дверью на втором этаже довольно дряхлого строеньица.

Тесная комната была обставлена лишь самым необходимым: шаткий стол, один стул, узкая кровать. Очень просто и изрядно потрепано.

– Зато дешево, – сказал Роберт, словно читая ее мысли. Он поднял руки в извиняющемся жесте. – Но я прихожу сюда только спать. Не переживай по этому поводу, – быстро сказал он, разглаживая скомканное пятнистое покрывало. – Я могу лечь и на полу.

– С чего тебе вообще пришла в голову такая мысль? – спросила Лене. У нее при себе был маленький ножик, но судьбу испытывать не хотелось. – Я не собираюсь здесь оставаться. Мне нужно уйти.

– Что ж, тогда нам следует отправиться в путь с наступлением темноты. Я соберу свои вещи. У тебя все с собой?

Лене промолчала – глупый вопрос. События бесконечного дня накатывали на нее волной. Только утром она сошла с корабля Амрита, и вот уже замаячил последний этап ее путешествия. Но ей следует быть осторожной. Нельзя полагаться только на слова Роберта. И тот уверенный оптимизм, с которым он собирал свои пожитки, должен был иметь какой-то веский повод.

– У тебя деньги с собой? И монета? – уточнил он.

Сердце Лене снова учащенно забилось: путь к бегству был отрезан – Роберт стоял прямо у двери, складывая в мешок мятую одежду. Беспокойство Лене не ускользнуло от его внимания.

– Тебе нечего бояться.

– Сказала кошка мыши, прежде чем съесть.

Она подошла к окну. Второй этаж, и довольно высокий. Если прыгнуть, можно переломать ноги. Она услышала, как Роберт подошел сзади.

– Повторю, что только вдвоем мы сможем чего-то добиться.

Лене повернулась к нему, и он посторонился, освобождая ей путь.

– Ну?

– Сначала я хочу узнать условия.

Роберт кивнул.

– Я приведу тебя к Ма И, а ты представишь меня ему.

– Это все? – удивилась Лене. – Зачем тебе нужно попасть к нему, если ты не собираешься покупать чай?

Роберт задумчиво потер подбородок. Похоже, он все еще сомневался, может ли ей доверять.

– Мне нужны чайные кусты, – сказал он после молчания. – Или семена.

– Чайные кусты? – переспросила Лене, сбитая с толку. – Зачем? В Англии слишком холодно, к тому же они погибнут еще на корабле.

– Я не собираюсь везти их в Англию, – ответил Роберт, бросил мешок на кровать и подошел ближе к ней; его глаза загорелись. – Я думал об Индии. Там идеальные климатические условия. Некоторые уже пытались вырастить чай из украденных растений, но им не хватает знаний о том, как их культивировать. Я ботаник-садовник и многое повидал, но настоящую чайную плантацию видел лишь несколько раз за все эти годы. Близко подбираться опасно. Но только представь: можно было бы создать чайную плантацию за пределами Китая! Монополия рухнет, и мир наконец получит столько чая, сколько ему нужно! Чай перестанет быть роскошью для богатых, каждый сможет его себе позволить.

Роберт сел на кровать, прислонился к стене и мечтательно уставился в потолок.

– Ассам идеально подойдет. Я был в Индии в прошлом году и все изучил. В Калькутте уже ведутся исследования по выведению новых сортов, а землю там можно купить почти даром. Да и рабочих рук предостаточно.

– Подожди, ты хочешь заполучить чайные кусты? Украсть их? Тебе никто их не даст!

Роберт оторвал взгляд от потолка и посмотрел на нее.

– Я хочу создать нечто, что сохранится в будущем. То, что будет значимо не только для меня, но и для следующих поколений. Вы, мелочные торговцы, этого не понимаете. Вы покупаете чай по тем ценам, какие вам диктуют. Надеетесь, что он прибудет в порт и вы получите свою прибыль. Вами движет лишь жажда выгоды. А я думаю на десятилетия вперед, Бренни. Я хочу работать на своей собственной плантации, выращивать и продавать чай, который смогут