Византийская ночь. Славяне во Фракии - Василий Георгиевич Колташов

– Это не я виноват! Там нет засады, – прошептал мальчик со страхом. – Там дальше, – он указал тонким грязным пальчиком немного влево, едва справляясь с волнением, – за деревьями обрыв, а внизу ровное место. Бывает, пастухи ночуют там, но засады нет.

– Говоришь, нет засады? Пастухи внизу? – переспросил варвар.

– Не бойтесь, я вас не предавал, – жалобно сказал Амвр. Голос его сорвался, и он, уже плача, закончил: – Тропу никто не знает! Никто!

– Хорошо, я тебе верю, мальчик.

На дороге беззвучно появился Жихарь.

– Что там? – нетерпеливо спросил рыжебородый. – Где Часлав?

– Он остался наблюдать. – Воин стер тыльной стороной ладони пот со лба. – Наша тропа идет над откосом, а внизу пятерка римских пограничников и… – Он на мгновение остановился и вдохнул поглубже. – У них окровавленный человек привязан к дереву, а на огне они кролика пекут. Мы в безопасности, если только не станем шуметь.

– Что за человек? – деловито спросил Рыва.

– Вроде бы наш, – неуверенно ответил разведчик.

– Вперед, мы их атакуем! – мгновенно принял решение рыжий. – Если все так, как ты рассказал, брат, мы их перебьем как баранов. Их точно пятеро? Больше никого нет? Место там открытое?

– Все, как сказал. Место для атаки доброе, – Жихарь, прищурясь, качнул головой. – Только не будет ли это слишком смело? Может быть, лучше нам… До Дуная ведь…

– Нет, там наш соплеменник. – Рыва печально посмотрел вперед. – Хотя, как знать, что разумней будет. – Его задор немного спал. – Осмотримся на месте и решим, недолго ждать. Пошли!

Через несколько минут Амвр зачарованно наблюдал, как рыжий старшина расставлял своих людей на позиции. Дротики и стрелы были приготовлены. Воины расположились полукругом, укрытые зеленой завесой. Внизу у костра сидели трое римских солдат, четвертый дремал в тени у высокого дерева. К его стволу был привязан пленник. Рубаха на нем вся была усыпана багровыми пятнами. По седым усам ото рта и правого глаза текла кровь. Последний воин рубил коротким мечом траву и раскладывал на земле, готовя постель.

«На ночь решили остаться», – сообразил рыжебородый варвар. Он больше не сомневался в допустимости нападения. Если бы солдаты рассчитывали вскоре уйти навстречу своим или устраивали стоянку для большего отряда, атака скифов была бы неразумна. Они раскрыли бы врагу свое присутствие в этих местах. Но Рыва знал, что не рискует. «Это маленький дозорный пост, наверное, из крепости, – сказал он себе. – Римляне не ожидают ни нападение, ни скорой смены».

Малыш потянул ноздрями приятный запах печенного на углях мяса. На деревянный вертел было насажено сразу два кролика. Один из солдат время от времени поворачивал его, давая тушкам пропечься с другой стороны. Амвр с жадностью следил за приготовлением чужой пищи. Он не ощущал прежнего страха. Спокойствие скифов передалось ему, хотя и не лишило его странной внутренней дрожи. Слишком необычным был для ребенка этот момент.

– Начнем? – прошептал Часлав, засевший недалеко от рыжего главаря варваров. Косички на его висках качнулись.

– По сигналу, – холодно ответил Рыва и посмотрел на мальчика, сидевшего рядом. – Прицельтесь и ждите моего знака.

Солдаты собрались у костра. Ложа для ночевки были готовы. Один из воинов отошел помочиться к серой каменной глыбе. Амвр слышал, как струйка мочи римлянина разбивается о землю. Когда воин вернулся к товарищам, странный звук пронесся над лесом.

– Это что, сова? – удивленно спросил пожилой солдат в гладком шлеме со сломанным наносником. – Ты слышал, Никандр?

– Ты думаешь… – Слова другого защитника империи перешли в хрип. Он упал, сжимая на груди острие дротика, прошившего его насквозь. – Это… Это…

Дротики пели в воздухе страшную боевую песню.

«О нет! Они всех их убили! – вдруг понял мальчик. – Всех до одного!» На его глазах пораженные снарядами византийские воины валились на землю один за другим. Потом трое варваров спрыгнули с почти вертикальной возвышенности и мечами и топориками добили солдат. Амвра потрясла быстрота нападения скифов. Он с ужасом на лице посмотрел на рыжебородого старшину. «Но меня-то они отпустят, – сказал он себе, – ведь я просто пастух, я не воюю с ними? Нет!»

– Что там, Жихарь? – крикнул вниз Рыва.

– Все верно, это пограничный пост, – отозвался высокий голос. – Отсюда недурно видна другая тропинка. Они могли подстерегать и нас, только бросили все и собрались пообедать.

– Им немного не повезло, – добавил Часлав. – Тащите сюда мясо!

– Что там с пленником? – поморщился Рыва.

– Ой! – вскрикнул мальчик. Он хлопнул себя по пальцу. – Меня укусил жук. – Голос его снова прозвучал жалобно.

Нервно теребя ветку, малыш потревожил покой зеленого насекомого. Укус оказался слабым. Раны не было. Амвр щелчком сбил букашку с руки.

Рыва погладил ребенка по голове и улыбнулся:

– Хорошо, что он не сделал этого немногим раньше.

– Спустишься к нам? – донеслось снизу.

– Да, сейчас! – ответил рыжий старшина и осторожно пошел по камням, обеими руками держась за длинные ветви кустарника. «Спасибо вам, боги! – думал он. – Спасибо за помощь в этом бою и за мальчика, что знает безопасный для ваших детей путь».

Человек, привязанный к дереву, оказался мертв. Он скончался от ран, нанесенных во время пыток. По одежде скифы опознали в нем сородича. Рыва срезал с головы умершего прядь волос, чтобы потом бросить в огонь для успокоения души. Так требовал обычай.

Амвр не видел этого. Он ждал на заветной тропе вместе с Чаславом, жадно вгрызаясь зубами в жесткий кроличий бок. Живот мальчика урчал, а сам он, казалось, рычал от удовольствия. Варвар с косичками на висках сидел рядом и жевал свою долю мясной добычи.

Возвращающиеся воины едва слышно протяжно пели.

8

В пути Валент повстречал женщину. Согнувшись, она собирала какие-то травы на душистом пригорке. Ласточки кружили над землей, хватая клювами встревоженных насекомых. Их голоса разрезали тишину пустынной в этих местах природы. Лесистые высоты лежали со всех сторон, а следы человека унесло суровое время.

– Доброго дня! – сказал Валент, сходя с проселочной дороги.

– И тебе доброго, путник! – ответила женщина, разогнувшись и показав морщинистое загорелое лицо.

Черные с проседью волосы ее были небрежно собраны в хвост, а синяки под глазами выдавали недостаток сна. Большие печальные глаза ее с интересом смотрели на прохожего.

– Далеко еще до Скодры, добрая женщина? – с почтением спросил незнакомец. – Верное ли я избрал направление?

– До Скодры? О-о, путник, тебе еще много недель предстоит пройти. Иисус и все святые тебе в помощь. Разве отсюда туда можно добраться? Это ведь так далеко! Никогда там не была, – вздохнула женщина, утирая со лба пот.

– Мне