Рольф в лесах. Лесные рассказы - Эрнест Сетон-Томпсон

Приближался красный месяц Урожая. Семейство Флагохвоста подросло и радовалось жизни во всей ее полноте, а его глава совершенно поправился и наслаждался тем, что жив-здоров, водит детей туда, где они еще не бывали, учит искусству жить в большом лесу, показывает новую еду, которую приносит смена времен года. Отныне он стал мудрым вожаком, который когда-то поступил на удивление глупо. Тогда Мать-Природа подвергла его испытанию. А теперь она вела – то есть он вел своих детей в неизведанные края, за дальнюю опушку ореховой рощи. Они очутились на пригорке, наполовину залитом солнцем, запрыгали по листьям, заскакали вокруг поваленных стволов, и тут Флагохвост нашел румяную, блестящую шляпку мухомора – точь-в-точь гномий колпачок. Да-да, хотя в августе они уже редкость: Флагохвост привел семейство в тот самый лес. Но стоило ему всего один раз принюхаться, всего один раз уловить и узнать запах этого сатанинского экстаза, как горло у него ужасно сдавило, с губ потекла слюна, живот свело, Флагохвост закашлялся, задыхаясь, и шарахнулся прочь от этой блестящей шляпки, вытаращив глаза от ненависти, словно увидел змею. Охватившее его отвращение не описать никакими словами. То, что когда-то было таким соблазнительным для него, стало настолько мерзким, что даже легчайшего дуновения этого запаха невозможно было вынести. Дети Флагохвоста ощутили весь этот невыразимый ужас и запомнили его, уловили отцовскую ненависть. И связали ее в памяти с густым тошнотворным запахом. Они поспешили прочь – Флагохвост побежал попить из быстрого ручья, чтобы отчасти забыть этот запах, но никогда не забывать его полностью. Он спасся – его спасла Великая Мать-Природа, – но даже не это было главное, не спасение само по себе. Главное – что отвращение к этому врагу из подземного мира навсегда укоренилось у его потомков и через них стало благом и для грядущих поколений.

Глава 32

Беличьи игры

Дикие животные при помощи игр обучают своих детей. «Царь горы», пятнашки, прятки, «Делай как я», «Выше ноги от земли», борьба, катание с горок, прыжки с высоты, а в редких случаях даже игры в мяч – все это детеныши обожают. И все юные белки так или иначе играют в большинство этих игр. Но помимо этих, всем известных, белки знают и несколько своих, особых игр, а самая увлекательная из них – опасная игра «Подразни ястреба».

Летом в тех лесах, где обитают белки, появляются три вида крупных ястребов: краснохвостый сарыч, который обычно летает высоко, свистит или пронзительно кричит, а иногда бесшумно проносится по лесу над самой землей, – его легко узнать по размаху крыльев и ярко-красному хвосту; сизый канюк, который почти никогда не парит, а снует между деревьев и даже бегает по земле, – перья у него серо-бурые, а голос свирепый, и кричит он «крек, крек, кре-е-ек»; и певчий ястреб, размером с сизого канюка, но безобидный – он охотится на мышей и лягушек, и его круглый год можно узнать по манере вдохновенно петь высоко в небе, словно жаворонок.

Флагохвост был отважен, но внутренний голос велел ему остерегаться всех трех. Опыт научил, что они часто нападают на белок, хотя их легко одурачить – достаточно юркнуть в норку или кусты либо просто спрятаться за ствол дерева.

В то лето Флагохвост много раз спасался от краснохвостого или сизого канюка при помощи незатейливого приема – запрыгивал за развилку в ветвях или прятался в густых зарослях. Ястребы были не очень опасны, если не терять головы, и они его не тревожили, разве что заставляли сердце колотиться чуть-чуть чаще. Нападения ястребов были привычной частью его жизни на вершинах деревьев, примерно как пастух привыкает к ежедневным нападениям буйного быка, но с легкостью спасается от него за оградой при первых признаках опасности. Пастух даже не вздрогнет при этом, поскольку привык, а некоторые превращают это в спорт – любят дразнить быка и наслаждаются его бессильной яростью, когда он тщетно пытается настигнуть обидчика. Тогда человеческие хитрость и ловкость оказываются сильнее бычьих мускулов. Это славная забава, очень древняя игра, не утрачивающая остроты, поскольку бык иногда побеждает, и тогда на ранчо становится одним задирой-ковбоем меньше.

Подобную игру изобрел и Флагохвост. Он был уверен в себе и наслаждался собственным восхитительным проворством, поэтому часто сам выходил на врага, если видел приближающегося сизого или краснохвостого канюка. Тогда он взмахивал серебряным хвостом и вызывающе верещал: «Грррф, грррф!»

Краснохвостый канюк всегда замечал его. Недаром об особенно остром зрении говорят «ястребиный глаз». И тогда он мчался быстрее, чем сухой лист на ветру, со свистом проносился по ореховой роще и пикировал на нахальную белку. Но Флагохвост был не менее быстр и мгновенно прятался за толстый ствол, а ястреб, кувырнувшись в воздухе, чтобы не вышибить себе мозги и не напороться на сук, облетал дерево – и по другую сторону его приветствовали беличья мордочка, мелькающий хвост и очередной громкий, задорный вопль: «Ггрррфффхх, гргрррффхх!»

Воздушный разбойник снова пикировал быстрее молнии, растопырив перед собой мощные черные когти, а Флагохвост выжидал до самого последнего мгновения, наслаждаясь напряжением каждой мышцы, и только когда эти смертоносные железные клешни оказывались у самого его горла, пригибался, и его проказливый неуловимый хвост мелькал перед самыми глазами канюка – и вот уже там, где только что сидела белка, – пусто. Абордажные крюки ястреба хватали лишь кору, а в следующий миг из-за ствола чуть выше снова показывались ехидная мордочка и мелькающий хвост и слышался оскорбительный вопль Флагохвоста.

Ястребы, как и быки, чужды тонкого юмора. Ястреб – существо свирепое и злобное, прирожденный разрушитель, и его злоба после каждого такого поражения оборачивается яростью, насмешки приводят его в бешенство, и он зачастую настолько теряет голову, что случайно ранит себя, когда бросается прямо на многочисленные острые ветки, которые словно нарочно защищают беличье племя.

Да, славная забава, а чувство опасности придает ей остроту. Однако у всякой медали есть обратная сторона.

Глава 33

Как у Флагохвоста появился шрам на всю жизнь

Когда раздразнишь быка и выскочишь за ограду, чтобы посмеяться над его бессильной яростью, это и вправду веселая игра. Однако все становится совсем иначе в ту секунду, когда бык