Имитация - Елена Эдуардовна Бодрова

Размышляя обо всем этом, я поскользнулся и чуть не упал. Огляделся – где я иду? На автопилоте ведь. В снегу через дорогу заметил что-то черное, неподвижно лежащее. Перешел дорогу. В снегу лежал мужчина. Лицо его было пурпурным, и я не понял, то ли от света фонаря, то ли по какой-то другой причине.

Хотел вызвать «скорую», но не нашел в кармане телефона.

– В ремонте же, – вспомнил.

Улица, как вылизанная тарелка, блестела пустотой. Ни души, как назло. Я походил взад-вперед, ожидая хоть кого-нибудь встретить. Вдалеке, через три дома, заметил три фигуры. Они сгруппировались и время от времени переминались, потряхивали ногами и руками, как это делают борцы перед ударом. Или мне казалось, а двигались они как-то иначе. Я направился было к ним, но на полпути зачем-то остановился. Сделал вид, что смотрю на часы, а потом пошел в обратную сторону.

Снова приблизился к лежащему в снегу мужику. Легонько потянул его за рукав. Позвал. Еще раз потянул, уже не легонько. Он не реагировал.

Заметил, что те трое идут в мою сторону. Спросить бы у них телефон – позвонить в «скорую» или в полицию, – но как это будет выглядеть? Когда ночью пытаются стрельнуть сигаретку или тем более телефон, это выглядит всегда одинаково.

Я поднял воротник, сдерживая ветер со снегом, который заметил только что, и демонстративно не спеша зашагал от этих троих. Думал, отойду немного, потом вернусь к мужику. Но трое следовали за мной, сокращая дистанцию. Пришлось ускориться.

Снег попадал в уши и за воротник. Почему-то я был без шапки, где оставил ее и была ли она у меня вообще, не помнил. В свою арку я занырнул уже почти бегом, пробежался до двери подъезда и прилип к ней. Никто во двор следом не зашел. Видно, ребята направлялись все-таки не за мной, а по своим делам.

Я выдохнул. Вспомнил про мужика в снегу. Минуты две думал, вернуться к нему или нет. Ну вернусь – дальше что? Без телефона ничего предпринять все равно не смогу. Ткнул ключом в кружок домофонного замка, дверь пикнула и вытолкнулась мне навстречу.

В прихожей меня встретила Вика, которая сразу недовольно заявила:

– Я тебе не секретарь.

– Может, оно и к лучшему. Зачем мне такой психованный секретарь? – парировал я. Мне не было интересно, почему она мне не секретарь. После всего голос Вики – это последнее, что хотелось услышать.

– Тебе раз пять, наверное, звонила какая-то девчонка.

– Даша?

– Откуда я знаю! Которая всегда тебе звонит как сумасшедшая, когда тебя нет дома.

– Даша, значит. Я перезвоню, – сказал и сразу взял трубку в руку. Вика ушла из прихожей, тогда я набрал телефон «скорой помощи». – Здравствуйте. Мужчина в снегу лежит. Не знаю, не двигался, когда я там был. Погодите, это было на улице… на…

Черт.

Погорячился, бросил трубку и сразу сообразил, что разговоры у них записываются. Мне оформят ложный вызов, возьмут штраф. Если в «скорой помощи» вообще бывают штрафы за ложные вызовы. И все из-за того, что я не в состоянии даже приблизительно припомнить место, где видел мужика. Брел и брел, думал о своей фуге, ничего не замечал.

Ждал возле телефона минут десять – чтобы, когда позвонят и огласят сумму штрафа, взять трубку незамедлительно. Но никто не позвонил. И я сначала обрадовался, а потом сообразил, что вряд ли такой бестолковый звонок считается ложным вызовом, ведь бригада так и не выехала.

Я прошел в квартиру. Вика сидела за компьютером в темной комнате. Лицо ее светилось голубым, исходящим от экрана светом.

– А где мама?

– Гуляет.

– Как гуляет? – удивился я.

– Вот придет, сам и спросишь, где и с кем она гуляет.

– Что значит «с кем»?

– Маленький еще такие вопросы задавать, иди «Спокойной ночи, малыши» посмотри и спатеньки, – не к месту сказала Вика.

– Разговаривать с тобой еще, – буркнул я и удалился в свою комнату. Сел за стол, закрыл глаза ладонями. Возникла картинка – мужчина неподвижно лежит в снегу.

– Вот черт, а если его не найдут? – прошептал я. – Надо пойти обратно. Или… Да найдут, наверное. Там же ходят люди.

* * *

В двенадцать ночи пришла мама и сказала, что была на дне рождения у подруги. От нее пахло духами и счастьем. Вика усмехнулась, когда мама произносила фразу «на дне рождения у подруги». Мне не понравилось, что Вика усмехнулась. И не понравилось, как мама, снимая сапог, улыбалась полу, низко наклонила голову, чтобы не видно было улыбку, но я все равно увидел.

III. Риспоста вторая

(Голос, имитирующий тему, изложенную в пропосте)

* * *

Сморщенная рука билетерши. Она выдергивает у меня билет. Улыбается. Ее зубы – желтые и как будто искусственно состаренные. Кто-то сзади толкает меня к зеркалам, но я не хочу.

– Папа, – шепчу я. Оборачиваюсь, но папы все нет.

Я почти в лабиринте. Хочется плакать, сдерживаюсь изо всех сил. Если папа придет сейчас и увидит, что я плачу, он разочаруется во мне. Оборачиваюсь.

Папа придет. Обязательно придет. Он обещал, что скоро вернется.

Втягиваю губы и зажимаю их зубами. Это всегда помогает сдержать слезы.

Иду по лабиринту. Куда бы ни шел, везде я. Меня много. Я разный. Справа у меня огромные глаза, а слева – чудовищная улыбка. Она больше моего лица. Трогаю губы – не понимаю, улыбаюсь или нет.

Рядом еще лицо – я взрослый. Высокий. В зеркале я, взрослый, кладу себе, маленькому, руку на плечо. Нет, это не я. Взрослый – не я. Кто-то другой. Его лицо…

Чувствую на плече руку – она давит. Медленно оборачиваюсь. В вогнутом зеркале вижу, как оборачиваюсь – рот у меня открыт, черный круглый рот, как будто кричащий, но без звука. Я оборачиваюсь целую вечность.

На плече рука. Она – того человека, что зашел за мной следом.

– Стой в очереди вон за тем парнем, – сказал мне папа, прежде чем уйти. – Видишь? Вон тот. Тот.

Черный рот в отражении искажается, раздувается до страшной дыры.

Нестерпимо воняет горячим маслом, пончиками и гнилой листвой. Запах забивает нос, щекочет горло, пробегает ледяными мурашками по спине.

Парень сжимает мое плечо и улыбается:

– Сыграем в четыре руки?

– Папа! – в панике кричу я. Оглядываюсь. Я у будки со сладостями. Папа откуда-то издалека бежит ко мне.

Стремительно приближается и подхватывает меня. Кружит, как в фильме с хеппи-эндом. Глаза – счастливые. Он плачет и смеется одновременно.

– Я нашел тебя.