Мертвый аул - Анна Былинова

***

К восьми утра мы с сестрой позавтракали, перемыли посуду, собрали мусор и теперь сидели на собранном диване, в ожидании звонка от человека, с которым сегодня должны были ехать в Багдарин.

Резко зазвонил домофон. Я взяла трубку:

– Кто?

– Это я, Аюна.

Аюна, как и обещала, приехала с утра спозаранку нас провожать.

– Ну как? Собрались? Привет, – с порога спросила она, беспокойно оглядев наши сумки в маленьком коридоре. Я улыбнулась:

– Привет. Собрались вроде.

– А с водителем не созванивались?

Мы с Ленкой отрицательно покачали головами.

– Нет, не созванивались. Привет, – сказала сестра.

– Позвоните ему. Он адрес знает? – не унималась Аюна. Она скинула сандалии прошла в комнату и села на второй диван.

– Алешка вроде сказал, что скинул ему адрес, – сказала Лена и уткнулась в телефон. Она что-то полистала на экране и взглянула на меня.

– Позвонишь?

– Ладно, набирай.

Лена набрала водителя и передала телефон мне. После четвертого гудка в трубке раздался обыкновенный мужской голос:

– Але!

– Здравствуйте, это Таня. Мы сегодня с вами едем в Багдарин…

– Ага, я знаю! – энергично ответил мужчина. – в 8:30 буду у вас. Вы же на Революции?

– Да, да, на Революции! Отлично, тогда ждем вас!

– Ну все! Ждите! – прокричал он и отключился.

– Ну все, – резюмировала я, – скоро будет. В назначенное время.

– Ну хорошо, – успокоилась Аюна. Лена пошла на кухню и сделала всем кофе.

Пока мы ждали машину, тянули кофе из чашек, я рассказала подруге, как вчера с нами связалась женщина с администрации и как быстро после ее звонка собрали группу спасателей, которые сегодня должны выехать в Багдарин. Подруга округлила глаза.

– Вы что даже туда звонили?

– Ну да, просто вчера в отделе говорили про инструкцию…

– Какую инструкцию?

– Ну это, типа, порядок действий. То есть участковый сначала должен приехать на место, провести проверку и только потом вызвать спасателей. – Объясняла я. – И спасатели тоже сказали, что могут выехать только тогда, когда полиция отправят им запрос или… Блин, мольбу о помощи, не знаю, как это правильно формулируется… Но суть в том, что даже в отделе сами не знают, когда они смогут добраться до деревни, понимаешь? А уж тем более непонятно, когда смогут спасателей вызвать.

– Ну да, ну да, – энергично закивала подруга, – А вы сами, как хотите, так и, кхм, ищите, типа…

– Вот именно! Поэтому мы посоветовались и решили позвонить в городскую администрацию… Ну вот видишь – результат – по крайней мере, спасатели сегодня выезжают.

– М–да, – протянула Аюна, – пока наших ментов дождешься, помрешь…

Внезапно в разговор вмешалась Лена, с обидой в голосе она заявила:

– А когда наша мама пропала, в этот день менты в деревне были.

– Да ты что?! А почему они тогда заявление не приняли? Проверку свою не провели?

Я горько усмехнулась:

– Почему же? Провели. Пришли к нам домой, перевернули все матрасы, в кладовки заглянули, а заявление, сказали, официально примут на третий день.

– Как так?

– Ну вот так. Типа, по закону!

– Ну они могли бы хотя бы этих спасателей вызвать? Если уже свою проверку провели! – возмутилась подруга, гневно сверкнув глазами.

– Могли бы, если по-человечески… Да разве им это нужно? Никому это нафиг не нужно. Вот для них по закону надо, чтоб трехдневный срок прошел, вот тогда они будут действовать… Да и то… Если летная погода будет, – зло пошутила я в конце.

– Жесть… – только и сказала Аюна, сокрушенно покачав головой.

К 8:20-ти мы вышли на улицу и там стали ждать машину.

Из-за угла дома завернула машина и к нашему подъезду медленно подполз старенький Рено логан с желтой наклейкой «Такси» на дверях. Вид у машины был такой, что я бы прямо отсюда отправила ее в автосервис, а лучше на помойку. В некоторых местах была уже сильная коррозия, белая краска местами облупилась и обнажала следы серой, очевидно заводской краски. Вмятины на бампере, царапины на капоте красноречиво говорили о неудачах автомобиля в прошлом.

Пока я разглядывала машину, Лена и Аюна засмеялись, я пропустила шутку и теперь непонимающе посмотрела на них. В следующую секунду из машины вышел сухощавый мужчина в очках, лет тридцати пяти. На лице его блуждала мягкая и отчего-то виноватая улыбка. Очки очень шли ему и придавали учительский вид. И вообще весь он походил на школьного ботана. Глядя на нас, он вдруг спросил:

– Вы в Багдарин?

Мы удивленно переглянулись и закивали:

«Да!»

Ленка придирчиво осмотрела машину, потом взглянула на меня с немым вопросом, мол, мы поедем на этой машине? Ее растерянность была мне понятна, поскольку дорога до Багдарина не близкая. Кроме того, ее, эту многострадальную дорогу каждое лето подмывает дождями, отчего она вся в колдобинах и дырах, которые не успевают залатать дорожные службы, а потому на такой старенькой машине ехать весьма рискованно.

– Здравствуйте, – еще раз поздоровалась я с мужчиной. – Меня Таня зовут.

– Очень приятно! Чингис, – представился он и рывком протянул мне руку. Я пожала ее.

– А вы в такси работаете?

Чингис посмотрел на автомобиль и засмеялся.

– Нет, это я машину в аренду взял на пару дней. До Багдарина доеду, жену с детьми заберу и сразу обратно.

– А, тогда понятно.

Выехали из Улан – Удэ. Всю дорогу практически ехали молча, лишь изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Я смотрела в окно, провожая взглядом бескрайние, выжженные солнцем поля, редкие деревья, плоскогорья.

Вскоре асфальтированная дорога закончилась, и мы выехали на грунтовую, уходящую в гору. В машине все задребезжало. Впереди показались деревянные домики – кафе. Шанатский. Знаменитое место, где останавливаются почти все путники, следующие по Читинскому тракту, чтобы перекусить бурятскими буузами. Мы тоже остановились. Мне есть не хотелось, поэтому я просто попила растворимый кофе и вышла на улицу, ожидая, пока мои спутники пообедают.

Когда все закончили обед, мы отправились дальше. За окном мелькали Хоринские равнинные плоскогорья и бескрайние поля, на которых паслись стада баранов, охраняемые пастухом, неизменно сидящим верхом на лошади. Хоринские земли сменили длинные Еравнинские озера, края которых тянулись далеко за горизонт. Встречали и провожали нас маленькие серые деревушки, растягиваясь параллельно тракту. На равнинных полях, иногда на холмах то и дело встречались крашенные белой известью каменные сооружения буддийских ступ*, издалека похожие на белых лебедей.

Вспомнилось, как однажды, когда я проходила курсы экскурсоводов в Иволгинском дацане, в первый день моей учебы наша группа во главе с нашим учителем – Цырен-багшой шла по комплексу. Цырен-багша остановился возле трех