Наследник земли Русской - Дмитрий Валентинович Агалаков

Софья не выдержала – из ее груди вырвался стон, плечи затряслись, горькие слезы вновь брызнули из глаз, горячо покатились по щекам; спрятав лицо в ладонях, она зашлась глухим плачем.

И тут ее плеча коснулись – она обернулась. Над ней стояла Евдокия Дмитриевна, с таким же зареванным лицом. Вдовая великая княжна встала рядом на колени с невесткой, обняла ее, горячо зашептала на ухо:

– Милая, милая моя Софьюшка, крепись, родная… Крепись и молись.

– Да, матушка, – всхлипнув, ответила та, впервые так назвав свекровь.

Сильна была Евдокия Дмитриевна, многое испытавшая, потерявшая любимого мужа, первого сына, все знала о страданиях.

– Богородица Дева, радуйся, – четко произнесла первую строку второй великой христианской молитвы Евдокия Дмитриевна, широко перекрестив себя. – Благодатная Мария, Господь с тобою. Благословенная ты в женах и благословен плод чрева твоего, яко Спаса родила еси душ наших… Спаси сына моего, Василия, убереги его, заступница!

Сила свекрови на мгновения передалась Софье. Она тоже широко осенила себя крестом:

– Матерь Божья, заступница, сохрани моего любимого, верни его в родной дом! Верни его, заступница! – Софья тоже старалась говорить четко, но, обливаясь слезами, не сдерживала рыданий, не могла сдержать. – К нам верни, к нам!..

Глава третья. Битва народов на далекой реке Итиль

1

18 июня 1391 года два войска вытянулись на волжских просторах друг против друга на долгие версты. Два азиатских дракона глядели с ненавистью друг на друга, у каждого глаза были налиты кровью от предвкушения битвы, из пасти вырывались клубы огня. Они были одинаково сильны и страшны; окажись они вместе перед воротами европейских городов – сама европейская цивилизация бы рухнула в одночасье. Только Аттила и ходил по землям Европы с такой вот армией и занимал одно государство за другим, пока не занял полмира.

Но тут, по прихоти судьбы, два азиатских дракона решили помериться силами друг с другом – по двести тысяч воинов с каждой стороны.

В шести-семи йигачах от Волги, спиной к великой реке, стояло войско Тохтамыша. На расстоянии в полверсты, уже лицом к Волге и врагу, растянулась армия чагатаев Амира Тимура. Два противника готовы были в любую минуту вступить в схватку. Оба войска поставили впереди чапары – деревянные щиты в человеческий рост, за которыми прятались воины, и туры – невысокие деревянные башни, в них засели лучники. Перед каждым войском были наспех, за ночь, прорыты рвы, чтобы наступавшая вражеская конница не могла преодолеть последнее расстояние до противника. Между чапарами и турами, в этой срубленной из деревьев подвижной крепости, были оставлены коридоры, через которые должна была пролететь и вступить в схватку конница и пройти пехота.

В сущности, оба войска походили друг на друга – и азиатским лицом, и великолепным вооружением, и тактикой ведения боя. Великое боевое наследие Чингисхана! Для своего времени и те и другие экипировались лучшим образом. Воинов и коней татар и чагатаев покрывали пластинчатые доспехи, которые еще поди разруби мечом или пробей стрелой. На головах и тех и других были высоко-остроконечные шлемы с широкими пластинчатыми наушами, расходившимися по плечам, с лисьими и соболиными хвостами. Копья, луки, топоры, булавы, кривые мечи и кинжалы. У многих гвардейцев, экипированных особенно богато, лица закрывали золоченые маски. И все эти массы войск едва сдерживали своих хрипящих коней, которые хорошо предчувствовали скорую битву.

Не походили они только одним – составом войска.

Армия властителя Турана Амира Тимура состояла исключительно из верных ему наемников, которые делали только одно дело в своей жизни – воевали. Захватывали города, преследовали, карали непослушных, из отсеченных голов складывали башни. Со своими солдатами Тимур щедро расплачивался после каждой битвы, не забывая никого, многих воинов зная по именам, потому что они прошли с ним долгими дорогами побед по землям Азии. Беспрекословное подчинение – было одним из правил армии Тимура.

Армия хана Тохтамыша собралась из подвластных ему татарских племен, которые возглавляли Огланы, принцы рода Чингисхана, нойоны и мурзы – именитые аристократы, и многочисленные беки, степные вожди со своими небольшими отрядами. Также в армии Тохтамыша было много и тех воинов, которых заставили прийти на эту битву – тех же русов или жителей Кавказа – аланов. Все они с превеликим удовольствием остались бы дома, но их звал вассальный долг и жестокая расправа в случае неподчинения.

А ведь этой битвы могло и не произойти на берегах Волги, на слиянии трех рек! Тохтамыш, хозяин своих безграничных земель, выбрал тактику выматывания противника долгими переходами по лесам и полям, малым и крупным речкам. Отряды, большие и малые, ища противника, давно сшибались друг с другом, теряя бойцов и командиров. Но Тохтамыш продолжал ускользать и заставлял гоняться за ним. Тимур свирепел от этой тактики монголов и татар, которую он хорошо знал. Но в какой-то момент на берегах реки Суок и Кундузча, недалеко от Волги, ордынская армия внезапно и необдуманно открылась, и Тимур воспользовался этой остановкой – его сын Умаршах с двадцатью тысячами войска ударил Тохтамышу в бок и заставил армию врага остановиться и повернуться к чагатаям лицом.

Месяцы переходов, лукавства, игры с противником разом остались позади. Теперь стоило быстро подготовиться и вступить в битву. Выставить туры и чапары, окопаться, построить войска в должном порядке. Тимур построил свою армию в семь кулов – гигантских отрядов, каждый из которых сам представлял целую армию. Три кула встали по центру друг за другом, два огромных кула растянулись по флангам, чтобы противник не обошел с боку, и еще две канбулы, малые кулы из самых лучших бойцов, встали по краям флангов, чтобы наверняка не дать обойти себя противнику. Между каждым из кулов оставались огромные «коридоры» – в них ждали своего черёда тысячи опытных воинов из отдельных отрядов, готовые в любой момент не дать прорваться через эти «живые коридоры» врагу.

Тохтамыш построил свои войска по тому же принципу – три кула друг за другом в середине, вытянутые правое и левое крыло с каждой стороны от среднего кула, и отряды быстрого реагирования со стороны каждого из флангов. Выучка у обоих полководцев была одна, как-никак, а обе армии вышли на историческую сцену наследницами великой армии Чингисхана, и полководцы и стратеги мыслили в одном ключе и выбирали оптимальное построение войска.

Хан Орды решил оставить князя Василия при себе, сказал ему:

– Привел бы настоящее войско,